Над морской гладью разнесся протяжный рев сигнального рога. Визерис высунулся в иллюминатор и увидел, как на марсе «Седуриона» сигнальщик отчаянно машет флажками. Ветер был встречным, но корабль все равно начал убирать паруса, на которых отчетливо виднелись герб Пентоса и торговый знак магистра Иллирио. Услышав сигнал, матросы высыпали на палубу, поднимая заранее приготовленные стяги, чтобы те затрепетали на ветру.
Визерис, проигнорировав предостережения Джораха, вышел из каюты и направился на бак. Рыцарю ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. В этот раз принц запретил Дейнерис выходить, велев ей оставаться в каюте под присмотром Буча и Арни. Глядя вдаль, Визерис заметил, что идущие впереди гребные суда «Летнее солнце» и «Веселый Йосо» последовали примеру «Седуриона»: их паруса были свернуты, а флаги подняты. Все три корабля теперь шли против ветра; и хотя гребцы уже заняли свои места у весел, скорость торгового каравана падала на глазах.
Так они шли около четверти часа, пока Визерис наконец не увидел тех, кто заставил их замедлиться. Это была небольшая флотилия: несколько гребных галер, вооруженных скорпионами, катапультами и таранами, а также пара парусников и быстроходных лонгшипов. В морских сражениях этой эпохи тактика была проста: таран и абордаж. Сначала противники пытались сблизиться для сокрушительного удара, а затем захлестнуть палубу врага сталью. До того, как мечи скрестятся, в ход шли длинные луки и арбалеты. Судя по оснастке, это был флот Мира – обычным пиратам не по карману подобные боевые машины.
Предположения подтвердились: едва «Летнее солнце» и «Веселый Йосо» приблизились, от строя мирийцев отделились маневренные лонгшипы и пошли на перехват. Вскоре все три торговых судна окончательно замерли в дрейфе. С «Летнего солнца» и «Веселого Йосо» спустили ялики; матросы направились к мирийскому флагману. После недолгих переговоров лодки вместе с мирийским судном двинулись в сторону «Седуриона».
Как только лонгшип подошел к борту, капитан Гролео велел спустить абордажный трап. На палубу поднялся небольшой отряд солдат в кожаных панцирях под знаменем Мира, за которыми следовали помощники капитанов с двух других кораблей. Возглавлял солдат человек, похожий на чиновника или стюарда. Он окинул палубу цепким взглядом, задержавшись на Гролео, затем с любопытством посмотрел на Визериса и хмурого Джораха в доспехах. Наконец, он вновь обратился к капитану и спросил с тяжелым мирийским акцентом:
— Ты здесь главный над этими посудинами?
Гролео расплылся в подобострастной улыбке:
— Так точно, милорд.
— Проездные грамоты есть? — Сухо спросил стюард.
— Грамоты? — Гролео изобразил искреннее удивление. — Когда мы выходили из Мира, о них ничего не говорили.
— И когда же вы покинули гавань?
— Всего день назад.
Мириец остался непреклонен:
— Значит, теперь они нужны. Без грамот прохода нет. Можете поворачивать обратно в Мир, оформляйте бумаги и возвращайтесь.
— Но… — Гролео продолжал заискивающе улыбаться. — Господин офицер, неужели нельзя уладить это дело прямо здесь, на месте?
— Гм? — Стюард сурово взглянул на капитана. — Ты за кого нас принимаешь? Подобные документы должны быть подписаны и скреплены печатями в канцелярии, понимаешь ты это? — Он презрительно фыркнул, но увидев, что улыбка Гролео не гаснет, добавил:
— Впрочем, считайте, вам повезло. У меня как раз завалялись три чистых бланка.
Капитан просиял:
— О, это истинная удача, господин! Позвольте взглянуть?
Стюард достал из холщовой сумки три внушительных свитка и отрезал:
— Три тысячи золотых драконов за штуку.
— Слушаюсь, слушаюсь, — Гролео тут же распорядился подготовить золото. Пока матросы несли сундук, он велел подать вино и лучшую снедь. — Господин офицер, вы наверняка устали в море. Прошу, отведайте нашего угощения, пока идет счет.
Стюард удовлетворенно кивнул, и его солдаты без лишних церемоний принялись за еду и выпивку. Вскоре суперкарго вытащил на палубу тяжелый кованый сундук. Мириец, никого не стесняясь, принялся пересчитывать монеты одну за другой. Закончив, он небрежно бросил грамоты Гролео:
— Держи.
Сытые и довольные, мирийцы погрузили золото в лодку и отчалили. Едва они скрылись, Гролео засуетился:
— Быстрее! Повесьте эти флаги на носу!
Оказалось, что солдаты «случайно» оставили на борту три стяга с особыми яркими метками. Помощники с других судов забрали свои флаги и вернулись к себе. Вскоре караван убрал старые вымпелы, оставив лишь новые «пропуска», и снова поднял паруса.
Визерис, наблюдавший за этой сценой, позже пересказал всё Дейнерис, словно забавную историю. Он не смог удержаться от едкого замечания: если флот Мира так «борется» с пиратством, то пираты в этих водах не переведутся до самого Конца Света. Дейнерис только теперь поняла, что на самом деле скрывается за красивыми словами о наведении порядка на море, о которых она слышала в городе. Это был ценный урок.
Однако день не обещал быть спокойным. Если есть флот, якобы истребляющий пиратов, значит, должны быть и сами пираты. Днем караван миновал еще несколько патрульных групп, но те, завидев флаги-пропуска, не чинили препятствий. Ночью же, когда они, по-видимому, покинули зону надзора мирийцев, Визерис пробудился от протяжного сигнала рога с идущего впереди судна. Он мгновенно вскочил, нащупав под подушкой кинжал. В отличие от дневных коротких сигналов, этот звук был тягучим и тревожным.
Когда Арни соскочила с постели и зажгла масляную лампу у двери, Визерис уже был полностью одет и пристегивал к поясу меч, подаренный Иллирио. Дейнерис проснулась только сейчас:
— Что случилось?
Визерис подошел к ее кровати и, усевшись, налил себе стакан лимонной воды. Осушив его, он тихо произнес:
— Скорее всего, пираты.
Кислый вкус воды помог окончательно прогнать остатки сна. Арни подошла ближе с лампой; в неверном свете огня ее лицо казалось бледным от страха. Она машинально пробормотала привычное:
— Милорд, желаете умыться?
— Пираты не трубят в рога, предупреждая о нападении, — проигнорировав неуместный вопрос служанки, Визерис постарался успокоить сестру. — Не бойся, капитан Гролео – старый морской волк, он знает, что делать. Просто сиди тихо. — Затем он повернулся к служанке:
— Арни, быстро, надень на миледи тот кожаный панцирь, что мы купили в Мире. Он под моей кроватью.
— А как же ты? — Спросила Дени.
— Я выйду на палубу, погляжу сам, — ответил Визерис и, не дожидаясь возражений, вышел из комнаты.
У дверей его уже ждали Джорах и Буч. Визерис удивился скорости рыцаря: Мормонт уже успел облачиться в свою кольчугу, которую, казалось, никогда не снимал. Видимо, не желая тратить время или не видя нужды, он не стал надевать поверх латы, которые обычно возил с собой. Буч стоял молчаливой тенью в своей кожаной броне, сжимая рукоять меча.
Джорах с сомнением посмотрел на принца:
— Милорд, вы ведь не собираетесь…
— Буч! — Отрезал Визерис. — Оставайся здесь и охраняй сестру.
— Слушаюсь.
— Джорах! — Голос Визериса не терпел возражений. — За мной, поднимемся наверх.
Мормонт всегда находил слова там, где Буч ограничивался кивком:
— Милорд…
— Боишься? Тогда оставайся, — бросил Визерис и прошел мимо него. Рыцарь стиснул зубы и последовал за принцем.
На палубе уже дежурили матросы с факелами и луками. Заметив Визериса и Джораха, Гролео жестом подозвал их к себе. Капитан сохранял внешнее спокойствие, уверенно держась за румпель. С его места в чернильной тьме были видны два огонька, рыскающих по правому борту «Седуриона».
Это были пиратские корабли. Понимая, что торговый караван готов к бою – палубы освещены, корабли идут плотным строем, прикрывая друг друга, – пираты не спешили сближаться для абордажа в темноте.
Визерис молча наблюдал. Ночное бдение затягивалось, и Гролео, решив разрядить обстановку, невесело пошутил:
— Мои музыканты разбудили вас, милорд? Согласен, в рога они дуют прескверно.
— Не думали сменить горнистов на настоящий оркестр? — Подхватил Визерис. — И добавить к ним пару бардов?
Капитан подмигнул:
— Славная идея. Хоть кто-то будет петь на пирах, чтобы мы не померли от скуки.
— А что гости? — Визерис кивнул на огни в море. — Боятся, что вино на нашем пиру окажется слишком крепким для них?
— Кто знает, — ответил Гролео. — Эти господа – народ с причудами.
Внезапно лицо капитана окаменело. Он уставился в темноту. Один из огней начал быстро приближаться.
— Похоже, один из гостей всё же решил заглянуть на наш огонек, — пробормотал он.
Напряжение на палубе возросло. Визерис не отрывал взгляда от приближающегося света, который в ночи казался горящими глазами огромного зверя. Он не знал, что это за суда, но их дерзость говорила о том, что это не обычные мелкие грабители. Вскоре в свете факелов проступили контуры – это были крупные галеасы, но шли они подозрительно быстро. Даже «Седурион» не смог бы соревноваться с ними в скорости.
На мачте ближайшего пиратского корабля начал мигать фонарь, передавая какой-то сигнал. Гролео, явно понимая этот язык, нахмурился и издал странный, свистящий звук. Ритм свиста разнесся по палубе. Сигнальщик на марсе «Седуриона» ответил пиратам, используя факел и заслонку. Этот безмолвный диалог длился несколько минут.
Наконец Гролео облегченно выдохнул:
— Слава Семерым. Это друзья, готовые «поторговать».
— Поторговать? — Переспросил Визерис. Это слово явно не сулило честной сделки, но для Гролео такой исход был куда предпочтительнее кровавой бани на палубе.
Капитан пожал плечами:
— В море всякий, кто готов торговать – твой друг, милорд. Мы все здесь ищем, чем набить брюхо. Завести знакомство всегда лучше, чем пустить кровь, не так ли?
— Я не собираюсь судить твои методы, Гролео, — усмехнулся Визерис. — Мне просто любопытно: как именно выглядит такая «торговля»?
— Почти как на рынке, милорд. Сейчас обе стороны спустят ялики и встретятся на полпути между кораблями. Они предложат нам товар, а мы заплатим.
— Так же, как мы днем купили «проездной»?
— Эх, милорд… — Гролео смущенно хмыкнул. — Вас не проведешь.
Караван продолжал идти своим курсом. От «Веселого Йосо» отделилась лодка и встретилась с пиратским быстроходным челноком. Сделка заняла меньше четверти часа. Закончив дела, пиратские огни начали медленно удаляться, растворяясь в ночной мгле. Лодка с «Йосо» не смогла бы догнать гребное судно, поэтому она пришвартовалась к корме ведомого «Седуриона».
Несмотря на недавнюю тревогу, стычки удалось избежать. К тому времени, как пираты окончательно исчезли из виду, Визерис уже вернулся в каюту и, успокоив сестру, завалился спать. До рассвета оставалось еще много времени.
Утром, когда караван уже вошел в воды, подконтрольные Тирошу, Визерис по привычке вышел на палубу размяться и встретить солнце. Капитан Гролео сам подошел к нему с сияющим видом. Он протянул принцу небольшую шкатулку, словно драгоценный дар:
— Милорд, у меня есть кое-что для вас. Вы ведь интересовались вещами из драконьей кости? Взгляните.
Визерис заглянул внутрь: там лежали украшения, в которых драконья кость сочеталась с поблескивающими самоцветами.
— Это подарок, — прищурился он, — или ты хочешь, чтобы я их купил?
— Ну что вы, милорд! — Замахал руками Гролео. — Магистр Иллирио ясно сказал: всё, что касается драконьей кости, в вашем распоряжении.
— Понятно. Значит, ты просто запишешь это в счет за партию кости, так?
Гролео расхохотался:
— Милорд… Ха-ха, от вас и впрямь ничего не скроешь.
— Ладно. Оставь это здесь. Но смотри, не вздумай завышать цену в счетах, я лично проверю каждую медяку.
— Слушаюсь, слушаюсь, — капитан почтительно поклонился и поспешил удалиться.
Визерис вернулся в каюту со шкатулкой. Его страсть к драконьей кости уже давно никого не удивляла. Арни была занята шитьем, подправляя одежду принца и Дени. Сама Дейнерис, только что умывшись, сидела за столом и прилежно читала книгу об истории Семи Королевств и легендах о героях прошлого – Визерис строго следил за ее обучением.
Внимание принца привлекло одно украшение из синего сапфира и драконьей кости. Камень был глубокого, насыщенного цвета, как море в шторм, и удивительно прозрачен. Но внутри него Визерис заметил нечто странное. То ли это была причуда самого камня, то ли игра света, но ему почудилось, что в бездонной синеве медленно расходятся магические круги, будто по воде.
http://tl.rulate.ru/book/167883/11626633
