Манхэттен — сердце нью-йоркских небоскребов.
Корейско-американская семья, обосновавшаяся в Аппер-Ист-Сайде — районе, который предпочитает консервативная элита, — была по-своему знаменита.
И дело было вовсе не в том, что в отличие от соседей, приумножающих богатство в реальном времени даже без четко определенной профессии, муж был владельцем сети отелей, а жена, хоть и номинально, но носила титул основательницы известного туристического агентства.
У них было трое сыновей — для этого района число ни большое, ни маленькое, а в самый раз, в среднем.
Причиной их славы стал младший ребенок — «белая ворона» в этой, казалось бы, ничем не примечательной «обычной» семье.
Чон Хеён, мать троих братьев, сидела в кресле и нервно грызла ногти.
«Нужно узнать, в каких маникюрных салонах сегодня есть свободные места».
Пока Дженнифер, помощница по хозяйству, ведающая всеми делами семьи, что-то быстро печатала в телефоне, Хеён снова задала вопрос, который уже задавала час назад.
— Чем сейчас занят Джей?
— Когда я заходила к нему за бельем для стирки, он сидел на диване с ноутбуком.
Хеён жалобно сморщилась.
— И ничего не сказал?
— Да, ничего не сказал.
— Ох, я больше не могу.
Догадливая Дженнифер протянула салфетку, и Хеён промокнула уголки глаз.
— Сколько уже дней прошло?
— Сегодня ровно четвертый день.
— Четыре дня!
Хеён прикрыла рот рукой и тихо всхлипнула.
Если вспомнить, все стало странным еще тогда.
В день, когда они оставили дом сыну, чтобы тот устроил вечеринку после выпускного.
«О, вы уже вернулись?»
Когда они вернулись из отеля, супругов встретил Джей в резиновых перчатках. У него до сих пор перед глазами стояла экономка, застывшая рядом в холодном поту.
С того дня и по сей день.
Младший сын не только дисциплинированно спускается на первый этаж, чтобы поесть вместе со всеми, но и ни на шаг не выходит из дома. Как это понимать?
Каждый раз, когда сверху доносился смех или странные выкрики, Хеён украдкой посылала туда Дженнифер, но в девяти случаях из десяти та докладывала, что он просто сидит в ноутбуке или телефоне.
«А в десятом случае?»
«...Он просто смотрел в окно».
«Ах, голова раскалывается».
Немногословный муж в такие моменты был бесполезен, и только Хеён изнывала от тревоги, наблюдая за этой «бомбой замедленного действия», которая могла взорваться в любой момент.
— Э-э... миссис.
Дженнифер, наблюдавшая за Хеён, с трудом решилась заговорить.
— Может, мне оставить сообщение с отказом от участия в благотворительном базаре в эту субботу?
Глаза Хеён, едва успевшие просохнуть, снова наполнились слезами.
— Опять этот базар, базар!
Какой толк от того, что у нее есть работы для выставки? Ей не с кем туда пойти. Стоило только представить этих дамочек, которые придут под руку со своими детьми и спросят: «Ой, а где же ваши сыновья? Почему вы одна?», как всё внутри переворачивалось.
Ладно бы первый и второй сыновья еще учились в университете, но нельзя же каждые выходные вызывать занятых работой братьев.
Дженнифер сочувственно смотрела на Хеён, обхватившую голову руками, как вдруг почувствовала чье-то присутствие и обернулась.
— Джей. Тебе что-нибудь нужно?
— А, просто воды, — ответил Джей, держа в руках пустую кружку. После этого он слегка улыбнулся — этот жест, должно быть, выражал благодарность или неловкость.
«Если бы на ее месте был обычный человек».
Как бы то ни было, как наемная работница, она должна была в первую очередь заботиться о хозяевах дома, а особенно о Хеён.
Это означало, что ей не нужно было подстраиваться под внезапные капризы младшего сына, как это делала Хеён.
Однако.
— Дженнифер, Дженнифер, — торопливо прошептала Хеён. Дженнифер прочитала по губам ее просьбу и мысленно вздохнула.
«Пожалуйста».
Не в силах игнорировать этот отчаянный взгляд, Дженнифер постаралась заговорить как можно непринужденнее:
— Джей. У тебя есть планы на эту субботу?
— Нет. Я буду дома.
Да почему же ты вечно торчишь дома?
Не ходишь на вечеринки? Не встречаешься с девушками?
Вопреки путанице в мыслях, вслух она произнесла вполне логичную фразу:
— Тогда как насчет того, чтобы сходить на благотворительный базар? Ты мог бы провести время с мамой, и мне кажется, это отличный шанс попрощаться с соседями перед отъездом.
Не успела она закончить, как Хеён тут же подхватила:
— На самом деле, я как раз была в затруднении, так как мне не с кем пойти.
— А когда это будет?
— Послезавтра, в эту субботу.
В душе Хеён затеплилась надежда, но после следующего ответа ее плечи поникли.
— Извините, но, боюсь, я не смогу.
— А... ну ладно. Ничего не поделаешь.
Даже после того как Джей поднялся к себе, Хеён продолжала сидеть в прострации. Прошло около десяти минут.
— Эм, насчет того базара...
— А?
Хеён резко вскинула голову. Джей, стоя на краю лестницы, в нерешительности отвел взгляд, а затем заговорил:
— Думаю, на два-три часа я смогу выбраться...
— Этого более чем достаточно!
Джей, стараясь не смотреть в сияющие глаза Хеён, ответил, что тогда они пойдут вместе. Но предупредил, что долго оставаться там будет неудобно, поэтому они вернутся пораньше.
— ...Дженнифер. Ты слышала?
— Да, слышала совершенно отчетливо.
Когда Джей, закончив разговор, скрылся из виду, Хеён тихо пробормотала:
— Мои ногти. Сейчас не время сидеть сложа руки.
Полностью стерев с лица следы слез, Хеён вскочила с кресла.
— Дженнифер, запиши меня в маникюрный салон!
— Я так и знала, поэтому уже всё подготовила. Если выедем сейчас, как раз успеем ко времени.
— Вот это да! Дженнифер!
*
Наверное, я всё сделал правильно. Да.
Нельзя же вечно сидеть взаперти.
Шел четвертый день моей жизни в качестве Хан Джея.
Пора было потихоньку выходить наружу и разведывать обстановку. К тому же была еще одна причина.
— Интересно, насколько важные люди там соберутся?
Хотелось на собственном опыте прочувствовать жизнь нью-йоркской элиты, которую раньше видел только в сериалах.
— Ишь как складно болтаю. Словно язык маслом смазали.
Раз уж я в одночасье обрел знание английского на уровне носителя, мне хотелось немного испытать его на других.
Шмяк!
Я снова рухнул на диван, на котором лежал до этого, и включил телефон.
7 июня 2030 года.
Цифры, к которым я никак не мог привыкнуть.
— Значит, прошло десять лет.
Глаза резало от того, что за последние четыре дня я почти не спал.
— Вау, никогда бы не подумал, что Человек-лягушка окажется главным злодеем. Режиссер просто псих.
Ну как тут удержишься, когда за десять лет накопилось столько фильмов о супергероях?
В этом мире и фильмы, которые я любил, и игроки, которых я знал, — всё осталось прежним, только прибавилось десять лет времени.
Все, кроме одного человека.
Место Ли Джэхана, которое исчезло так чисто, словно его вырезали ножом, занял совершенно незнакомый мне игрок.
Первое, что я сделал, узнав об этом, — проверил команду-чемпиона КБО сезона 2017 года.
— Я так и знал.
Чемпион изменился.
2017 год был сезоном, когда «КМ Рэйвенс» завоевали свое четвертое абсолютное чемпионство. Однако, если Википедия не врет, история изменилась: «Дрэгонз» одолели победителя регулярного чемпионата «Рэйвенс» и стали окончательными чемпионами.
Единственное отличие от того, что было тогда: я, порвавший подколенное сухожилие в середине сезона и выбывший в реабилитационную группу, не восстановился чудесным образом прямо перед постсезоном и не был включен в состав.
— MVP постсезона должен был получить я. У этих журналистов вообще глаз не наметан.
Горечь, которую я почувствовал, когда проиграл иностранному питчеру-асу с минимальным отрывом, бесследно исчезла. А если говорить о других изменениях...
— Столько разговоров было о том, вводить робо-судью или нет, а в итоге его всё-таки внедрили.
ABS (Automated Ball-Strike System).
Робо-судья, который в 2020 году использовался в США лишь в майнор-лигах в ограниченном режиме, десять лет спустя успешно прижился в МЛБ. В связи с этим и КБО проводит тестовую эксплуатацию с целью официального внедрения в следующем году.
В то время как были люди, которые выступали против и даже боялись того, что роботы будут определять «бол», я с самого начала был сторонником этой идеи.
— Я сам оплатил все воркшопы для Офиса КБО.
И это не пухвальство. Сотрудники в шутку так и говорили. Мол, на штрафы, которые я платил, не соглашаясь с решениями судей, они съездили и на «Воркшоп имени Ли Джэхана», и на «Корпоратив имени Ли Джэхана».
Но я тратил этот пыл только на поле.
В отличие от этого наглого парня.
— Джей, Джей-и! Что это всё такое?
В шкафу — ящики со спиртным. Под кроватью — коробки с презервативами.
Ну и тип.
Я поискал в интернете: оказывается, несмотря на такой образ жизни, он один из тех проспектов-бэттеров, кому прочат высокий номер на предстоящем драфте.
— У тебя что, в сутках было 48 часов?
Как бы то ни было, этот парень определенно жил очень энергично. Можно ли считать удачей среди всего этого безумия то, что в доме не нашлось никакого допинга?
— Хан Джей — чистый игрок, он не притрагивался не только к легким наркотикам, но и к препаратам для улучшения спортивных результатов! Будь благодарен мне!
А.
Да пожалуйста, хватит.
— У меня чуть сердце не выпрыгнуло. Где ты пропадал и почему явился только сейчас?
— Какая тебе разница!
Мальчишка, который до этого суетливо порхал вокруг меня, замер.
— Эй. Спрашиваю на всякий случай: ты ведь не забыл?
— А?
— Цену, которую тебе придется заплатить, если ты не сможешь дебютировать в МЛБ.
— Какую цену?
— Ах ты, ах ты-ы-ы!
Его хвост мелко задрожал.
Разве он говорил о таком? А, точно.
— По-моему, ты что-то плел про ужасную цену, но так и не договорил.
— Это потому что...! Тьфу. Ладно. Забудь.
Мальчишка, ударив хвостом по стене, продолжил зловещим голосом:
— Цена — твоя душа. Я уничтожу твое тело без следа, и третьего шанса не будет. Ну как? Страшно? Поджилки затряслись?
Мне было жаль парня, который так старательно нагнетал атмосферу, но...
— Ни капли не страшно.
Честно говоря, мне ни капельки не было страшно. Сейчас в майнор-лигах полно игроков, которые молча терпят по 10-15 лет, мечтая о дебюте в высшей лиге. Причин, по которым они в итоге отказываются от мечты, множество, но главная...
— Это финансовые трудности.
Для вечного игрока майнор-лиги безденежье — вещь такая же естественная, как дыхание. Но...
— Финансовые трудности? Это название какой-то школы?
Глядя на то, чем владеет и как живет Хан Джей, вряд ли ему придется бросать мечту из-за нехватки денег. И вообще.
— Дебют — это не обязательно провести в высшей лиге целый сезон. Даже если ты выйдешь на замену всего на один раз — это уже дебют.
Ну, для начала меня должны выбрать на драфте, но это уже от меня не зависит. Повторюсь, сегодня 7 июня 2030 года. До драфта новичков МЛБ 2030 года осталось около двух недель. К этому времени клубы, наблюдавшие за Хан Джеем, скорее всего, уже приняли решение. Вот почему я мог так спокойно смотреть пропущенные фильмы.
Мальчишка, чьи щеки обиженно раздулись, начал постепенно становиться прозрачным.
— Хм. Ладно. Срок — один год. Желаю удачи.
— Ага, один год...
...Погоди-ка.
— Один год? Ты с ума сошел?
Лига, в которой играют топовые проспекты-выпускники школ в первый же год — это класс А. Выше — дабл-эй и класс ААА, где нужно победить в конкуренции тех самых игроков с 10-15-летним стажем, о которых я говорил, чтобы хотя бы переступить порог МЛБ. Время, необходимое для достижения этой цели, настолько разнится от игрока к игроку, что выводить среднее значение бессмысленно. Но одно можно сказать наверняка: даже дебют в 23 года считается ранним.
— Сколько мне будет в следующем году? Восемнадцать?
...Дебют в высшей лиге в 18 лет?
— Эй.
На четвертом этаже, который был в моем полном распоряжении, воцарилась тишина.
— А ну выходи. Мне серьезно нужно кое-что сказать.
С нижнего этажа донесся гул пылесоса. Ничего, если я немного пошумлю.
— Эй! Выходи, я сказал!
Но по-прежнему ничего не было слышно, кроме звука пылесоса. Парня, который внезапно появлялся и лихорадочно вилял хвостом, и след простыл.
— Ах...
Правда. Я до смерти не хотел этого делать.
— О-окно статуса.
Я открыл зажмуренные глаза, но ничего не изменилось. Вместо этого издалека, словно удар кинжалом, донесся заливистый смех.
— Хи-хи-хи! «Окно статуса»! Слыхали?
...Черт подери.
— О, Окно статуса!
— Заткнись!
http://tl.rulate.ru/book/169587/13753612
Готово:
