«Мой маленький пони, я всегда задавался вопросом, что такое дружба...»
Глядя на пони, число которых незаметно перевалило за десяток, я невольно замурлыкал заглавную песню из мультфильма, который смотрел ещё в средней школе под предлогом изучения английского.
Уже двенадцать лошадей, включая Чокхома, щеголяли с удилами во рту. Эти удила — средство общения всадника и лошади, нечто похожее на носовое кольцо у быка. Процесс привыкания к ним называют «объездкой».
«Говорят, самое сложное — это именно объездка».
Однако кони, стоявшие передо мной, казалось, вовсе не испытывали дискомфорта. И это была заслуга Ханджина.
— Думаю, их можно использовать для перевозки грузов, — предложил Ханджин.
— Эй, Ханджин, грузы пусть таскают быки.
Я не мог позволить использовать таких ценных животных как простых ломовых лошадей. Они предназначены для того, чтобы на них ездили люди.
Я протянул Ханджину седло.
— Для начала попробуй надеть это.
— Слушаюсь.
Ханджин подошёл к Тома, погладил его по голове и умело закрепил седло.
Этот зверь обычно плевался, стоило мне подойти, но с Ханджином вёл себя на удивление покладисто.
— Ну что ж, я попробую.
— Уверен?
— Это всё ещё кажется безумием. Чувствую, скоро буду валяться на земле...
Я понимал сомнения Ханджина. Лошадь — это животное, которое по своей природе ненавидит, когда ему на спину что-то взгромождается. Не зря между началом одомашнивания и первыми верховыми прогулками пролегла пропасть в несколько тысяч лет.
Люди начали разводить лошадей около 4500 года до н. э. К 2700 году до н. э. их вывели достаточно, чтобы на них можно было ездить. Но по-настоящему в седло сели лишь спустя сотни лет, примерно в 900 году до н. э. Первыми были скифские всадники.
И это история Ближнего Востока, родины лошадей. В Восточной Азии этот процесс занял ещё больше времени. Первые кавалерийские отряды появились здесь только в III веке до н. э., в царстве Чжао в период Сражающихся царств, когда они переняли опыт кочевников.
Так что сейчас в Восточной Азии «кавалерии» как рода войск просто не существовало. Ханджин бросал вызов тому, о чём прежде и не слыхивали.
— Тебе страшно?
— Если скажу, что нет — совру... Но как бы это выразить? Знаете то чувство зимой, когда безумно хочется прыгнуть в ледяную воду? Глупая затея, но тянет непреодолимо.
Хе-хе, похоже, предсмертные слова мужчин — «да всё нормально, не умру» — одинаковы что в XXI веке, что в эту эпоху.
— К тому же, если у меня получится, Чхау обещал проползти на четвереньках по всей деревне. Я обязан это увидеть.
Мужская дружба в этом плане тоже ничуть не изменилась.
Ханджин подошёл к лошади, будучи одетым в штаны. На самом деле, с точки зрения истории, это было нелогично. Искусство верховой езды появилось гораздо раньше штанов.
Точнее, именно для того, чтобы было удобнее управляться с лошадьми, кочевые народы и начали носить штаны.
Так что порядок был нарушен... Но какая разница? Когда древние люди впервые садились на лошадей, у них не было не то что штанов, но и стремян, сёдел и удил. А у нас всё это есть.
— Тише, тише. Хороший мальчик...
Ханджин нежно погладил лошадь по гриве. И-и-иго-го! Чокхома, словно в хорошем настроении, лениво махнул хвостом.
Сделав глубокий вдох...
— Хоп!
Ханджин в мгновение ока оттолкнулся от стремени и взлетел на спину коня.
В тот же миг.
— И-и-и-и-го-го!
Как и ожидалось, конь начал неистовствовать. Обычная реакция лошади, на которую впервые сел человек.
— Ой-ёй!
Ханджин инстинктивно вцепился в шею коня.
Я закричал:
— Не за шею, держись за поводья!
— За по-поводья?
— Да! Хоть на руку намотай, но держись!
Нельзя сдавливать лошади шею. Эта «проба» была процессом обучения: лошадь должна понять, что возить человека — безопасно. Нужно было выстоять, полагаясь только на поводья.
И с этого момента началась борьба — сирым.
В будущем лошадям не нужно проходить через такое — они просто смотрят на сородичей и понимают: «А, возить людей безопасно». Но лошади этой эпохи другие.
Возможно, Чокхома, стоящий передо мной, был первым конём на планете, который позволил человеку сесть себе на спину.
— И-и-и-го-го! И-го-го!
Чокхома метался, пытаясь сбросить ношу. Нельзя падать. Ни в коем случае нельзя падать, нужно терпеть, пока силы коня не иссякнут.
В каком-то смысле это был крайне примитивный метод, но на данный момент другого выбора не было.
— У-ух...!
В горле Ханджина закипела тошнота. Но вырваться ей было не суждено. Хрусть! Он прикусил язык. Только тогда Ханджин вспомнил совет Пунгбэка.
«Стисни зубы покрепче», — говорил он. Цена за то, что он не послушался, оказалась кровавой. Из уголка рта потекла струйка крови.
— Ханджин!
Пунгбэк в испуге бросился вперёд, намереваясь остановить коня. Ханджин выставил ладонь в его сторону. Это означало: «Не подходи».
«У меня... тоже есть гордость!»
В голове Ханджина всплыл недавний разговор с Пунгбэком.
— Но зачем нам ездить на лошадях?
— Потому что Племя Тигра сильно.
— И верховая езда решит эту проблему?
— Не могу гарантировать. Но это точно станет огромным подспорьем. Мы сможем сохранить жизни наших людей.
«Чёрт, старейшина Пунгбэк слишком суров...»
Услышав такое, разве мог он сдаться?
Поэтому Ханджин вцепился в поводья изо всех сил. Посмотрим, кто кого: ты или я!
Сколько прошло времени? Чувство реальности исчезло. Казалось, пролетели секунды, а может — целый день. И тут Ханджин почувствовал дыхание Тома.
«Малыш, ты тоже выдохся...!»
Как только эта мысль промелькнула у него в голове, Ханджин неосознанно протянул руку к голове коня. К тому самому месту, которое Чокхома любил почёсывать. Ханджин начал осторожно скрести там.
— И-го-го!
Чокхома вздрогнул от неожиданности, но не отверг ласку. Только тогда Ханджин ослабил хватку на поводьях и обеими руками принялся неистово чесать голову жеребца.
— Ну и силён же ты, малый.
— И-го-го...
— Тише, тише. Молодец. Ты молодец...
Пока он так возился, вдали показался запыхавшийся Пунгбэк Бульсон, бегущий на своих двоих. Оглядевшись, Ханджин понял, что они ускакали далеко за пределы пастбища.
— Хм... ну и человек.
Внезапно в душе Ханджина вспыхнуло нечто похожее на гнев. Поручить ему такое опасное дело? Конечно, Бульсон старательно всё объяснял, но эти объяснения были ничем по сравнению с настоящей скачкой.
Конечно, Ханджин не был мелочным и понимал, что всё это ради племени. Но это не мешало ему немного подшутить над учителем.
— Правда, Тома? Ты ведь тоже так думаешь?
— И-и-и-го-го!
С этим криком Ханджин слегка ударил ногами по бокам Чокхома. В тот же миг Тома сорвался с места, мощно перебирая копытами.
— Куда-а-а-а-а!
— Ха-ха, старейшина! Попробуйте поймать!
Ханджин мчался с упоением. Такой скорости он не чувствовал никогда в жизни.
— ...Ох.
Ханджин остановился только после того, как проскакал около десяти километров. Расстояние, на которое у человека ушёл бы час пути.
Это также означало, что мне потребовался час, чтобы до них добраться.
— Ха-ам... Только пришли?
Я бежал, беспокоясь, не случилось ли чего, а Ханджин развалился на траве и лениво жевал листик мяты. Тома рядом с ним довольно щипал траву.
Увидев эту картину, я нахмурился. И дело было не только в том, что Ханджин меня разыграл.
— Ханджин, что я тебе говорил? После галопа нельзя сразу давать ни воду, ни еду. А перед кормлением нужно обязательно трижды хлопнуть в ладоши!
— А, точно...
— Ты должен приучать его сейчас. Представь: ты изо всех сил удираешь от врага, останавливаешься на отдых, а твой конь убегает чёрт знает куда в поисках жратвы. Ты этого хочешь?
— Ну...
— Фух, ладно.
Ругать человека, который добился успеха, — тоже сомнительное удовольствие.
— В следующий раз будь осторожнее.
Прощаю, раз всё получилось. Только потому, что получилось...
Я вытер пот и спросил Ханджина:
— ...Сколько времени занял путь сюда?
— Мгновение. Кажется, это было раз в пять быстрее, чем пешком.
В пять раз... Примерно такого я и ожидал.
— Как задница?
— Немного ноет. И бёдра ломит. Но ощущения потрясающие.
Ханджин улыбнулся.
— Есть один человек, которому я очень хочу сообщить эту новость.
— Охо, мне как раз пришла в голову та же мысль.
И тем же вечером.
— И-го-го, и-го-го!
— Эй, Тома был быстрым, а вот Унса-ним что-то медлит.
— И-го-го, и-го-го!
Унса Чхау на четвереньках обползал деревню, а Ханджин, глядя на это, катался по земле от хохота.
На самом деле, для верховой езды не нужны никакие приспособления. Можно просто сесть и поехать.
Скифы ездили без сёдел, используя только удила. Должно быть, их зады были в клочья. А древние нумидийские всадники Карфагена? У них были сёдла, но не было удил. Говорят, они управляли лошадьми только с помощью ног. У этих ребят, должно быть, были стальные бёдра.
Но не каждый на такое способен. Кто-то может в уме перемножать десятизначные числа, но большинству людей нужен калькулятор. С искусством верховой езды то же самое.
Чтобы эффективнее управлять лошадью, придумали удила. Чтобы было удобнее — сменили юбки на штаны. А чтобы избежать проблем со здоровьем — создали седло.
И наконец, в IV веке до н. э. появился предмет, ставший венцом кавалерийского снаряжения.
«Стремя».
Простая подставка для ног, крепящаяся к седлу. Дизайн незамысловат, но эффект невозможно переоценить.
До изобретения стремян искусству верховой езды могли обучаться только те, кто буквально жил бок о бок с лошадьми. Ведь стрелять из лука или размахивать копьём на скачущем коне крайне сложно. Однако всадник, опирающийся на стремена, стал гораздо свободнее. Благодаря этому новички легче осваивали езду, а опытные воины могли выполнять маневры, которые раньше были немыслимы. Это было величайшее изобретение, снизившее сложность и повысившее эффективность.
Историческое влияние стремян было колоссальным. В III веке они попали на Корейский полуостров, дав жизнь кэмамуса — тяжёлым латникам, а в VIII веке достигли Европы, породив сословие рыцарей. И всё сказано.
И вот теперь я создал стремена на 1000 лет раньше положенного срока.
— Эти стремена — сердце кавалерии. Но я видел, что ты использовал их только для того, чтобы залезть на коня.
— Голова кругом шла, совсем о них забыл. Может, попробуем сейчас?
Сказав это, Ханджин снова вскочил в седло. В отличие от прошлого раза, конь, поняв, что всадник не опасен, не сопротивлялся. Только тогда Ханджин поставил ноги в стремена и проехал круг.
— Ого, и почему я ими не пользовался? Так намного удобнее! Да на лошади теперь даже рисовые пирожки есть можно!
После этого Ханджин действительно продемонстрировал трюк: скакал на коне и с аппетитом уплетал пирожки. Правда, в какой-то момент поперхнулся и закашлялся... Но в целом тест можно было считать пройденным.
«Штаны, стремена, седло, удила. Полный комплект артефактов».
Но одними предметами игру не выиграешь. Нужно развивать персонажа и прокачивать навыки. И я знаю идеальное дерево навыков для кавалерии. Особенно подходящее нашему народу.
«Парфянский выстрел».
Техника стрельбы из лука назад, развернувшись в седле на полном скаку. По сути, это способ пустить стрелу в противника, убегая от него. Поскольку первыми её задокументировали у парфян, она и получила название «Парфянский выстрел».
Мастерами этой техники были кочевники Ближнего Востока, Монголии и Маньчжурии... И, конечно же, наши предки из Когурё, которые на протяжении 700 лет бороздили Маньчжурию на конях, совершая набеги на всех соседей.
«Ограбил, убегаешь... а когда люди из Тонъе пускаются в погоню с криками: „Верни моё зерно!“, просто разворачиваешься в седле и — пуф стрелой в лоб?»
...Аж мурашки по коже, насколько это на них похоже.
Как бы то ни было, важно другое. Народ Хвануна — это предки тех самых людей, и стрельба из лука у них в крови. Сложив всё это, получаем один вывод.
— Парфянский выстрел... придётся им его преподать, верно?
Конечно, это не дело одного дня. Во всём важен порядок. Если езда на лошади — это арифметика, то владение копьём в седле — высшая математика, стрельба из лука — университетский курс, а Парфянский выстрел — уровень Филдсовской премии.
Народ Хвануна, едва освоивший верховую езду, не сможет выучить это сразу. Парфянский выстрел — это финальная цель.
Сейчас же главное — просто научиться держаться в седле.
— Все собрались?
Ханджин с напускной серьёзностью обвёл взглядом два десятка «учеников». Обычно это были те, кто сам учил других, но сейчас они собрались, чтобы перенять мастерство у Ханджина.
— Хе-хе, рад, что вы все пришли ко мне учиться... Ой-ёй! Хванун-ним!
Ханджин внезапно пал ниц. Оно и понятно: среди учеников затесался сам Ханхо.
«...Разве мог этот любитель приключений пройти мимо?»
Ханхо, будучи воплощением мужественности, не мог упустить возможность научиться ездить верхом. Он лишь добродушно рассмеялся, глядя на Ханджина.
— Относись ко мне так же, как и к остальным.
— ...Как к остальным?
— Да. В деле верховой езды ты мой учитель. В пределах этого манежа я буду почитать тебя как твой ученик.
— Это как-то... давит...
— Это приказ Хвануна.
— Приказ...!
Приказ относиться к нему как к ученику... Ханджин, терзаемый сомнениями из-за такой странной иерархии, спросил:
— Но называть вас Хванун-нимом как-то... Вы ведь выше меня по положению.
— Тогда зови меня Ханхо.
— И по имени тоже как-то...
— ...Мы так весь день проспорим?
— Н-нет!
В итоге Ханджин кивнул.
— Тогда... можно я буду называть тебя Ханхо?
— И на «ты» тоже переходи. Так будет проще учить. Я тоже буду обращаться к учителю на «вы», как подобает ученику, а ты веди себя как обычно.
— Хорошо... то есть, хорошо. Тогда я научу вас ездить верхом. Первое — это подружиться с лошадью...
Может, из-за присутствия Ханхо?
Сначала Ханджин вёл занятия очень осторожно. Но это продлилось не более получаса.
— Да нет же! Ханхо, что ты делаешь? Я же сказал: наладить диалог с конем!
— А как с ним... разговаривать-то?
— Почему ты говоришь, что не получается, даже не попробовав?
На окрик Ханджина Ханхо неловко пробормотал:
— И-и-и-го-го...
Увидев это, Ханджин хлопнул себя ладонью по лбу.
— Да я же сказал: наладить духовную связь, а не ржать по-лошадиному! Нам в племени одного Чхау с его лошадиными звуками за глаза хватает!
Чхау, внезапно получивший нагоняй ни за что, поник головой.
http://tl.rulate.ru/book/169573/13751026
Готово:
