— Ваше Величество! Вы пришли в себя! — со слезами в голосе воскликнула старшая придворная дама Чон, крепко сжимая руку Кюён.
Кюён нахмурилась от накатившей головной боли и с трудом пришла в сознание. Она слышала голос придворной дамы Чон, чувствовала, как с облегчением вздохнули другие служанки, и понимала, что лежит на расшитой золотом постели в своих покоях, но странное чувство отрешённости никак не проходило.
— Я...
Лишь после того как она несколько раз усиленно поморгала, ей удалось восстановить в памяти последние события.
Момент, когда она выпила вино с приворотным зельем, поданное по приказу Главного государственного советника, как не знала, что делать со своим разгорячённым телом, и как в конце концов Он поцеловал её — всё это ожило в её памяти с поразительной ясностью.
— Вы пролежали в беспамятстве целых семь дней, Ваше Величество.
— Что? Ох...
— Вам нельзя перенапрягаться, Ваше Величество. Придворный лекарь сказал, что ваши жизненные силы истощены, и вам ни в коем случае нельзя резко двигаться.
Услышав, что пролежала без чувств не день, а целую неделю, Кюён невольно попыталась резко подняться. Но как только она выпрямилась, невыносимая боль пронзила всё её тело.
Когда чувства окончательно пробудились, осколки воспоминаний о времени после того поцелуя начали один за другим вставать на свои места.
«Ваше... Величество».
Он целовал её так, словно намеревался украсть весь её воздух до последнего глотка. От жадного поцелуя перехватывало дыхание, и даже когда он отстранился, её речь оставалась прерывистой.
Не в силах совладать с нахлынувшим жаром, она попыталась слегка оттолкнуть его за плечи, но Он не поддался ни на йоту и снова впился в губы Кюён.
Горячее дыхание смешивалось между их полуоткрытыми губами, а туго завязанные ленты её платья беспомощно распустились.
В мгновение ока одежда была разбросана по полу, и руки Кюён обвили шею Она.
Словно отпустив эти руки, она могла лишиться жизни, Кюён цеплялась и цеплялась за него. Ей казалось, что образ Она отпечатывается на всём её теле.
Чем больше они соприкасались, тем сильнее стирались мысли в её голове. Слова, которыми она звала Она, постепенно теряли форму, рассыпаясь стонами, а позже исчезли и они — остались лишь звуки соприкасающейся плоти и тяжёлое, прерывистое дыхание.
Пока Кюён теряла голос, Он не произнёс ни единого слова. Всё, что она слышала — это его низкий, приглушённый стон у своего уха.
Когда жар наконец начал спадать и Кюён уже готова была лишиться чувств, он что-то прошептал, но в этот момент её взор застлала тьма, и воспоминания оборвались.
— Ваше Величество, вы в порядке?
Пока она прокручивала в голове события той ночи, кончики её ушей покраснели, а сердце бешено заколотилось. Придворная дама Чон, заметив, как на бледном лице внезапно проступил румянец, с беспокойством заглянула ей в глаза.
— Я в порядке. Скажи лучше, как я вернулась во дворец?
Она не помнила ничего после того, как забылась в объятиях Она.
Кюён совершенно не знала, как добралась до дворца и кто принёс её сюда.
— Перед самым рассветом вас привезла Аран.
Аран была телохранительницей Кюён, приставленной к ней Главным государственным советником. Будучи женщиной, она не могла служить внутри дворца, но всегда сопровождала Кюён, когда Главный государственный советник вызывал её за стены дворца или когда нужно было тайно решить какие-то дела.
— А Его Величество?
— Его Величество также благополучно вернулся во дворец.
— Тогда... неужели за эти семь дней...
Кюён не договорила, но старшая придворная дама Чон всё поняла. Она сразу догадалась, о чём хочет спросить её госпожа.
— Прошу прощения...
Поэтому придворная дама Чон тоже не смогла ответить прямо и лишь виновато опустила голову, пряча взгляд.
Кюён наверняка хотела узнать, не искал ли её Он в течение этих семи дней, пока она была без сознания. Но Он за всю неделю ни разу не навестил её.
Несмотря на то, что королева внезапно упала в обморок и не приходила в себя целую неделю, Он не проявил к супруге ни малейшего интереса.
— Неужели он даже никого не прислал?
— ...Да, Ваше Величество. Простите меня.
Это была ночь, когда они разделили ложе. И, если она не ошиблась, это была ночь после того, как она вновь увидела «тот взгляд».
Но осознание того, что Он не прислал даже слугу, лишило её последних сил. Чувства, которые на мгновение расцвели в её сердце, рухнули в бездну.
От мысли, что Он, возможно, искренне беспокоится о ней, горечь её жалкого положения удвоилась. Едва проступивший румянец исчез, и жизненная искра, начавшая было возвращаться, окончательно угасла.
«Как же я глупа».
Казалось бы, пора уже перестать надеяться, пора перестать падать в эту пропасть.
Кюён повторяла одну и ту же ошибку. Она уже сбилась со счёта, в который раз это происходит.
— Ваше Величество. Мне нужно кое-что вам сообщить.
Старшая придворная дама Чон, подавив вздох при виде мгновенно поникшей госпожи, с трудом начала разговор.
— Что именно?
— Три дня назад...
В тот момент, когда она собиралась передать весть, у дверей поднялся шум. Неожиданная суматоха резко оборвала слова придворной дамы.
Та тут же встала, чтобы проверить, что происходит снаружи.
Вскоре шум стих, дверь распахнулась, и перед Кюён предстал человек с мертвенно-бледным лицом, опередив даму Чон.
— Королева-мама. Какое счастье, что вы очнулись.
— Евнух Ким.
Это был личный евнух Она.
Он смотрел на неё с выражением, в котором смешались изумление и радость, словно действительно не ожидал увидеть её пришедшей в себя.
Однако Кюён прекрасно понимала: он радуется не самому факту её выздоровления. Причина, по которой евнух пришёл во Дворец королевы с таким бледным лицом, была лишь одна.
— Снова безумие?
— Да, Ваше Величество. Простите меня.
Он был рад лишь тому, что вернулась та, кто может броситься к Королю, когда у него случается приступ. Евнух Ким виновато склонил голову, не смея поднять глаз.
Кюён, чувствуя разлившуюся во рту горечь, посмотрела на придворную даму Чон.
— Принеси мои одежды. Я не могу бежать туда в одном нижнем платье.
— Но, Ваше Величество! Лекарь строго-настрого запретил вам вставать...
— Что может быть важнее, чем усмирить безумие Его Величества? Живо неси одежду.
При каждом движении у неё кружилась голова, а в животе всё ещё мутило — то ли от слабости, то ли от остатков зелья, — но Кюён, не обращая внимания на недуг, поднялась, чтобы поспешить к Ону.
Она понимала, насколько это смешно и нелепо, но тело само двигалось вперед, повинуясь инстинкту.
Спешно переодевшись, Кюён быстрыми шагами направилась к официальному кабинету короля — Пёнчжону.
Хотя тело ещё не полностью повиновалось ей и она не могла идти по-настоящему быстро, она прикладывала все силы, чтобы двигаться как можно скорее.
На переодевание ушло время, и она уже и так задержалась. Нельзя было терять ни секунды.
— Ах!
— Ваше Величество!
— Всё в порядке. Не нужно поднимать шум.
— Вам нельзя так усердствовать. Лекарь несколько раз предупреждал. Если ваше здоровье пошатнётся...
— Я же сказала, что всё в порядке. Не обо мне сейчас речь.
Когда Кюён пошатнулась, придворная дама Чон с мрачным видом подхватила её под руку. Было очевидно, что она перенапрягается, и дама Чон никак не могла успокоиться.
В её взгляде читалась нескрываемая жалость к Кюён, которая так самоотверженно спешила к Ону, хотя тот даже не взглянул в её сторону, пока она была при смерти.
Однако Кюён сделала вид, что не замечает этого сочувствия, и просто продолжала идти вперёд.
— Королева-мама!
Когда она подошла к Пёнчжону, Главный евнух вздрогнул от неожиданности и поспешил к ней.
— Я не знал, что вы очнулись. Какое облегчение.
— А Его Величество? Я слышала, безумие вернулось.
— Да, Ваше Величество. Совсем недавно снова...
Главный евнух хотел было расспросить её о самочувствии, но мысли Кюён были заняты только приступом Она.
В её ушах зазвенело слово «снова». Поняв это так, что приступ начался буквально только что, Кюён решительно прошла мимо Главного евнуха прямо к дверям.
Поскольку во время его безумия Кюён всегда входила без разрешения, стражники и слуги тут же распахнули перед ней двери кабинета.
— Его Ве...
Кюён быстро вошла внутрь.
Но в тот же миг она замерла на месте, не в силах закончить даже короткое обращение «Его Величество».
— ...
Картина была точно такой же, какую она привыкла видеть во время его приступов.
Всё те же обломки вещей, разбросанные по полу, помятый Иксонган, валяющийся в стороне, и несколько евнухов и придворных дам, дрожащих от страха в углу.
Всё было прежним. Кроме одного. Только одна деталь была иной.
— Ваше Величество. Вдыхайте и выдыхайте глубоко, вот так. Это вам очень поможет.
Женщина.
Какая-то совершенно незнакомая женщина сидела перед Оном и успокаивала его.
— Простите, Ваше Величество. Я должен был сразу сказать вам...
Поспешно последовавший за ней Главный евнух виновато склонился, а стоявшая позади придворная дама Чон в замешательстве смотрела на открывшуюся сцену.
— Два дня назад во дворец прибыла госпожа Сонбин, получившая свой титул. Она пришла первой и усмирила безумие Его Величества.
Видеть другую женщину подле Она было для Кюён не в новинку, это не было чем-то необычным. Теперь это даже не оставляло царапины на её сердце.
Но тот факт, что какая-то незнакомка усмирила его безумие, и то, что Он, который обычно в такие моменты задыхался с налитыми кровью глазами, теперь сидел с безмятежно закрытыми веками, словно вот-вот уснёт, — это потрясло Кюён.
— Я хотел сообщить вам, что ему стало лучше совсем недавно, но опоздал. Простите меня, Ваше Величество.
Считав атмосферу растерянности среди слуг и Главного евнуха, Кюён поняла, что именно пыталась сказать ей придворная дама Чон в покоях.
Она явно хотела сообщить, что, пока Кюён была без сознания, во дворец вошла новая наложница.
— Королева-мама!
Пока Кюён стояла в оцепенении, женщина заметила её.
Вздрогнув от неожиданности, она тут же подошла к Кюён и вежливо склонилась в глубоком поклоне.
— Простите за запоздалое приветствие, Королева-мама. Позвольте представиться вам хотя бы сейчас. Я — ваша покорная слуга Сонбин.
Женщина, представившаяся титулом Сонбин, и была той самой новой наложницей.
Та самая дочь министра кадров, ближайшего сподвижника Главного государственного советника, чьё известие о назначении так встревожило её раньше.
Женщина, которая в любой момент могла стать новым инструментом Главного государственного советника вместо Кюён, смотрела на неё с кроткой улыбкой.
http://tl.rulate.ru/book/168708/13824485
Готово:
