Мел и вправду не грезила о замужестве, как о сказке. Просто в её положении она не могла ни согласиться на брак по расчёту, ни ответить, что это «трясина, в которую её затягивают».
— Вы говорили, что не так давно восстановили свой статус после жизни в качестве простолюдинки?
— К чему это вдруг...
— Судя по тому, что вам пришлось заново проходить базовое обучение, жили вы далеко не в роскоши, это странно. Почему вы желаете чего-то столь сказочного? Вы уже не в том возрасте, чтобы путать сказки с реальностью.
Гофер улыбался, но Мел прекрасно понимала, что его слова — это упрёк. Она плотно сжала губы.
— Не ожидала услышать такое, когда переговоры между семьями уже завершены. Но я пойду вам навстречу. У каждой леди есть свои обстоятельства.
— ...
— Даже если вы совсем не похожи на аристократку.
— Ах.
Мел невольно вскочила. Но не смогла двинуться дальше. То ли потолок обрушился, то ли пол ушёл из-под ног. Перед глазами всё плыло, будто верх и низ поменялись местами.
— Только не дай себя раскрыть.
— А если... если раскроют?
Десятки, сотни раз прокрученные в голове, старые и выцветшие воспоминания давили на Мел.
Нельзя попадаться. Нельзя вызывать подозрения. Что, если кто-то узнает, что она вовсе не Блерия?
— Тогда ты снова увидишь знакомое лицо.
В ушах зазвенело. Звук чего-то твёрдого, катящегося по полу. Вибрация от того момента, когда Демиан швырнул кольцо, эхом отдавалась внутри.
Горло будто зашили. Наверняка она сейчас выглядела странно, нужно было хоть что-то сказать.
«Что же мне делать?»
Гофер с растерянным лицом поднялся вслед за Мел.
— Леди Блерия?
— ...
— Простите. Я сорвался. Для начала... успокойтесь.
Он взял Мел за руку и помог сесть на диван. Головокружение, грозившее лишить её чувств, медленно отступало.
Мел, затаив дыхание, наблюдала за Гофером. Она внимательно всматривалась в его глаза, пытаясь понять, не закралось ли в них подозрение.
К счастью, он был лишь удивлён. Несмотря на то что с их первой встречи он совершил самый неаристократичный поступок.
«Но что, если подобное случится снова? А другие аристократы?»
Будет ли Гофер единственным среди множества людей, которых она встретит, кто сочтёт её странной? Даже слуги, которые не были дворянами, шептались, называя её мошенницей.
Что нужно делать, чтобы не вызвать подозрений? Что значит быть аристократкой? Как себя вести, чтобы люди верили, что она — настоящая Блерия? Сколько бы она ни размышляла в одиночестве, ответа не находилось.
— Что значит «быть похожей на аристократку»?
Её голос дрогнул.
— Я...
— Я не пытаюсь язвить. Если вам действительно жаль, научите меня. Мне предстоит встречаться с другими дворянами, и я не могу позволить себе снова услышать нечто подобное.
С каждым словом ей казалось, что её страхи вот-вот станут реальностью. Грудь сдавило, голова поникла. Когда ей захотелось зажмуриться, она почувствовала прикосновение к своему лицу.
— Вам лучше не опускать голову.
Его рука, не грубая, но уверенная, обхватила её за щёку и подбородок, приподнимая лицо.
— Не открывайте свою душу. Что бы вы ни услышали, не морщитесь, а улыбайтесь. Расслабленно, будто вас ничто не может пошатнуть.
Мел отреагировала как прилежная ученица. Она расправила нахмуренные брови и изо всех сил попыталась приподнять уголки губ. Хотя её щёки мелко дрожали, она старалась, но Гофер лишь усмехнулся.
— Похоже на человека, который никогда толком не улыбался.
— ...
— Если это сложно, выберите своим примером Демиана. Поскольку вы брат и сестра, так может быть проще.
«Демиана?»
Человек, который вечно курит сигары, заваленный документами, который нагнетает атмосферу, даже не повышая голоса, и чья улыбка пугает. Он в глазах любого выглядел как истинный аристократ, но копировать его казалось невозможным.
Единственное, что можно было попробовать...
— Сигары?..
— ...Я имею в виду, не выражайте никаких эмоций.
Пальцы в перчатках коснулись бровей Мел. Ощущение мягкой ткани, казалось, запечатлелось везде, где он прикасался.
— Если не использовать мышцы лица, они атрофируются, и позже вам не придётся прикладывать усилий, чтобы лицо оставалось застывшим, скрывая ваши чувства. Словно маска.
«Словно маска».
Пока Мел про себя повторяла его слова, рука Гофера внезапно опустилась ниже. Его указательный и средний пальцы надавили на уголки её губ с обеих сторон.
Рот изогнулся дугой, имитируя улыбку. Глядя на опешившую Мел, он рассмеялся.
— Вы так старательно слушаете бесполезные советы.
— ...Всё это ложь?
— Учитывая мою вину, я бы не посмел. Это просто означает, что совет буквально бесполезен.
Убрав руку, Гофер вернулся на своё место напротив Мел. Рядом с ней стало как-то пусто.
— Вы ведь «Бриллиант Хэвена», леди? Если что-то чувствуете, выражайте это открыто. Вокруг будет полно людей, желающих вам угодить, так зачем вам подстраиваться под других?
— Но вы ведь тоже постоянно улыбаетесь, сэр.
— Моё положение не столь прочно. «Гоферу Олнайту невообразимо везёт». Не слышали такого?
Место в обществе ненадёжное, но при этом везёт.
Для Мел само рождение в высокопоставленной аристократической семье казалось огромной удачей, но, похоже, он имел в виду не это. Его противоречивые слова показались ей многозначительными.
— Вы ещё услышите об этом, со временем.
Гофер мягко прищурился. Совершенно невозмутимо. Словно человек, которого, как он и говорил, ничто не может пошатнуть.
Может быть, из-за его предыдущих слов эта улыбка не показалась ей искренней.
«Что этот человек скрывает?» — вопрос, на который пока не было ответа, поселился глубоко в её сердце.
Гофер Олнайт стал приходить регулярно. Он оказался не таким хорошим человеком, каким казался на первый взгляд. Он дразнил Мел, не привыкшую к аристократическому обществу, словно свою игрушку.
После того первого дня он больше не переходил границы, но его поведение настолько отличалось от того вежливого образа с извинениями, что Мел чувствовала себя преданной. Когда она, не выдержав, потребовала объяснений, он невозмутимо ответил:
— Люди называют это притворством.
Чувство вины бесследно исчезло. Мел приложила все силы для разрыва помолвки.
Даже когда Гофер приходил, она без причины заставляла его ждать по тридцать минут, постоянно придиралась к словам и, притворяясь, что ошиблась, задевала чашку, разливая чай. Но всё было тщетно.
— Чтобы разорвать помолвку, тридцати минут маловато, не находите? К тому же, когда тот, кто заставил ждать, сам дрожит от страха, мне даже неловко злиться.
— Сегодня вы так активно участвовали в беседе, мне было очень приятно.
— Простите, я невольно уклонился. В следующий раз предупредите заранее. Я позволю вам ударить меня, если это не приведет к травме.
Ничего не помогало. Более того, она услышала от Люси удручающий отзыв:
— Я так рада, что вы сблизились с молодым господином Олнайтом! Хозяин тоже был очень доволен.
— Это слишком.
Вместо желаемого результата она, если можно так выразиться, пожала плоды в другом направлении.
В день своего первого чаепития Мел услышала такие слова:
— Видимо, слухи о том, что она мошенница, были просто пустым звуком. Она действительно выглядит как истинный член семьи Хэвен.
— Любому понятно, что она сестра молодого герцога Демиана.
— Говорили, она выросла среди простолюдинов, но окружение, похоже, не имеет значения... Ой.
В тот момент, когда они столкнулись с виновницей обсуждений, лица болтавших застыли.
— Приму это за комплимент,
Мел бросила это с безразличным видом и прошла мимо. Однако её сердце не переставало бешено колотиться до самого возвращения в карете в её комнату в поместье Хэвен.
Не только среди слуг поместья, но и среди аристократов воцарилась атмосфера веры в то, что она — настоящая Блерия.
«Какое облегчение. Значит, я вела себя как аристократка».
Сначала пришло глубокое чувство облегчения. Затем — странное, то ли радостное, то ли волнительное покалывание. Хоть в том, чтобы обманывать людей, не было ничего достойного гордости, она то и дело чувствовала себя так, словно её похвалили.
— Хм-м.
Мел огляделась в пустой комнате и встала перед зеркалом.
В нём отразилась девушка с белоснежными волосами. Пряди, едва касавшиеся плеч, теперь доходили до ключиц. Сухая кожа приобрела сияние, а впалые щёки округлились. В домашнем платье она выглядела вполне естественно.
Она растянула губы в улыбке и быстро вернула их в исходное положение. Улыбка казалась неумелой, но когда она не выражала эмоций, выглядело очень даже...!
— Так не пойдет, схожу-ка я на прогулку.
До сада она теперь могла дойти и сама. Вместо того чтобы звать Люси, Мел распахнула дверь. В тот же миг раздался шум.
— Ой!
— Лю... Люси?
Человек, потиравший ушибленный лоб, определённо был горничной Мел.
— Почему ты у двери?.. Прости. Ты ушиблась?
— Немно-ожко больно, но всё в порядке, госпожа! Вам что-нибудь нужно?
— Я собиралась прогуляться в саду.
— Вам следовало позвать меня! Я вас провожу.
Мел хотела сказать, что дойдёт сама, но увидела глаза Люси. Её круглые зрачки дрожали.
«Она не случайно оказалась у двери».
— Единственная юная леди Хэвена не должна ходить одна. Позвольте мне сопровождать вас, госпожа... Прошу вас.
— Хорошо, пойдём вместе.
Лицо, которое, казалось, вот-вот расплачется, просияло. Люси быстро засеменила впереди Мел. Мел последовала за ней, чувствуя, как внутри всё сжимается.
«Чему ты радуешься, дурочка?»
Вряд ли найдётся аристократка, за которой следят круглые сутки.
Как и всегда, пришёл Гофер. Обычно она, хоть и волнуясь, заставляла его ждать, но сегодня сразу направилась в гостиную. У неё не было сил стараться после шока от осознания слежки.
Стоило ей повернуть дверную ручку и войти внутрь, как ноги Мел замерли.
— О...?
Мел приподнялась на цыпочки и начала красться.
http://tl.rulate.ru/book/169119/13634136
Готово:
