На следующий день Ивелин позвала Рикала, который как раз собирался пойти проведать бабушку.
— Вы звали меня, леди Ивелин?
Ивелин сложила газету, которую читала, и посмотрела на Рикала.
— Мне нужно кое-что сказать тебе, Рикал.
— Слушаю вас.
— На самом деле, вчера у твоей бабушки была очень высокая температура.
Лицо Рикала помрачнело.
— Насколько высокая?..
— Сорок градусов.
Несмотря на спокойный тон Ивелин, Рикал не смог скрыть своего потрясения.
— Что?.. Почему вы говорите об этом только сейчас?..
— Вчера ты и так был расстроен из-за выговора Дифрина. Я не хотела вешать на тебя еще одну ношу. К тому же, в конечном итоге жар у бабушки спал.
Ивелин продолжила ровным голосом:
— Я воспользовалась народным средством, которым лечила меня бабушка в детстве, когда я простужалась. Честно говоря, сама не ожидала, что оно сработает так быстро. Температура упала почти до нормы меньше чем за час.
— Как именно?..
— Я сварила суп из листьев кэттона и накормила им твою бабушку. Точно так же, как делала моя бабушка для меня. У нее были обширные познания в лекарственных травах.
Ивелин намеренно подчеркнула, что это были знания её бабушки.
Если бы она сказала, что сама додумалась сбивать жар листьями кэттона, это наверняка показалось бы подозрительным.
Изначально она планировала притворяться, что не знает о том, что лекарством от этой эпидемии являются листья кэттона, но вчерашний вид больной бабушки Рикала заставил её призадуматься.
«Наверняка есть и другие люди, чьи жизни находятся под угрозой из-за эпидемии, как и у бабушки Рикала...» — подумала она.
Ивелин поняла, что больше не может просто стоять в стороне.
Поэтому, даже если она не станет разработчиком лекарства лично, она решила дать подсказку тому, кто сможет сделать эту работу за неё.
— Кэттон?.. Но это же обычный сорняк, который растет на каждом шагу.
— Да, именно поэтому вчера я смогла быстро сходить на холм и набрать его, когда ситуация стала критической.
Рикал выглядел ошарашенным.
— ...Леди Ивелин, вы сами ходили в горы?
— Да, вчера ведь я была в доме одна.
— Ха-а...
Рикал тяжело выдохнул, видимо, терзаясь чувством вины из-за того, что заставил Ивелин выполнять такую тяжелую работу.
— Всё в порядке. Прогулка по горам пошла мне на пользу, я давно не выбиралась.
— И всё же...
— Хватит об этом. Нам обоим вчера сполна досталось от Дифрина.
Когда Ивелин ответила с легкой улыбкой, Рикал замялся, но в итоге сменил тему.
— И это правда всё? Вы только дали ей листья кэттона?..
Похоже, ему было трудно поверить, что какой-то распространенный сорняк смог сбить сильнейший жар.
Однако верил он или нет — это было не так уж важно.
В любом случае, когда сегодня вызовут лечащего врача для осмотра, он подтвердит полное выздоровление, и тогда Рикалу не останется ничего другого, кроме как признать эффективность листьев кэттона.
— Да, всё именно так. Но для полной уверенности сегодня обязательно пригласите врача, чтобы он осмотрел бабушку.
Рикал с признательностью кивнул:
— Слушаюсь.
Поздно вечером, услышав возбужденный голос Рикала, Ивелин поняла, что её расчеты оказались верны.
— Господин Дифрин, это невероятное открытие!..
Вернувшийся вместе с ним Дифрин кивнул.
— Возможно, именно это положит конец эпидемии.
Как только Рикал, обсуждавший что-то с Дифрином, заметил Ивелин в холле, он тут же подошел к ней размашистым шагом.
— Леди Ивелин!
Ивелин, которая в это время занималась вышиванием гортензий, отложила иглу, услышав свое имя.
Рикал, чье лицо в последнее время было мрачным, буквально светился от радости. С этим восторженным выражением лица он казался почти ребенком.
— Сегодня состояние бабушки практически пришло в норму!
«Я это и так знала, глупенький».
Скрывая внутреннюю усмешку, Ивелин сделала вид, что ничего не понимает.
— Неужели?
— Да! Сегодня лечащий врач осмотрел бабушку и сказал, что жар полностью спал, а другие симптомы почти исчезли.
Только тогда Ивелин широко улыбнулась.
— О, какое счастье!
— Спасибо вам, леди Ивелин.
Она и не знала, что Рикал может так улыбаться. Он сиял так ярко, словно решил прогнать этой улыбкой все свои прежние тревоги.
В этот момент подошел Дифрин.
— Ивелин.
Она подняла на него взгляд.
— Говорят, ты накормила бабушку Рикала листьями кэттона.
— Да. Вообще-то я не ожидала такого резкого эффекта, наверное, нам просто повезло.
Дифрин покачал головой.
— Нет, на всякий случай мы дали их другим больным эпидемией, и эффект был таким же поразительным. Возможно, благодаря этому открытию мы сможем остановить болезнь.
В душе Ивелин вздохнула с облегчением.
Она практически накрыла им стол, оставалось только сесть и съесть, но она всё же переживала: а вдруг они сочтут это случайностью и пройдут мимо?
— Мы еще немного понаблюдаем за реакцией и сразу приступим к изготовлению лекарства.
— Это замечательные новости.
Ивелин молитвенно сложила руки, притворяясь глубоко тронутой. Рикал добавил:
— Это всё благодаря леди Ивелин.
— Ну что вы, это просто удача.
— Ничего подобного. Кому еще пришло бы в голову использовать листья кэттона, чтобы сбить жар? Не так ли, господин Дифрин?
Рикал спросил об этом Дифрина.
Однако Ивелин не питала особых надежд. Дифрин никогда бы не стал её хвалить...
— Да... — Дифрин замялся, прежде чем продолжить. — Если эпидемия закончится раньше срока, возможно, это действительно будет твоя заслуга.
«С чего бы это?»
Опешившая Ивелин мгновенно засияла глазами.
— Правда?
— ...Не заставляй меня повторять дважды.
Видя, как он отводит взгляд, она испытала настоящий восторг. Глядя на такого Дифрина, ей нестерпимо захотелось подразнить его, словно маленького ребенка.
Ивелин с горящими глазами посмотрела на Дифрина и внезапно крепко обняла его.
— Что ты творишь!.. — в его попытке отстраниться чувствовалось явное замешательство. Подняв голову, она увидела, как его брови сошлись на переносице.
Сдерживая смех, Ивелин произнесла:
— Просто ты вдруг показался мне таким милым.
В ту же секунду Дифрин перестал пытаться её оттолкнуть. Его тело словно одеревенело.
— Кхм-кхм.
Раздалось деликатное покашливание Рикала, напоминавшего о своем присутствии.
Решив, что на сегодня шуток хватит, Ивелин отстранилась от Дифрина.
Поэтому она не заметила, как шея Дифрина слегка покраснела.
Через несколько дней в газетах появились статьи о том, что лекарство от эпидемии разработано. Разумеется, вся слава досталась Дифрину, ведь именно он был тем, кто официально продвигал эту работу.
Поскольку Ивелин не стремилась к общественному вниманию, она без сожаления сложила газету. Она была просто рада, что эпидемия скоро утихнет.
«Второй рубеж пройден».
В процессе она неожиданно сблизилась с Рикалом. Более того, теперь Рикал был полностью на её стороне. Он даже позволял себе потихоньку принимать её сторону во время их небольших перепалок с Дифрином.
«Он был таким надежным союзником...»
Жаль только, что после полного выздоровления бабушки Рикал вернулся в свой дом.
Ивелин закончила обедать и освежалась прохладной водой, когда к ней подошла старшая горничная Мэрилин.
— Госпожа, пришло письмо из модного салона. Сообщают, что к ним завезли новые ткани. Не желаете ли взглянуть?
Ивелин ненадолго задумалась.
«Хм...»
Сейчас она не так уж часто выходила в свет, поэтому новых платьев не заказывала... Но зайти в модный салон просто чтобы развеяться, казалось неплохой идеей.
— Хорошо, давай съездим туда после обеда.
— Да. Я подготовлю наряд для выхода.
Мэрилин почтительно поклонилась и скрылась на втором этаже. Ивелин провела время в спальне, а когда наступил полдень, собралась и вышла наружу.
Погода была пасмурной, но какая разница, ведь она почти всё время будет в карете?
Тем не менее, Мэрилин на всякий случай предусмотрительно захватила зонт.
Карета с Ивелин и Мэрилин направилась к центру города. Путь должен был занять около двадцати минут. Ивелин смотрела в окно, покачиваясь в такт движению экипажа. Небо затягивало тучами, и казалось, вот-вот пойдет дождь.
«Хорошо, что взяли зонт».
Размышляя о разном, Ивелин вдруг закашлялась.
— Кхе, кхе!
Мэрилин округлила глаза и поспешно протянула ей носовой платок.
— С вами всё хорошо, госпожа?
— Да... Кажется, я немного простудилась.
В последнее время Ивелин часто кашляла. Она опасалась, не последствия ли это эпидемии, но знала, что это невозможно. Она не контактировала с больными напрямую и её не кусали кровососущие насекомые. Да и лекарство уже было готово.
Поэтому она решила, что кашель — это просто признак легкой простуды. Правда, было непонятно, где она умудрилась простудиться, постоянно находясь в помещении.
В этот момент Ивелин увидела в отражении обеспокоенное лицо Мэрилин. Подумав секунду о своем здоровье, она тут же переключилась на другие мысли и про себя улыбнулась.
«Я сделала правильный выбор, назначив её старшей горничной».
Став старшей горничной, Мэрилин прекрасно справлялась со своими обязанностями. Она не только тщательно вела книгу учёта расходов, но и вела себя безупречно. С Ивелин она была вежлива и почтительна, а с остальными служанками — строга.
Похоже, она старалась следить за всем особенно внимательно, учитывая, что раньше прислуга приворовывала из хозяйских средств. Другие горничные, которым подняли жалованье, не роптали на строгость Мэрилин.
Благодаря сэкономленным средствам удалось отремонтировать дом и заменить старые вещи, так что теперь каждый уголок сиял чистотой. Благодаря хорошей работе Мэрилин жизнь Ивелин стала гораздо комфортнее.
Дом должен быть в идеальном порядке, чтобы в будущем можно было успешно отразить любые другие испытания.
— Кажется, мы приехали, госпожа.
Когда карета остановилась, поток мыслей Ивелин прервался.
Она стала выходить из экипажа, и ей на макушку упала холодная капля. Похоже, начинался дождь.
«Надо скорее зайти внутрь».
Дверь модного салона открылась с мелодичным звоном колокольчика. Внутри уже было несколько человек, вероятно, тоже прослышавших о новых тканях.
Люди украдкой поглядывали на Ивелин. Поскольку она, леди из обедневшей баронской семьи, вышла замуж за молодого герцога Ривонок и стала «Золушкой» империи, её имя было у всех на устах.
Ивелин постаралась проигнорировать взгляды и села в углу. К счастью, интерес к ней быстро угас. Вместо этого до неё донесся шепот:
— Вы слышали? О господине Фенрисе.
Фенрис?..
Услышав это имя, Ивелин невольно прислушалась к разговору.
— Вы имеете в виду Фенриса... Второго императорского принца?
— Да, именно его.
Лицо Ивелин приняло сложное выражение.
«Значит, действительно тот самый Фенрис...»
Фенрис был вторым императорским принцем, личностью, постоянно находящейся в центре внимания, а также вторым главным героем этого романа.
http://tl.rulate.ru/book/169124/13636727
Готово:
