К тому времени, когда чай с розмарином, над которым прежде поднимался пар, полностью остыл, Рея, неподвижно сидевшая в приемной, подняла голову.
Прошел ли уже час?
Она пришла в Дворец принца еще до полудня, чтобы встретиться с Каиусом, и все это время ждала.
Ей передали, что он придет после завершения утренних дел. Поскольку она явилась без предварительной договоренности, у нее не было намерения жаловаться на долгое ожидание.
— Госпожа Рея.
Это случилось как раз тогда, когда зной, проникающий через открытое окно, стал невыносимо густым. София, ненадолго отлучавшаяся, вернулась в приемную.
— Только что пришло известие от Его Высочества принца. Из-за внезапно назначенного обеда он был вынужден перебраться в Центральный дворец. Он просил передать, чтобы вы не ждали и возвращались.
У Софии, передававшей эти слова, почему-то был такой вид, будто ей самой было крайне неловко. Она прекрасно знала, что Рея прождала уже очень долго.
Рея, чье лицо почти не изменилось, лишь слегка опустила взгляд и спросила:
— Неизвестно, когда он вернется?
— По словам слуги, доставившего послание, все дела закончатся только к вечеру.
— Тогда я подожду до тех пор.
На этот спокойный ответ, прозвучавший без тени сомнения, София посмотрела на нее с беспокойством.
— Вам будет удобно?
— Да, все в порядке.
Согласившись, Рея наконец поднесла к губам чашку с остывшим чаем.
Это были всего лишь полдня. Она была готова ждать гораздо дольше, так что нынешнее ожидание было для нее пустяком.
Рея держала холодную чашку, вверяя себя привычному ожиданию. Тем временем солнце быстро достигло зенита.
— Маркиз Рюден приложил немало усилий, чтобы не допустить утверждения даты церемонии коронации.
Закончив дневное совещание, Каиус поспешно покинул зал Центрального дворца. Следовавший за ним Граф Бриша спокойно заговорил:
— Даже если так, это лишь временная отсрочка, но в будущем давление будет только усиливаться.
— Я это учитываю,
— серьезно ответил Каиус, переступая порог двери, которую открыл перед ним слуга.
Тем временем небо уже окрасилось в оранжевые тона заката.
— В таком случае, Ваше Высочество, до скорой встречи.
Каиус ответил лишь кивком и под присмотром графа сел в экипаж.
Вскоре карета тронулась в сторону Дворца принца. Его сухие голубые глаза пристально смотрели в окно.
Церемония коронации Кронпринца должна состояться не позднее конца зимы.
Нельзя было оставлять место преемника вакантным до Дня основания Империи, который отмечается в начале зимы. Это было бы равносильно демонстрации многочисленным государственным чиновникам того, что Империя нестабильна.
После коротких раздумий экипаж быстро остановился. Каиус, отведя спокойный взгляд от окна, неспешно поднялся.
К тому времени небо уже заметно потемнело.
При входе в холл Дворца принца его встретил ряд слуг, низко склонившихся в приветствии. Равнодушно кивнув, он прошел через просторный зал и поднялся по лестнице.
Следовавший за ним Главный дворецкий тихо доложил:
— Ваше Высочество, Принцесса все еще находится в приемной.
Только тогда бесстрастное лицо Каиуса обратилось к дворецкому. Его брови едва заметно сошлись к переносью.
— До сих пор?
— Да. Она сказала, что будет ждать возвращения Вашего Высочества, и все это время не покидала своего места.
Каиус издал тихий, едва уловимый смешок. Эта женщина пришла еще утром, до полудня. В середине дня у него назначили обед, и он ясно передал через слугу, чтобы она уходила.
И все же она прождала больше половины дня.
Каиус с чувством некоторого абсурда сменил направление и направился в сторону приемной.
На протяжении всех дел он совершенно забыл о существовании этой женщины. Он полагал, что она, разумеется, ушла, и даже не вспоминал о ней.
То ли она была глупа, то ли невероятно настойчива.
Изогнув губы в усмешке, Каиус вошел в коридор, где находилась приемная. Стоявшая у дверей фрейлина, заметив его, поспешно поклонилась и открыла дверь.
В постепенно расширяющейся щели показалась женщина, сидящая за столом.
Как только Каиус вошел внутрь, фрейлина поспешно закрыла дверь. Он остановился перед ней и, прищурившись, посмотрел на женщину.
Сложив руки на столе и прижавшись к ним лицом, она не шевелилась — видимо, уснула.
Каиус молча стоял, глядя на нее, а затем медленно подошел к столу.
Слегка приоткрытый профиль женщины был слишком бледным. То же самое касалось и ее аккуратно рассыпанных серебристых волос.
Женщина, окутанная цветами, которые, казалось, вот-вот рассеются в воздухе, втянула плечи. Почувствовав чье-то присутствие, ее длинные ресницы дрогнули, а затем медленно приподнялись.
Ее фиолетовые глаза, открывшиеся под ними, сначала блуждали в пустоте, не в силах сфокусироваться, но вскоре остановились на нем.
— Ах...
Тут же выпрямившись, она посмотрела на него снизу вверх. В ее затуманенном взгляде постепенно прояснилась осознанность.
— Я же, кажется, велел не ждать.
Каиус заговорил бесстрастным голосом, обращаясь к женщине, которая замерла с приоткрытыми губами.
Ничего не отвечая, она отвела взгляд и посмотрела в окно, за которым уже стемнело. Видимо, только сейчас осознав, сколько времени прошло, она растерянно моргнула.
— Просто... мне хотелось увидеть твое лицо, пусть даже ненадолго.
Ясный взгляд женщины оторвался от окна и полностью сосредоточился на нем. Ее голос, как и всегда, был спокойным, но в нем чувствовалась легкая дрожь.
Каиус неосознанно пристально оглядел ее лицо.
Начиная с влажных, прозрачных глаз цвета лаванды, заканчивая мягкой линией носа, розовеющими щеками и губами.
Лицо было миловидным. Его впечатление от внешности женщины оставалось неизменным с самого начала.
Не считая его стремления использовать ее в своих целях, этот объективный факт он признавал всегда.
Его безмолвный взор вскоре остановился на ее приоткрытых губах.
Это созерцание, проводимое с совершенно непроницаемым выражением лица, прекратилось лишь тогда, когда женщина продолжила:
— Я слышала, что на сегодня дел больше нет. Не уделишь ли ты мне немного времени?
Наверное, именно с таким лицом собака преданно ждет своего хозяина.
На ее лице не было ни следа усталости от долгого ожидания, ни капли гнева — только сияющие глаза. На мгновение она показалась даже отчаянной.
— Хотя бы прогулку... нет, можно просто немного поговорить.
Взгляд Каиуса слегка потяжелел. Подобная глупость и безрассудство со стороны женщины лишь раздражали.
Именно он из-за необходимости держать ее при себе отменил решение о расторжении помолвки, и именно он, чтобы успокоить ее сомнения, сказал делать так, как ей удобно.
Однако эти слова не означали, что он собирается отвечать на ее чувства.
Она была лишь средством, которое можно использовать, а затем выбросить. Эти отношения также должны были поддерживаться лишь в нужной мере, прежде чем закончиться. Соблюдая границы, как и положено в обычных помолвках членов императорской семьи.
Но эта женщина, очевидно, не собиралась этого делать.
Она будет и впредь стараться проводить время вместе, изводя себя попытками вернуть ему утраченные воспоминания.
В какой-то степени ему придется подыгрывать, но это все равно вызывало у него отторжение.
И в то же время из глубины сердца нахлынуло странное чувство удовлетворения.
Совершенно скрыв запутавшиеся двойственные эмоции, Каиус кивнул.
— Что ж, давай выйдем ненадолго.
Ночной ветер, пришедший со стороны озера, коснулся двоих, идущих по тропинке.
Рея пыталась нарушить густую тишину, заговаривая о том и о сем. Она то и дело поглядывала на мужчину, который шел рядом с неизменно безучастным выражением лица.
Зазвучали сентиментальные речи, понятные лишь ей одной — о том, что это место их первой встречи и тропа, по которой они часто гуляли давным-давно.
— Это было в начале лета шесть лет назад. Наша первая встреча.
Стояло точно такое же время года, как сейчас. И такой же ранний вечер с густыми сумерками.
Рея остановилась именно на том месте, где когда-то упала маленькая девочка, на которую вылили вино и которая бежала прочь от насмешек.
И теперь на лице этого взрослого, возмужавшего мужчины она пыталась разглядеть черты того юного мальчика.
Причина, по которой эти двое казались ей разными людьми, крылась, вероятно, не только в прошедших годах.
Тихо потирая сложенные руки, Рея долго смотрела на него снизу вверх.
— Продолжай,
— в какой-то момент разомкнулись его правильные губы. В словах, прозвучавших на первый взгляд мягко, сквозила едва заметная насмешка.
— Может быть, в процессе и память вернется.
От его явного недоверия сердце Реи сжалось.
Он все еще не признавал время, проведенное вместе, и чувства, которые их тогда связывали.
Даже если внешне он делал вид, что сотрудничает, проводит с ней время и ведет себя вежливо, он по-прежнему не принимал в ней ничего.
Не в силах больше вымолвить ни слова, Рея замолчала и плавно опустила длинные ресницы.
Слабо вспыхнувшее воодушевление вмиг угасло, но как только ее взгляд упал на кольцо, она снова набралась смелости.
— В день моего совершеннолетия ты вывел меня за пределы дворца.
Повернув голову в сторону озера, Рея вспомнила весну своего восемнадцатилетия.
Было естественным, что для принцессы, прибывшей в качестве заложницы, не устраивали отдельной церемонии совершеннолетия, но Каиус, видимо, принял это близко к сердцу и посвятил весь тот день ей.
После совместного обеда он усадил Рею в экипаж и покинул дворец.
— В статусе заложницы я не могла самовольно покидать дворец, но ты сказал, что в тот день получил специальное разрешение от Его Величества Императора.
С момента приезда в Империю она впервые увидела центральные улицы города. В тот день они оба не были скованы своим статусом или положением.
Как любая юная влюбленная пара, они гуляли, держась за руки, среди городской толпы.
И для него, и для нее это был первый в жизни трепет чувств.
— Ты сказал, что тоже впервые вот так открыто гуляешь по площади. Мы бросали золотые монеты в фонтан желаний и слушали игру уличного оркестра на лютне. А на закате гуляли вдоль реки...
Рея старательно описывала те моменты. Эти воспоминания были настолько счастливыми, словно сказочный сон, что она могла изобразить их во всех красках.
— В экипаже по дороге обратно во дворец ты подарил мне это ожерелье.
Рея коснулась своей шеи. Ожерелье с белым камнем на серебряной цепочке было подарком, который он преподнес ей в тот день.
Она носила это ожерелье каждый день. Вместе с кольцом, которое он подарил. После его отъезда она тем более не могла с ним расстаться.
— И тогда...
Каиус, который до этого лишь молча слушал, посмотрел на нее своими ярко-голубыми глазами.
Взгляд Реи, скрытый за длинными ресницами, встретился с его взором.
Глядя в эти глаза необычного цвета, Каиус опустил взгляд чуть ниже, наблюдая за тем, как слегка шевелятся ее алые губы.
Это был единственный яркий цвет у этой совершенно бледной женщины. Из этих губ, запинаясь, вырвался тонкий голос:
— Ты впервые сказал мне... что...
Сквозь развевающиеся на ветру белоснежные волосы были видны ее покрасневшие уши.
Одного этого вида было достаточно, чтобы легко догадаться, о чем она хочет сказать.
Видно, хочет сообщить, что они обменялись каким-то жалким признанием в любви.
Каиус едва заметно усмехнулся. Судя по всему, прошлое было донельзя скучным.
Ему было просто не по себе от мысли, что он занимался подобными бессмысленными вещами.
С чувством скуки Каиус издал негромкий вздох. Эта скука, которую он даже не пытался скрыть, отчетливо передалась ей.
— На этом хватит.
Не желая слушать дальше, Каиус прервал разговор холодным тоном.
Рея, которая до этого старательно подбирала слова, то и дело меняясь в лице, наконец окончательно застыла.
— Времени прошло уже порядочно, так что пора возвращаться.
Наступила глубокая ночь. Он посчитал, что в достаточной мере исполнил ее просьбу.
Каиус без капли сомнения развернулся и зашагал прочь.
— Ах...
Рея, собиравшаяся сказать что-то еще, тут же сомкнула губы.
«Да, на сегодня этого достаточно. Ведь в следующий раз будет еще шанс».
Рея, стоявшая до этого как потерянный ребенок, поспешила за ним. На ее помрачневшем лице дрожали и рассыпались лунные блики.
http://tl.rulate.ru/book/169171/13650587
