Цзинлю все это время молчала, пила чай и изредка поглядывала на Сотаку. Она хотела спросить, не желает ли он учиться фехтованию, но так и не решилась. Детям нужно детство, а путь меча — это боль и тяжкий труд.
Честно говоря, если бы Цзинлю спросила, Сотаку без промедления упал бы перед ней на колени, да еще и Цзин Юаня бы за собой утянул. Он больше не хотел учиться по книжкам…
Байхэн закончила рассказ, заметив, что если истории Сотаку еще слушает, то при виде книги его глаза стекленеют.
После обеда они разошлись. Сотаку и Цзин Юань, весело болтая, пошли домой, а Байхэн и Цзинлю смотрели им вслед.
— Цзинлю, ты не собираешься взять учеников?
Мечница задумчиво подперла подбородок рукой. Она действительно подумывала об этом, но никто не подходил под её требования, поэтому вопрос откладывался.
— Они еще малы. Если в будущем вступят в Облачные Рыцари, тогда и подумаю.
Цзинлю приняла решение. Если они докажут, что достойны взять в руки её меч, став Рыцарями, тогда она возьмет их в ученики.
За год учебы в академии Цзин Юань уже мог цитировать учебники с конца, а Сотаку едва научился настраивать гравировку на нефритовых счётах.
По ночам он запирался в комнате. Пламя лампы застывало янтарем, его пустые глаза напоминали вычерпанную луну. Листья коричного дерева устилали стол, он складывал из них кораблики и отправлял формулы плыть по ночной реке в чайнике.
В день оглашения результатов имя Сотаку оказалось в самом конце списка. Он поднял голову и увидел улыбающегося Цзин Юаня: «Ты сдал». В тот момент он понял: тот, кто гонится за светом, в конце концов сам станет светом.
Тётя Су и дядя Цзин надеялись, что мальчики поступят на стажировку в Комиссию по балансу, где работали они сами. Но Цзин Юань категорически отказался. Он не хотел работу, где каждый день похож на предыдущий. Сотаку тоже заявил, что больше не откроет ни одной книги — этот год в академии едва не свел его в могилу.
У родителей голова шла кругом. Они не хотели, чтобы дети шли в Облачные Рыцари — там слишком высокий уровень смертности. Они боялись, что мальчики пострадают. Но как бы дядя Цзин ни настаивал, переупрямить Цзин Юаня было невозможно…
Пункт регистрации в Облачные Рыцари, он же призывной пункт. Сотаку и Цзин Юань решили начать с самых низов. И хотя дядя Цзин мог воспользоваться связями, чтобы пристроить двух юнцов, те наотрез отказались от протекции.
В зале призыва возвышался мужчина с густой бородой и суровыми, рублеными чертами лица. Он был облачен в стандартные доспехи Облачных Рыцарей, но шлем держал в руках. Сейчас этот дядька сверлил тяжелым взглядом Цзин Юаня и Сотаку, пытаясь одной лишь аурой отпугнуть мальчишек.
— Имя, сопляки.
— Меня зовут Цзин Юань, а это — Сотаку. Мы пришли записаться в Облачные Рыцари!
Цзин Юань и его друг ничуть не испугались грозного вида вербовщика; напротив, им показалось, что эта давящая атмосфера — естественная часть военного ремесла.
— Сопляки, вы хоть знаете, что такое Облачные Рыцари?
Вербовщик не хотел пропускать их. Он знал: скоро грядет большая битва, и ему не хотелось отправлять этих детей на верную смерть.
— Защищать Сяньчжоу, истреблять мерзости, не надеяться на возвращение! Стоит загреметь боевым барабанам, как взмывают ввысь звездные ялики. Бескрайняя галактика — наше поле брани, мириады огней — наш дом!
Что тут мог возразить вербовщик?
Он хотел отказать, но этот беловолосый мальчишка, казалось, был тверд, как сталь. «Ладно, будь что будет», — подумал он и повернулся к другому.
— А ты?
Вербовщик посмотрел на Сотаку. Тот был с нежной кожей и тонкими чертами лица, вылитая девчонка.
— Великая победа!
В итоге оба успешно записались и вступили в ряды Облачных Рыцарей. Узнав об этом, дядя Цзин пришел в ярость и устроил обоим взбучку в виде «воспитания любовью», но поделать уже ничего не мог. Оставалось лишь молиться за их благополучие.
Цзин Юань и Сотаку облачились в форменные доспехи. Хотя они не отличались богатырским ростом, шестнадцатилетний Цзин Юань уже вымахал за метр семьдесят. Сотаку, которому вот-вот должно было исполниться шестнадцать, тоже перешагнул этот рубеж, но всегда оставался на пару сантиметров ниже друга.
Левая рука и шея Сотаку по-прежнему были скрыты бинтами. И хотя на медосмотре врачи не придали этому значения, он предпочитал лишний раз не нарываться на вопросы и продолжал их носить.
Новобранцам предстояло три года обучения. Курс должен был дать им необходимые боевые навыки и умения для выживания, а также… знания, причинявшие Сотаку физическую боль.
Снова учеба!
Снова книги!
Ремонт космических кораблей, обслуживание звездных яликов, починка оружия, восстановление брони и прочее, прочее, прочее… От всего этого Сотаку просто тупел.
Теоретическая подготовка в армии была обязательной, сбежать не получалось. Приходилось совмещать изнурительные тренировки с не менее мучительной грызней гранита науки, от которой мозг Сотаку медленно плавился.
Цзин Юань сочувствовал другу. Сотаку был гением боевых искусств, но полным профаном в науках. Поэтому Цзин Юаню приходилось сначала самому вгрызаться в материал, а потом терпеливо разжевывать его товарищу. Взамен Сотаку натаскивал его в боевых приемах. Так, помогая друг другу, они постепенно вливались в ряды Облачных Рыцарей.
Сотаку так и не смог избежать своей кармы: белые волосы, красные глаза, хвост… Снова и снова находились те, кто принимал его за девушку. Ситуацию усугубляло то, что Сотаку не любил болтать с посторонними, предпочитая общество Цзин Юаня. В глазах остальных солдат он окончательно утвердился в статусе «женщины-рыцаря».
И вот однажды…
К ним подошел один из Облачных Рыцарей — новобранец, выглядевший чуть старше Цзин Юаня и его друга.
В этот момент приятели сидели на скамейке в зоне отдыха. Цзин Юань сидел, скрестив ноги, а Сотаку — чинно и прямо. Они обсуждали выбор оружия: Сотаку не хотел использовать длинную глефу и раздумывал над альтернативой.
Новобранец подошел и без обиняков выдал:
— Госпожа Сотаку…
Цзин Юань на секунду замер, а затем взорвался хохотом:
— А-ха-ха! Опять! А-ха-ха, госпожа Сотаку! А-ха-ха!
Они росли вместе, их связь была неразрывна. Даже получив собственную комнату, Сотаку использовал ее только для учебы, но спать не возвращался. Они привыкли болтать допоздна каждую ночь. Чета Цзин тоже не возражала, а тётя Су и вовсе искренне мечтала, чтобы Сотаку родился девочкой…
http://tl.rulate.ru/book/167976/11613637
Готово:
