Голос Каликса, эхом отзывавшийся в голове, сегодня казался особенно жестоким. Ивета знала, что придает значение каждому его незначительному жесту и воодушевляется, но метаться подобным образом между раем и адом было слишком мучительно.
— Каликс!
Несмотря на ее раздирающий душу крик, Каликс лишь продолжал спокойно улыбаться. Казалось, он насмехается над ней, словно бросая вызов: «Ну же, попробуй», и Ивета, чувствуя себя раздавленной, снова зарыдала. С каждым днем мысль о том, что этот брак был безумием, все сильнее лишала ее рассудка.
— ...Уже поздно, так что на сегодня закончим. Вам стоит отдохнуть.
Вне зависимости от того, рыдала она или нет, Ивета почувствовала тепло над головой. Большая ладонь Каликса, о которой она так мечтала, погладила ее по волосам. От этого невыносимо нежного прикосновения слезы хлынули с новой силой, перехватывая дыхание. Его внешнее добросердечие лишь сильнее затягивало петлю на ее шее.
Вскоре тепло исчезло, и холодный ночной воздух окутал ее тело. Ивета вздрогнула от резкого ветра и подняла взгляд на Каликса. Но рядом с ней осталась лишь его оболочка — его сердце уже было где-то в другом месте. Он ей не принадлежал.
— В следующий раз можете не ждать меня.
— ...
— Я все равно не смогу дать вам никакого ответа.
Из-за душивших ее слез Ивета не могла вымолвить ни слова. В итоге все, что у нее осталось — это носовой платок Каликса. Он протянул его ей, словно проявляя заботу, и ушел.
Она прижала платок к щеке, пытаясь поймать остатки его тепла. Мягкость шелка и едва уловимый аромат его тела отозвались болезненным стуком в груди. Ивета не посмела вытереть слезы его платком, а лишь бережно прижала его к сердцу.
Сколько еще таких дней ей придется пережить, прежде чем слезы высохнут? Оставшись одна в спальне, Ивета вспомнила тот день, когда поняла, что ее любовь никогда не получит ответа.
Она переехала в резиденцию великого герцога сразу после свадебной церемонии. Поскольку все происходило в спешке, чувства Иветы вспыхнули с той же скоростью. Она по-глупому быстро влюбилась.
Однако, едва оказавшись в резиденции великого герцога, этой любви суждено было увянуть.
В день свадьбы Ивета, следуя указаниям фрейлины, естественно, направилась в спальню Каликса. Таков был обычай и порядок. Разумеется, они не поехали в Великое герцогство, чтобы провести там одну ночь, но сердце Иветы все равно трепетало.
Вопреки ее ожиданиям, Каликс все еще был в парадном мундире. Более того, он усадил Ивету на диван напротив себя и продолжал просматривать бумаги. Каликс мельком взглянул на нее и вскользь упомянул, что есть дела, требующие срочного завершения.
Несмотря на то, что ситуация должна была быть неприятной, сердце Иветы, казалось, готово было выпрыгнуть из груди, поэтому она ни о чем другом не думала. К тому же, мужчина, которого она так хотела видеть, сидел совсем рядом.
Поэтому Ивета с трепетом в сердце лишь ждала, когда он закончит работу, несмотря на его грубость, то и дело прижимая носки туфель к ковру.
— Юная госпожа Шульт.
В тишине раздался его голос. Ивета, словно верная собачонка, инстинктивно повернулась к нему.
— ...Да, Ваше Высочество.
— Не слишком ли официальное обращение для супругов?
— Ах...
Каликс заговорил игривым тоном. Было очевидно, что он поддразнивает ее, и лицо Иветы вспыхнуло от смущения.
— Ивета Шульт.
— ...Да.
— Каликс де Розенталь. Давайте будем называть друг друга просто по именам.
На самом деле Ивета не знала, как называть его после свадьбы. Она не получала советов ни от кого, включая мать, а называть его так, как ей вздумается, было страшно — Каликс был слишком далеким и высокопоставленным человеком. Поэтому она естественным образом называла его «Ваше Высочество».
Ивета тихо повторила его имя. Каликс, Каликс. Имя, которое она даже не смела произнести вслух, теперь сорвалось с ее губ. Она не могла забыть поток воздуха, наполнявший комнату в тот день, и свежий аромат ветра, проникавший сквозь приоткрытое окно. Наверное, она не забудет этого до конца жизни.
— ...Каликс.
Когда его имя сорвалось с губ Иветы, Каликс негромко рассмеялся. Увидев, как его губы изогнулись в улыбке, она тоже улыбнулась в ответ.
— Уже поздно, так что возвращайтесь к себе и ложитесь спать.
Так было до того момента, пока она не услышала слова, которых совсем не ожидала.
— ...А. Вы уже закончили работу? Я могу подождать, пока вы закончите.
В день свадьбы совместное пребывание супругов в одной спальне было обычным делом. Хотя нарушение обычая хозяином не было большой проблемой, если слухи распространятся по дому, слуги не признают ее великой герцогиней. К тому же Ивета не обладала ни знатным происхождением, ни выдающимися способностями.
— Боюсь, это затянется. Сегодня был утомительный день, так что возвращайтесь и отдыхайте.
— Со мной все в порядке. Можно мне остаться здесь? Как того требует обычай...
Великий герцог и великая герцогиня провели первую брачную ночь в разных комнатах. Великую герцогиню выставили из спальни в первую же ночь. Слухи, покинувшие стены особняка, постепенно распространятся и станут темой для сплетен по всей Империи. Ивету пробрала дрожь. В конце концов, все будут винить и поносить именно ее.
Она с нетерпением ждала этой свадьбы, вдохновленная письмом, полученным во время помолвки с Каликсом. Однако реальность была жестокой, словно насмехаясь над ней.
— Жена, как вам известно, у меня есть любимый человек.
— ...
— Давайте будем поддерживать формальные отношения. Для вас это тоже будет выгоднее.
Ивете показалось, что она окаменела. Она усомнилась в своем слухе. Иначе как объяснить то, что мужчина с таким ласковым лицом и мягким голосом так холодно отталкивает ее?
— ...Я знаю, что у Вашего Высочества есть та, кого вы любите. Но ведь теперь мы муж и жена. Мы супруги, которые должны провести вместе всю жизнь...
— Вы можете устраивать балы, когда захотите, покупать столько платьев и украшений, сколько душа пожелает. Но единственное, что я могу вам дать — это свое имя. Давайте не будем тратить силы на бессмысленные вещи. Ах да, будем считать, что эту ночь я провел с вами.
Если бы только все это было ложью, если бы это был просто сон. Она ждала этой свадьбы вовсе не ради платьев, украшений и балов. Возможно, кто-то другой и мечтал бы о такой жизни, но не Ивета.
Ивета медленно закрыла и открыла глаза. Она молилась, чтобы реальность, которая возникнет перед ней после того, как зрение вернется, была иной. Однако мужчина, стоявший перед ней, по-прежнему заявлял, что не может отдать ей ни крупицы своего сердца.
— Если пожелаете, вы тоже можете завести любовника. При условии, что вы будете осторожны и не допустите появления бастардов.
Осознание того, что все это было лишь тщетной иллюзией, причиняло невыносимую боль.
В итоге Ивете пришлось тайком покинуть спальню Каликса на рассвете, когда все еще спали. Идя по тихому коридору, она молилась и снова молилась, чтобы ни с кем не столкнуться, и направилась в свою спальню, куда ее привела экономка сразу после свадьбы.
Добравшись до комнаты, она, переполненная облегчением, разочарованием и горечью, прислонилась к двери и сползла на пол. Тишина, царившая в одинокой спальне, и глубокие чувства нахлынули на нее.
Возможно, это был первый человек, которого она позволила себе полюбить. Тот день, которого она так ждала только ради возможности быть рядом с ним, из-за его холодного отказа постепенно погружал ее в изолированное отчаяние.
Графиня Шульт, мать Иветы, всегда заявлялась в резиденцию великого герцога без предупреждения. И надо же было такому случиться именно сегодня. Ивета не могла скрыть растерянности при виде внезапно приехавшей матери. Слуги великого герцога чувствовали себя не лучше.
Ивета уже несколько часов сидела в одной позе, молча и опустив глаза. Даже теплое солнце, пробивающееся сквозь окна оранжереи, не приносило ей утешения. Каждый раз, когда она шевелилась, на нее падал колючий взгляд, порицающий ее за «неподобающее леди» поведение.
Ивета проводила мучительный вечер, опасаясь, что скоро забудет, как вообще двигаться.
— Муж гуляет на стороне только потому, что ты недостаточно хороша, не так ли?
Графиня Шульт начала ворчать вместо приветствия, едва увидев Ивету. Она продолжала попрекать ее тем, что у супругов до сих пор нет детей. «Такая никчемная особа, как ты, должна хотя бы родить наследника, чтобы укрепить свое положение в резиденции великого герцога», — от бесконечных упреков графини Шульт Ивета была на грани истощения.
Ивета со смиренным видом смотрела в свою чашку, пока ворчание графини Шульт продолжалось до тех пор, пока солнце не начало клониться к закату.
«Сколько еще чашек чая мне нужно выпить, прежде чем мама уйдет?»
Ивета предавалась праздным мыслям, время от времени отпивая чай. Как она могла забеременеть, если муж избегает их постели? Добавляя к своим мыслям крупицы бунтарства, она кое-как вытерпела это ужасное время.
Каликс на удивление старательно избегал близости с ней. Они так и не провели даже первую брачную ночь, так что она порой сомневалась, нет ли у него каких-то физических проблем. Однако, судя по всему, дело было не в этом, ведь он исправно исполнял все свои «обязанности» перед первой любовью.
С тех пор как она узнала правду, которую так хотела бы скрыть от самой себя — что ее муж постоянно принимает контрацептивы — Ивета больше не надеялась на детей от него. Единственное, что она могла сделать — это молиться, чтобы контрацепция не подвела и не случилось беды с рождением бастарда.
— Не пропускай мои слова мимо ушей. Если жена ведет себя правильно, муж рано или поздно вернется.
— Мама, как поживает сестра Батина?
Ивета поспешно сменила тему, так как образ мужа в ее голове стал совсем тусклым. Ей вдруг стало любопытно, как дела у Батины, на которую семья возлагала все надежды и которая была настоящим светом семьи Шульт.
Нет, не было лучшего способа заставить мать забыть о ее муже и переключить внимание, чем заговорить о сестре. Ведь ни на одного ребенка мать не возлагала таких надежд, как на нее.
Стоило Ивете заговорить, как графиня Шульт поморщилась. Ее недовольство было настолько явным, что Ивета, не в силах скрыть удивления, поспешно спросила:
— С сестрой что-то случилось?
— И не спрашивай. Я места себе не нахожу из-за того, что она собралась замуж за какого-то деревенского юнца, неизвестно где подобранного.
— Сестра?
Графиня Шульт снова приняла благородный вид, как будто и не выказывала только что эмоций, и медленно отпила чай. Ивета посмотрела на мать и вспомнила Батину. Сестра была тем, кто обожал высший свет и аристократическое общество больше всех. Она была образцом юной госпожи, о которой мечтала мать.
У Батины не было головы для бизнеса или каких-то выдающихся талантов. Однако у нее были амбиции стать вершиной высшего света, который она так любила. Поэтому Ивета слегка приоткрыла рот от изумления, осознав разницу между той Батиной, которую она знала, и новостями из уст матери.
— Ее сестра стала великой герцогиней, так что она могла бы найти партию получше, но она словно с ума сошла.
— Сейчас ведь почти все женятся по любви.
— И надо же было выбрать именно деревенщину.
Мать, чей род происходил из маркизского дома Лейтон (хоть она и была из боковой ветви), сама вышла замуж за отца, главу скромного графского дома, поддавшись чувствам. Ивете хотелось спросить, не сделала ли мать в свое время такой же выбор, но она замолчала, увидев приближающуюся фигуру. Муж, который обычно возвращался поздно, почему-то направлялся к ним.
— В любом случае, ты должна поскорее... Ой, Ваше Высочество!
— Кажется, я прервал ваше драгоценное время.
С лучезарной улыбкой, словно Бог, дарующий милость пастуху, Каликс смотрел на Ивету и графиню Шульт, являя собой образ идеально нежного мужа.
Хотя внезапный визит графини Шульт без предупреждения мог быть ему неприятен, Каликс умело общался с ней, не подавая виду. Ивета мысленно скривилась, глядя на мужа. Вот поэтому мама и думает, что проблемы в нашем браке — целиком моя вина.
С другой стороны, графиня Шульт с удовлетворением смотрела на зятя, который казался бесконечно добрым к ее дочери. Каликс в ответ слегка коснулся губами руки графини Шульт и спросил, может ли он присоединиться к ним. Ответом Иветы было «нет», но, как всегда, ее мнение не имело значения.
— О чем вы так интересно беседовали?
«Ты же все слышал. Разговор о детях».
— Глупая мать дала пару советов дочери, которую выдала замуж.
Ивета едва сдержала смешок, глядя на Каликса, который с видом «я ничего не знаю» внимательно слушал графиню Шульт. Из-за этого графиня бросила на Ивету пронзительный, леденящий взгляд. Но, к счастью или к несчастью, Ивета этого не заметила, будучи поглощенной созерцанием красивого и в то же время ненавистного лица мужа.
— Я беспокоилась, ведь Ивета совсем не умеет привлекать внимание, не знаю, все ли у вас хорошо.
Каликс, продолжавший улыбаться в ответ на прозрачные намеки графини Шульт о супружеских отношениях, медленно произнес:
— Нужно как можно быстрее родить наследника...
— У нас есть желание сначала насладиться романом, которого у нас не было до свадьбы, а уже потом заводить детей.
То есть он хотел сказать, что желает насладиться медовым месяцем. Ивете хотелось съязвить, услышав это. Однако, поскольку она и сама была сыта по горло нотациями графини Шульт, она предпочла проигнорировать этот бред Каликса, замаскированный под заботу.
Однако, похоже, мать поняла его ответ иначе.
— В таком случае, округлится ли живот именно у моей дочери?
После этого вопроса, прямо указывающего на его измены, атмосфера теплого дня начала стремительно леденеть.
http://tl.rulate.ru/book/169021/13854598
Готово:
