Глава 67. Бесстыдство Диаволо
На город опустились сумерки, и Дио больше не нужно было опасаться губительных лучей солнца. Его фигура, окутанная тенями, источала первобытную угрозу.
— Ты сам пришел к моей двери, а значит, готов к последствиям, Джотаро! — Дио хищно оскалился и в один прыжок сократил дистанцию.
[Зе Уорлд] нанес сокрушительный удар, заставив [Стар Платинум] отступить, и тут же обрушил на противника шквал яростных атак. Воздух буквально стонал от мощи их столкновения.
Джотаро Куджо сейчас было плевать на всё остальное. Гнев, холодный и острый, как бритва, направлял его кулаки. Он должен был показать Диаволо и его прихвостням, что их безнаказанности пришел конец. Если сегодня они позволяют себе издеваться над беззащитной матерью и сыном, то завтра возомнят себя богами, стоящими выше любого закона.
Увидев решимость в глазах Джотаро и услышав его требование справедливости, Диаволо мгновенно понял: Куджо уже успел навестить Джоске и Томоко.
— Зе Уорлд! — взревел Дио, призывая саму суть времени замереть.
— Стар Платинум! — не остался в долгу Джотаро.
Нани?!
Глаза Дио расширились от подлинного ужаса. Этот проклятый потомок Джостаров... Его остановка времени достигла тех же пяти секунд!
Мир застыл в серой неподвижности. Люди вокруг превратились в безжизненные статуи, но двое противников продолжали свое смертоносное движение в этом безмолвном пространстве.
— Ора-ора-ора-ора-ора!
— Муда-муда-муда-муда-муда!
Кулаки стендов сталкивались с частотой пулеметных очередей. Дио уже предвкушал победу, уповая на физическую мощь своего Стенда, как вдруг... кулак [Зе Уорлд] с противным хрустом треснул.
«Черт возьми...» — пронеслось в мыслях Дио.
Диаволо, наблюдавший за этой сценой со стороны, тяжело и разочарованно вздохнул. Джотаро в этот период времени был просто абсурдно силен. Его потенциал роста не поддавался никакой логике, превращая его в идеальную машину для убийства. Сейчас, без внезапной атаки [Кинг Кримзон], одолеть его было практически невозможно.
Видя, что Джотаро готов продолжать бой до победного конца, Диаволо решил вмешаться, пока всё не превратилось в руины.
— Довольно! — властно выкрикнул он.
Диаволо неспешно вернулся на диван, приняв позу человека, у которого всё под полным контролем. В этот же момент Какеин, запыхавшийся от бега, ворвался в комнату и схватил Джотаро за плечо, удерживая его от следующего выпада.
Ситуация была патовой. В одной комнате находились четыре обладателя Стендов, и ни один из них не был слабаком.
Дио, недовольно хмыкнув, последовал примеру напарника и тоже вальяжно развалился в кресле.
— Ты обвиняешь нас в притеснении «сирот и вдов»? — Диаволо иронично приподнял бровь. — А есть ли у тебя доказательства? Вы ведь не добили Дио в Египте, из-за чего твой дядя едва не погиб, когда его собственный Стенд начал пожирать его изнутри. Мы, можно сказать, проявили милосердие и спасли его!
Видя это наглое, полное цинизма лицо, Джотаро почувствовал, как внутри него снова закипает ярость.
— Тогда ты можешь вернуть его прямо сейчас? — Джотаро попытался говорить спокойно, взывая к логике. — В конце концов, это Стенд Семьи Джостар.
Но Диаволо обожал «договариваться». Победа без боя была его высшим идеалом.
— Боюсь, это невозможно, — отрезал он. — В тот момент ситуация была критической. Некие злоумышленники пытались завладеть этим Стендом, и я был вынужден взять его под свою защиту. Пока твой дядя не станет достаточно силен, чтобы контролировать такую мощь, я не могу вернуть его. Это было бы безответственно.
Эти слова едва не стали последней каплей. Джотаро уже сжал кулаки, но Какеин вовремя вмешался:
— И где же сейчас этот «злоумышленник»?
Вопрос был риторическим, но Какеину хотелось увидеть, до каких высот (или глубин) может дойти фантазия этого человека. Неужели можно быть настолько бесстыдным? Сейчас он наверняка признается, что сам и есть тот злодей...
Диаволо и Дио обменялись короткими взглядами, словно придя к молчаливому соглашению, и одновременно указали пальцами на стоящего в стороне Пуччи.
— Вот он! Это и есть тот самый негодяй!
Пуччи замер с открытым ртом: «Чего?! Это я-то злодей?!»
Кира Йошикагэ, наблюдавший за этим цирком, невольно поежился. «Что это за методы такие? Неужели они и меня так же легко продадут при первой возможности?»
Уровень бесстыдства Диаволо в очередной раз пробил дно, заставив даже видавших виды Джотаро и Какеина на мгновение лишиться дара речи.
*
Район Кейсэ.
Бабушка Изуми хлопотала на кухне, собираясь приготовить себе скромный ужин, когда в дверь настойчиво позвонили. Открыв её, она замерла от неожиданности. На пороге стояли Жаклин и Мила.
— Бабушка! — Мила, не помня себя от радости, бросилась на шею старушке.
— Ох, моя поясница! — притворно заворчала та, но в её голосе слышалось такое неподдельное счастье, что скрыть его было невозможно.
Жаклин, державшая пакеты с продуктами, тоже вошла в дом.
— Бабушка, давайте я помогу с ужином.
— Хорошо-хорошо, сейчас я приготовлю вам что-нибудь по-настоящему особенное!
Изуми долго суетилась у плиты, накрыв для сестер богатый стол. Глядя на то, с каким аппетитом они едят, старушка не смогла сдержать вздоха облегчения.
После трапезы Мила вызвалась мыть посуду, а Жаклин присела рядом с Изуми на диван в гостиной.
— Лин, — тихо начала бабушка, взяв девушку за руку. — Вы ведь снова собираетесь уходить, верно?
Жаклин не стала лгать и лишь печально кивнула.
— Я знаю твой характер. Если бы опасность всё еще дышала вам в спину, ты бы никогда не вернулась сюда, подставляя меня. Раз вы здесь, значит, вы нашли способ справиться с врагами.
В этом вопросе бабушка Изуми, несмотря на возраст, видела всё гораздо яснее, чем Жаклин хотелось бы. Девушка невольно восхитилась проницательностью старушки.
— Да, бабушка. Мы с Милой встретили человека, который может нас защитить. Через несколько дней мы, скорее всего, уедем с ним. И... возможно, не вернемся еще очень долго.
Изуми замолчала, лишь продолжая нежно поглаживать руку Жаклин своими сухими, теплыми ладонями.
— Лин, я стара. Я больше не могу быть вам опорой. Мое единственное желание — чтобы у вас с Милой всё было хорошо. Я не знаю, насколько сильны ваши враги, а ты не хочешь мне говорить... Но, умоляю, береги себя.
Всю свою жизнь она была простой женщиной, чьей главной гордостью был домашний хлеб, славившийся на всю округу.
— Бабушка всегда будет любить вас! — Она крепко обняла Жаклин.
Слезы обожгли глаза девушки. Она уткнулась лицом в плечо старушки, вдыхая знакомый запах муки и домашнего уюта.
— Спасибо вам, бабушка. Я тоже вас очень люблю.
Поскольку было уже поздно, сестры не пошли в свою съемную квартиру, а остались ночевать у Изуми. Мила, как маленькая девочка, забралась к бабушке под бок, заставляя её рассказывать истории из молодости.
— А ведь в юности я была не менее прекрасна, чем вы сейчас! — Изуми с улыбкой смотрела на гладкую кожу сестер. — В те времена я считалась первой красавицей Кейсэ. Мало того что была хороша собой, так еще и хлеб пекла лучше всех. Женихи в очередь выстраивались, на целую улицу бы хватило...
— Правда? Неужели вы были настолько популярны? — изумилась Мила.
— А как же! — Бабушка гордо вздернула подбородок. — Меня так и звали: «Первая роза Кейсэ».
Под этот уютный шепот и смех Мила уснула первой — она всегда умела проваливаться в сон мгновенно. Жаклин же, терзаемая тревогами, долго не могла сомкнуть глаз.
— Береги её, — прошептала Изуми, поглаживая Милу по волосам. В её глазах блеснули слезы нежности. — Эта глупышка совсем не знает жизни. Без тебя ей будет очень трудно.
— Я сберегу её. Спокойной ночи, бабушка.
Этой ночью кто-то мучился от гнева, кто-то — от печали расставания. Но Комони не привык отказывать себе в удовольствиях.
Глядя на два изуродованных девичьих тела у своих ног, он брезгливо скривился, а затем выплюнул кусочек сырого мяса.
— Неплохо. На твердую шестерку потянете. Спасибо за угощение.
Он уже знал, кто идет ему на подмогу. Ослан Пелан и его брат Домо. С ними за спиной ему не страшны никакие Джотаро.
— С нетерпением жду возможности попробовать тебя на вкус, Лин... И крошку Милу тоже!
http://tl.rulate.ru/book/167821/11638026
Готово:
