Кайлер ничего не сказал. Хотя он явно чувствовал тепло сидящей рядом Саши, он не проронил ни слова и даже не посмотрел в её сторону.
«Ох, неужели я совершила ошибку?»
Как только эта мысль промелькнула в голове, Саша прикусила губу. Она поддалась ненужным чувствам. Она выразила эмоции, которых он не желал, да ещё и озвучила их вслух.
Часто моргая, Саша издала невнятный звук и резко вскочила с кровати.
— В-вы же понимаете, что это была шутка? Я сказала всё, что хотела, так что пойду. Отдыхайте.
Саша поспешно поклонилась ему. Не оглядываясь на него — ведь он даже не попытался её задержать, — она вышла из комнаты. Её спальня находилась по соседству, но ей казалось, будто она идёт целую вечность, прежде чем достигла своей двери.
Она успешно завершила пугающий светский раут, подавила волю язвительной Императрицы и даже поставила на место невыносимую сестру... но теперь совершенно не понимала, что происходит.
Ей нужно было подтверждение того, что она действительно помогает ему. Что она способна справляться с подобными делами, не полагаясь на его силу.
«Расскажу о своих чувствах позже. Не сейчас...»
Её терзали глубокие раздумья. Это было похоже на то гнетущее чувство, которое постепенно затягивало её в трясину после визита маркизы Иберн и Элины в герцогское поместье.
Свернувшись калачиком посреди кровати, она погрузилась в мысли. Как добиться всего своими силами, без его помощи? Как перестать... прятаться за его спиной?
Она потеряла счёт времени. Вокруг уже давно воцарилась тишина. Когда она внезапно пришла в себя и выглянула в окно, небо уже начало светлеть, возвещая о рассвете.
— Ха-а... Я так устала, что хочется просто собрать всю эту усталость и спрятать её куда-нибудь...
Вдруг тишину рассвета нарушило резкое движение. За дверью послышались звуки. Кто-то, тяжело дыша, медленно приближался к её комнате.
Она ждала, что человек пройдёт мимо, спускаясь вниз или поднимаясь выше, но шаги замерли прямо перед её дверью. Не успела она испугаться, как дверь распахнулась. На пороге стоял... Кайлер.
Неужели он пришёл, чтобы расспросить её о том, что произошло ночью? Неужели он решил обсудить это именно сейчас, на рассвете? Она боялась, что её не до конца окрепшее сердце не выдержит этого разговора.
— Фух... х-ха...
Он тяжело и прерывисто дышал. Саша сразу поняла, что что-то не так. Она мигом соскочила с кровати и бросилась к нему. Когда он вошёл и закрыл дверь, она заметила неладное в его позе: он закрывал уши обеими руками.
— Герцог? Что случилось? Вам больно? А?
Она стояла перед ним и взволнованно спрашивала, но он лишь крепко зажмурился, словно сдерживая невыносимую муку. Увидев, как по его лицу катится холодный пот, Саша в испуге схватила его за руки.
— Герцог!
И в этот момент его расфокусированный, безумный взгляд внезапно обрел ясность и остановился на ней. Его тяжёлое дыхание продолжало эхом разноситься по комнате.
Он пристально посмотрел на её руки, держащие его, а затем поднял глаза к её лицу. Даже при прямом взгляде было видно, что ему очень плохо. Что же это... неужели он ранен?
Внезапно Кайлер подхватил её на руки. Прежде чем она успела вскрикнуть, он размашистыми шагами подошёл к кровати и опустил её на матрас.
— Г-герцог? Что вы делаете? Вы в порядке?
Огромная тень накрыла её. Он смотрел на неё сверху вниз. Несмотря на то, что их взгляды встретились, Саше стало необъяснимо страшно.
Помедлив мгновение, словно изучая её лицо, он приблизился, и их губы соприкоснулись. Его холодные, сухие губы мягко накрыли губы Саши и начали жадно впитывать их тепло.
Между ласками его губы стали горячими и влажными. Он разомкнул их, и его горячий язык проник внутрь. В этом поцелуе, переплетающем их языки, чувствовалась отчаянная спешка.
Когда поцелуй стал глубже, на неё навалилась тяжесть его тела. Он прижал её к себе, словно укрывая одеялом. Благодаря мягкой кровати ей не было больно, но она отчётливо чувствовала его вес и жар.
Звуки поцелуев и тяжёлое дыхание заполнили спальню.
В тот момент, когда Саша почувствовала, как его твёрдое тело, до этого лишь придавливавшее её, начало двигаться, он отстранился. Как только их губы разомкнулись, оба прерывисто задышали.
Возможно, из-за того, что это произошло сразу после её почти-признания, даже это прикосновение казалось ей исполненным нежности. Она чувствовала всё гораздо острее, чем обычно.
Кайлер, обхватив её за талию обеими руками, уткнулся лицом ей в плечо, пытаясь успокоить дыхание.
Она чувствовала дрожь его тела, и её собственное сердце забилось ещё неистовее, в то время как его дыхание постепенно выравнивалось.
О чём он думает? Почему он так страдал, стонал и обливался холодным потом? Не успела она об этом подумать, как он заговорил — так тихо, что она почувствовала вибрацию его голоса кожей шеи.
— Ах... Герцог, Герцог...
Услышав свой титул, он на мгновение замер. Подумав, что он реагирует на её голос, она позвала его ещё раз:
— Кайлер...
Его взгляд, направленный куда-то вниз, медленно поднялся к её глазам. Сердце Саши сжалось от нежности, когда она почувствовала, что он откликнулся на её зов.
— И впредь зови меня по имени.
Он, казалось, ни на что не реагировал до этого, но на своё имя ответил низким голосом. Почему-то её охватило невероятно трепетное чувство, дополненное его движениями, в которых сквозила жажда близости.
— Как я могу...
— Саша...
Она осторожно высвободила руки и обвила его шею. Почувствовав, как её тонкие руки обнимают его, Кайлер прижался к ней ещё плотнее, не оставляя ни сантиметра свободного пространства.
— М-м...
Затем он уткнулся лицом в её шею, и она почувствовала тепло его губ. Влажный след остался на её коже. Его сердце, прижатое к её груди, билось так же неритмично, как и раньше.
От её тихого вздоха его губы спустились ниже, очерчивая линию ключиц. Рука, скользившая по её спине, медленно поднялась к талии и выше, мягко сжав податливую плоть.
— Ах... А-а...
Кайлер не стал ждать, пока она разрешит свои сомнения. Его движения становились всё более настойчивыми, проникая в самые сокровенные уголки.
Саша на мгновение подумала, не стоит ли ей оттолкнуть его. Ей было немного обидно, что он не ответил на её признание, а теперь, кажется, просто следует условиям контракта.
Но это было лишь мимолётной мыслью. Она вспомнила, в каком состоянии он вошёл в комнату и как его дыхание стабилизировалось в ту секунду, когда они коснулись друг друга. С каждым её словом он обретал спокойствие.
Значит, сейчас он не просто набросился на неё в беспамятстве... Напротив, он пришёл в себя и именно поэтому доверял ей своё тело.
Саша крепко обняла Кайлера, который, не отрываясь от её ключиц, пытался раздеть её. Поняв смысл этого жеста, Кайлер поднял голову, усмехнулся и решительно лишил её одежды.
Он снова потянулся к ней и с нежным звуком поцеловал её в лоб. Сердце Саши затрепетало так сильно, что все оставшиеся тревоги мгновенно улетучились.
— Я действительно единственная женщина, которую вы можете обнимать?..
Она отчаянно надеялась на это. Если бы это было правдой — и в прошлом, и в будущем — этот момент стал бы для неё счастливым вдвойне.
На её обнажённое тело легла его большая ладонь, изучая каждый изгиб. Только сейчас она поняла, почему раньше он всегда просто крепко обнимал её, поглаживая ладонью по спине. Чтобы сдержать эти руки, которые так неистово желали коснуться её повсюду!
— Ах...
Тело мгновенно отзывалось на каждое его нажатие. Мысли путались, и сдерживать стоны становилось всё труднее.
— Ты для меня единственная «женщина»... Саша.
От его низкого голоса, произнёсшего её имя, она вздрогнула. В груди, там, где коснулся его голос, всё затрепетало.
Его лицо спускалось от шеи к ключицам и ниже, всё её тело пылало, а рассудок затуманился. Даже его голос, прежде всегда холодный, в этот момент горел жаром. В глазах вспыхнули искры, и острая, пронзительная волна удовольствия пробежала по всему телу.
— Ах! А-ах!..
Кайлер, мгновенно овладевший ею, не остановился ни на секунду, несмотря на её бурную реакцию. Словно простого объятия было мало, словно одного лишь слияния было недостаточно.
Казалось, звуки, которые издавала Саша, лишь подстёгивали его страсть.
Саша просто содрогалась в его руках, крепко вцепившись в его шею.
Впрочем, это было уже неважно.
Так было и в их первую ночь... Стоило ей оказаться в его объятиях, стоило его рукам коснуться её, а телу прижаться к ней — и она не могла пошевелиться. Если бы это было мучением, ей было бы трудно каждый раз подпускать его... Но нет, с самого начала в его руках она чувствовала слишком многое. Настолько многое, что, когда всё начиналось, ей самой было трудно... отпустить его.
Стоны становились громче, его дыхание — чаще, и они оба погрузились в забытье. То, что произошло накануне, больше не имело значения. Остались только его объятия и её тихие стоны.
http://tl.rulate.ru/book/169394/13700709
