— Виктор.
— А?
— Я всё понимаю, вы используете трэш-ток против вражеского кэтчера, но зачем вы приплетаете в это меня?
— Хм-м.
— Мне вообще-то очень неловко.
— Хм.
— Вы вообще меня слушаете?
Виктор, который до этого лишь безучастно кивал, усиленно работая челюстями и разгрызая семечки подсолнуха, наконец-то повернулся ко мне. И вот что он выдал:
— Трэш-ток? Не смеши меня.
— А что же это тогда?
— Это было просто предупреждение из чувства профессиональной солидарности. Чтобы они сами позаботились о своём здоровье.
— Из чувства чего-чего?
Солидарности?
Вы? С игроками «Метс»?
Он что, издевается?
Я замолчал, не зная, что и ответить, а Виктор, хихикнув, снова перевёл взгляд на поле.
— Чувак, тебе это нужно?
Правый аутфилдер Сезар Суарес, наблюдавший за этой сценой, вытащил из угла ящик с инструментами.
— Пш-ш-ш, пш-ш-ш...
— Сезар!
Он делал вид, что припаивает что-то у меня за спиной, пока я не рявкнул, чтобы он прекратил.
«В этой команде вообще нет нормальных людей, ни одного...»
Даже Демон считает их ненормальными, значит, у нас точно проблемы, верно?
Как бы то ни было, после моего двухрангового хоум-рана очков больше набрано не было, и атака в начале второго иннинга подошла к концу. Пора было снова выходить в поле.
Стадион «Сити-филд», на котором играют «Метс», когда-то был печально известен своей неровной и коварной структурой ограждения аутфилда. Хотя этот ландшафт исчез после того, как забор перенесли ближе к полю, чтобы увеличить количество дальних ударов.
— Обожаю выездные матчи в Нью-Йорке, — сказал Сезар Суарес, когда мы вместе направлялись в аутфилд.
Я уже знал, что последует за этими словами.
— Здесь фанатки очень симпатичные.
Сезар, просканировав трибуны аутфилда, многозначительно подмигнул мне, ища поддержки.
— А-а, ну да.
— Вот видишь! Я же говорил, что у нас много общего!
Это кто так решил?
Он верен себе — ещё во время весенних тренировок он при каждой встрече ныл, чтобы я познакомил его с какой-нибудь девушкой. В каком-то смысле такая последовательность даже вызывала уважение.
Наша линия аутфилда, где я играю ключевую роль, постепенно сыгрывается.
Правда, из-за того, что нам всё ещё не хватает взаимного доверия, порой возникают трения.
«Доверие? С чего вдруг?»
Ну...
Например, уверенность в том, что девяностокилограммовый громила не влетит в меня на полной скорости.
Колл-плей — это база из баз при игре в аутфилде, но за сезон несколько раз обязательно случаются инциденты из-за плохой коммуникации. А это чревато как минимум ушибами, а в худшем случае — переломами.
«...Слёзы наворачиваются на глаза».
Чёрт. Теперь, когда всё в прошлом, я могу говорить об этом спокойно.
У меня была причина, по которой я мог простить младшему игроку лень, но за плохой колл-плей гонял его в хвост и в гриву. Потому что это несло прямую угрозу моему здоровью.
В этом смысле наш Лукас Мартин — идеальный напарник.
Дзынь!
Шорт-стоп Сото Майло подставил биту под четырехшовный фастбол Уитона, и мяч взмыл высоко в небо.
— Аут!
Я сместился по диагонали влево и легко поймал его. Тогда Мартин, стоявший неподалёку, громко выкрикнул:
— Красава! Отлично, так и держи!
В знак благодарности я слегка коснулся козырька кепки, и его губы снова мелко задрожали. Он поспешно вернулся на свою позицию, и со спины казалось, что он пребывает в приподнятом настроении.
Мартин, без преувеличений, шарахается от меня, стоит ему только услышать мои шаги.
Поначалу это могло быть просто вежливостью по отношению к неотесанному новичку, но теперь кажется, что он действительно доверяет моим навыкам защиты.
«Да потому что, если он не уступит, ты его взглядом испепелишь!»
...Когда это я такое делал?
Повторяю, у меня просто лицо такое!
В любом случае, столкновения при колл-плее могут случиться даже между опытными аутфилдерами.
Обычно это происходит из-за того, что кто-то один начинает жадничать.
Если игра на бите не клеится, игрок пытается показать хоть что-то в защите и перестаёт смотреть по сторонам.
В этом плане я полностью доверяю Сезару. Возможно, даже больше, чем Мартину.
Дзынь!
Уитон записал на свой счёт ещё один страйкаут, а затем мяч снова взлетел высоко в сторону аутфилда.
Сезар лениво побежал за мощным и быстрым мячом и в самый последний момент выловил его краем ловушки.
— Проклятье, у меня чуть сердце не выпрыгнуло!
— Ах ты паршивец! Двигайся быстрее!
Я понимал гнев мужиков, сидевших на трибунах, но такая игра тоже требует мастерства в оценке траектории полёта мяча.
Сезар, как и сейчас, старается избегать ловли в падении даже в критических ситуациях и не особо жадничает до мячей.
Недавно мы говорили об этом, и когда я спросил его о причине, он выдал:
«На фото буду плохо получаться».
Вот такой вот «бесценный» ответ.
И даже сейчас Сезар бросил только что пойманный мяч симпатичной болельщице на трибуне и встал в пол-оборота, чтобы его новый пирсинг был хорошо виден... Ох.
— Сезар.
— А?
Сезар удивлённо посмотрел на меня, когда я подбежал к нему.
— Это места для пар.
Не успел я договорить, как здоровенный татуированный мужик, сидевший рядом с красоткой, расцепил руки, сложенные на груди.
— А-а. Понятно.
Сезар выдал им дежурную улыбку и направился в дагаут.
«Чего? Он же умеет так быстро бегать, почему раньше-то медлил?»
И не говори.
Ну и команда, с ума сойти можно.
*
Бейсбольные фанаты, заманившие на стадион своих наивных близких, не раз оказывались в неловком положении.
Даже если те не имели никаких дурных намерений.
Хеён ткнула пальцем в сторону центрфилдера Такера Джареда, который только что вылетел в аут на флае.
— Сынок. Он что, всегда так плохо играет?
— Брат.
Хан Ёну сжал руку брата. Затем, глядя прямо перед собой, он пробормотал, как заклинание:
— Это же мама, это же мама...
Хан Еха, сидевшая рядом и мелко дрожавшая, словно от удара током, наконец разомкнула губы, услышав слова младшего брата.
— Э-э, мам. Вообще-то у бэттера есть всего три попытки в день, и если он реализует хотя бы одну из них, это уже считается выдающимся результатом.
— Да?
— Да.
Хеён просто наслаждалась общением со своими взрослыми сыновьями на тему их общего интереса.
— Странно. А у Джея получается по два-три раза.
— Брат.
— ...Гхм, это потому что Джей очень, ну очень хорош.
— Ой, правда?
— Да. Правда.
Тщательно проговаривая каждое «правда», Хан Еха про себя дала клятву:
«Больше никогда не приду смотреть игру „Метс“ с родителями».
Конечно, если в следующий раз отец скажет «пошли», ей придётся ответить «есть» и последовать за ним, но в данный момент её чувства были именно такими.
Хеён, не подозревая о том, что творится в душе дочери, лучезарно улыбнулась и сказала:
— А я-то думала... Я думала, ваш питчер совсем никудышный.
— Брат.
— Погоди, погоди. Последнее замечание было слишком метким.
— Дорогая.
Чонхун, видя, что сын вот-вот схватится за сердце, протянул Хеён шампанское, но та отказалась, заявив, что в последнее время, кажется, прибавила в талии.
— Мам. Наш Ганнер обычно играет хорошо. Просто он расслабился и попался под горячую руку младшему.
— Брат, не заводись.
Если заведёшься — проиграешь. Хан Ёну продолжал бормотать, глядя прямо перед собой. Он не понимал, зачем он вообще в это ввязался, оказавшись между двух огней.
Однако на следующую фразу Хеён Хан Ёну ответил уже совершенно серьёзно.
— А, так значит сегодня просто не его день? То-то я и смотрю.
— Мам. Это уже слишком.
— А? Что именно?
— Кх-х-х-х.
Объективно говоря, Ганнер Брайс сегодня был в отличной форме. Тот самый «режим аса», который случается всего пару-тройку раз за сезон.
Фанаты «Метс» даже ворчали, что Брайс пользуется такими моментами, чтобы хитростью снизить свой показатель ERA.
Но, несмотря на это, сегодня Ганнер Брайс испытывал трудности в игре против «Кабс».
Начало 4-го иннинга.
Дзынь!
Дастин Циммерман, подловив фастбол, размахнулся изо всех сил, и мощный удар отправил мяч далеко в аутфилд.
И центрфилдер Такер Джаред упустил мяч, ошибившись в оценке его траектории.
— С ума сойти. Он вообще человек или кто?
Циммерман, спокойно добежавший до второй базы, победно вскинул кулак, а Хан Еха пробормотала, нервно посмеиваясь.
Повторюсь, Хеён просто было приятно поговорить с дочерью и сыном, которые обычно возвращались домой поздно и уходили на рассвете.
— А наш Джей разве не ловил похожий мяч чуть раньше?
— ...Я умываю руки. Разбирайтесь сами.
*
Начало 4-го иннинга. Раннер на второй базе, аутов нет.
— ДЖЕЙ! ДЖЕЙ! ДЖЕЙ!
Когда Хан Джей, выбивший двухранговый хоум-ран в прошлом выходе, подошёл к бэттерскому боксу, трибуны взорвались восторженными криками.
Ганнер Брайс на горке тоже ждал этого момента.
«Ты видел? Как этот новичок вбежал на базу, пританцовывая чечётку?»
«А как я мог не видеть, если он плясал прямо у меня под носом?»
«Чёрт. В следующий раз я выбью ему страйкаут и сам исполню победный танец».
«Ага. Выбей страйкаут и тоже спляши чечётку».
Это был разговор с кэтчером в дагауте.
Он уже провёл в голове тренировку, представляя, как будет танцевать. Оставалось только заработать страйкаут против этого наглого новичка.
Именно с таким настроем Ганнер Брайс бросил чейнджап.
Дзынь!
Брайс понурил голову, провожая взглядом мяч, который пролетел мимо него и покинул инфилд.
— Проклятье.
Аутов нет, раннеры на первой и третьей базах.
— Здравствуйте.
— Ага.
Игрок первой базы О'Нил Райан, невольно сравнив свой рост с Хан Джеем, слегка приоткрыл рот.
«Издалека он не казался таким уж громилой».
Но разница с его собственным ростом — почти 6,5 футов (около 2 метров) — была невелика.
Пока О'Нил Райан размышлял о физическом развитии современной молодёжи...
— Не могли бы вы дать автограф после игры?
— А?
— Мой брат — ваш большой фанат. Скорее всего, он и сейчас смотрит игру.
— Ну, это не проблема.
Он охотно кивнул на слова Хан Джея.
Райан слышал, что этот новичок, дебютировавший всего неделю назад, стал темой для обсуждений по многим причинам. И неважно, в позитивном или негативном ключе.
«Но о семье он, кажется, заботится очень сильно».
Звезда «Метс» О'Нил Райан был известен как примерный семьянин и любящий муж.
Райан, чьё мнение о Хан Джее поднялось на ступеньку выше, размял шею.
— О.
Тут он заметил в скай-боксе, который отлично просматривался с первой базы, людей, в которых безошибочно угадывались родственники Хан Джея.
— Кажется, вон те люди — твоя семья?
— ...Нет, вовсе нет.
— Нет?
Да этот мужик — вылитый твой отец.
Хан Джей, старательно игнорируя взгляд О'Нила Райана, взял большой лид от первой базы.
Благодаря этому ему стали ещё лучше видны его братья: один выглядел как безумный учёный после неудачного эксперимента, а второй — как человек, мечтающий поскорее уйти домой.
— Побежишь?
— Если получится.
— Это будет непросто.
Райан слегка усмехнулся, но Хан Джей ничего не ответил. В итоге кража базы не понадобилась.
Кейси Мартинес ушёл в страйкаут. Следом на биту вышел Лукас Мартин и мощно замахнулся на первой же подаче.
Дзы-ы-ы-ынь!
Мяч с низким углом вылета пулей устремился вдаль и — совсем чуть-чуть — перелетел через край ограждения «Сити-филд».
— А?
— Что?
Ошарашенные зрители начали бесноваться только тогда, когда Хан Джей и Дастин Циммерман не спеша побежали по базам.
— М-А-Р-Т-И-Н!
— Так его, Мартин!
— Наконец-то ты пришёл в себя!
Лукас Мартин, бросив взгляд на ликующих болельщиков в аутфилде, коснулся домашней базы.
— Ах.
Сразу после этого он на мгновение пожалел, что не исполнил чечётку, как Хан Джей, но быстро взял себя в руки.
— Хорош! Мартин, что это было?
Дастин Циммерман и Хан Джей ждали его у дома.
— Мартин, это было просто потрясающе.
Лукас Мартин, по очереди отбив им «пять», невозмутимо ответил:
— Да ничего особенного.
Хан Джей знал, что это был первый хоум-ран после той потасовки в дагауте, но просто улыбнулся и кивнул.
— Для Мартина это и правда пустяк.
— Хм. Разумеется.
Когда Лукас Мартин, шумно сопя, вошёл в дагаут, главный тренер обратился к стартовому питчеру:
— Уитон. У тебя теперь целых пять очков преимущества.
— Этого более чем достаточно.
Славный парень Трэвис Уитон с эффектной улыбкой направился к горке.
Несмотря на сольный хоум-ран, пропущенный в восьмом иннинге, Трэвис Уитон блестяще отыграл 8 иннингов с одним пропущенным очком и покинул горку под аплодисменты выездных фанатов. Клоузер Деннис Вашингтон чисто закрыл низ девятого иннинга, и первый матч серии закончился победой «Кабс».
В тот момент, когда судья объявил об окончании игры...
— А-а-а-а-а-а-а!
Гнев, вырвавшийся из скай-бокса, не мог остановить никто.
*
[«Чикаго Кабс» 5 : 1 «Нью-Йорк Метс»]
[Трэвис Уитон: 8 иннингов, 1 пропущенное очко. Продемонстрировал мастерство первого номера ротации «Кабс».]
[Лукас Мартин: «Рад, что смог помочь команде. Считаю, что это только начало».]
[Хан Джей: по-прежнему стабилен! Хоум-раны в трех матчах подряд с момента дебюта.]
[Хан Джей из «Кабс»: «Я старался сильнее, потому что за мной наблюдала семья».]
└ Фронт-офису стоит подумать о том, чтобы приглашать семью Джея на каждый выездной матч.
└ С такими темпами фанаты «Метс» скоро вымрут.
└ LOL, я смотрел на этого парня в скай-боксе и плакал, потому что он выглядел в точности как я, когда игра не клеится.
└ Похоже, этот парень раньше сильно доставал Джея. Видели, как Джей зубы стиснул, когда бежал?
└ Да кто кого ещё доставал?
└ Тот мужик выглядит так, будто Джей может сложить его пополам, вы о чём вообще?
└ Этот парень — адвокат. Он работает в офисе по соседству с нами.
└ Чувак, я просто сказал, что он выглядит гибким. :)
[Хоум-раны в трех матчах подряд: Хан Джей метит не только в Новички года, но и в MVP лиги?]
└ По заголовку сразу видно «Чикаго Трибьюн».
└ Я и сам фанат «Кабс», но эти ребята, по-моему, совсем с катушек съехали.
http://tl.rulate.ru/book/169587/13753638
Готово:
