Ися смотрела на экран компьютера, и неизвестно почему буквы и изображения постепенно расплывались перед глазами…
Спустя некоторое время она пришла в себя. Эти интриги и борьба за расположение совершенно ей не подходили.
Мо Шиюнь открыла дверь. Тот мужчина склонился над финансовым отчётом, опустив брови; всё его внимание было поглощено работой. Она почувствовала, будто заворожена.
Только когда он поднял глаза, Мо Шиюнь мягко произнесла:
— Я пришла.
Лэн Юйфань отложил документы в сторону.
— Откуда мне знать, что тебе интересны финансы? — Он откинулся на спинку кресла, сложил руки перед собой и спокойно уставился на неё.
— Ну… мне всё же придётся помогать компании отца, поэтому я решила прийти сюда учиться. Ты понимаешь меня, Фань?
Мо Шиюнь торопливо объяснялась. На этот раз она попросила отца договориться с Лэн Юйфанем — она хотела пройти стажировку в «Лэньши».
— Ты могла бы проходить практику и в «Мосхи». Ведь «Мосхи» гораздо крупнее твоей «Лэньши», разве нет?
Взгляд Лэн Юйфаня небрежно скользнул по ней, отмечая каждое её движение.
— Фань, здесь есть ты! Ты ведь знаешь, что это совсем не то…
Голос Мо Шиюнь стал почти молящим. В последнее время возможности встречаться с Фанем становилось всё меньше, и она должна была что-то предпринять, чтобы изменить ситуацию.
— Шиюнь, мне не нравится, когда со мной разговаривают в угрожающем тоне. В последний раз предупреждаю.
Услышав эти слова, Мо Шиюнь поняла: он согласился. Он оставит её рядом с собой.
Она также осознавала, что отец полушантажом протолкнул её сюда. Ведь «Мосхи» изначально были организацией чёрного общества, и, несмотря на все усилия по легализации, до сих пор не могли полностью избавиться от этой тени.
Она знала, чем именно отец запугал Лэн Юйфаня…
Лэн Юйфань продолжил:
— И ещё, Шиюнь. Я никогда не полюблю тебя. Никогда. Запомни это.
Он смотрел на её лицо.
Это уже не первый раз, когда он повторял ей эти слова. Сейчас он вновь проговорил их, чтобы вернуть её в реальность.
Он мог не причинять ей боли, не отпускать её, но любить — никогда.
Слова «никогда не полюблю» ударили Мо Шиюнь, словно тупой нож, вонзившийся прямо в сердце. Она тихо ахнула, почувствовав внезапный приступ боли.
Неужели никто не говорил, что утопающий хватается даже за соломинку?
Но Лэн Юйфань не давал ей даже этой соломинки. Он был обязан ей, баловал её, но не любил.
Ей не нужен был такой способ искупления вины от Лэн Юйфаня. Ей нужно было только одно — чтобы он полюбил её!
— Фань, тебе не стоит так со мной говорить. Я и так всё понимаю.
Её голос дрожал, хотя она старалась скрыть это. Это было уже не просто горе — на её бледном лице с трудом держалась улыбка. Она медленно направилась к двери.
— Фань, если больше ничего, я пойду работать.
Когда она взялась за ручку двери, Лэн Юйфань в одно мгновение оказался позади. Его твёрдая грудь прижалась к её спине сквозь шелковую ткань костюма, а большая ладонь накрыла её руку на ручке. Она ощутила, как его подавляющая аура нависла над ней.
— Шиюнь, не трогай то, чего трогать нельзя. Поняла?
Его губы почти касались её уха. Каждое слово, ударяя по барабанной перепонке, взрывалось эхом. Неужели он знает о том инциденте в Токио?
Мо Шиюнь тихо рассмеялась, но улыбка её слегка окаменела.
— Фань, я не понимаю… о чём ты. Мне пора.
Лэн Юйфань немедленно отстранился, освободив её из железных объятий. Мо Шиюнь почувствовала, будто пережила долгую битву. Обычно она отлично умела лгать, но перед Лэн Юйфанем вся её уверенность испарялась.
Этот мужчина был таким высокомерным, холодным, заставлял её шаг за шагом продумывать каждый ход. И всё же, как мотылёк, летящий на огонь, она готова была разбиться вдребезги ради малейшей искры его внимания…
Её красивые губы сжались, выдавая самые тёмные мысли:
— Тан… Ися!
Ися не ожидала встретить Инь Тяньхао в супермаркете. Когда она увидела его, он стоял в отделе фруктов и с озадаченным видом рассматривал два одинаковых питахайи. Заметив её, он протянул оба плода прямо к её лицу:
— Какой лучше?
Этот соблазнительный мужчина стоял так, будто не замечал, что уже привлёк все взгляды вокруг.
Ися подумала, что он, должно быть, без ума от чёрного цвета — иначе зачем приходить в супермаркет в полностью чёрном наряде?
— Да они же абсолютно одинаковые, — растерялась Ися, так и не сумев найти различий между двумя питахайями. Красная кожура скрывала сочную мякоть — вкусные, и всё тут.
Инь Тяньхао взял фрукты обратно и продолжил их изучать, полностью игнорируя её присутствие.
Ися собралась уйти, но он вдруг схватил её за руку, хотя глаза по-прежнему были устремлены на питахайи.
Она осталась стоять на месте, наблюдая, как он мучительно выбирает между двумя одинаковыми плодами. Внезапно она выпалила:
— У тебя, случайно, не фобия выбора, Инь Тяньхао?
Он косо взглянул на неё, затем снова отвёл глаза.
— Подожди немного. Выберу — и пойдём вместе.
Ися стояла, как дура, с корзиной в руке, пока он наконец не решил. Она так и не поняла, чем выбранный плод лучше другого.
Они вместе купили продукты, а при выходе, поскольку жили по пути, Ися села в машину Инь Тяньхао.
— Ты сегодня сам ходишь по магазинам?
— Ага. Готовлю себе сам.
Его ответ прозвучал с полной серьёзностью.
Закрытый подземный паркинг был пуст и просторен — их автомобиль стоял единственный на огромной площади.
— Ися.
Его чувственный голос прозвучал в замкнутом пространстве, и в воздухе повисли нотки флирта.
Ися посмотрела на него, ожидая продолжения. Её голова была чуть запрокинута, выражение лица — послушное и невинное.
— Ты не могла бы помочь мне с одной просьбой?
Его слова звучали соблазнительно.
— Ага, с чем именно? — ответила Ися без тени подозрения. Они ведь уже считались друзьями.
— Просто позволь мне помочь тебе… помочь мне.
Ися растерялась.
— Инь Тяньхао, я ничего не поняла.
Она улыбнулась, её брови изогнулись дугой, а в прозрачных глазах не было ни капли недоверия — лишь лёгкое сияние.
Часто её сравнивали с кошкой: лежит на подоконнике в солнечный день, дремлет два-три часа, а проснувшись, выглядит такой расслабленной и свободной…
Хочется подойти и погладить.
— Тогда скажу яснее. Хочешь попробовать полюбить меня?
С этими словами Инь Тяньхао провёл ладонью по её густым каштановым волосам, прижал затылок и прильнул губами к её алым устам.
Ися широко распахнула глаза от шока. Незнакомое ощущение на губах напомнило ей: её целует мужчина…!
В тот же миг, как только его губы коснулись её, Инь Тяньхао понял ответ на свой внутренний вопрос. Её губы были такими мягкими, будто источали сладость, которая струилась прямо в него.
Вдалеке мелькнул проблеск света. Ися почувствовала это, но не могла пошевелиться — его объятия держали её намертво.
Она оттолкнула Инь Тяньхао, растерянно воскликнув:
— Что ты делаешь?!
— Просто проверяю, есть ли у меня к тебе чувства, — невозмутимо ответил Инь Тяньхао. Его соблазнительное лицо выражало полную невиновность. Длинные брови придавали ему даже черты благородной решимости.
— Не шути так, — Ися прикрыла рот ладонью, всё ещё не оправившись от потрясения.
Поцелуй Инь Тяньхао совсем не походил на поцелуй Лэн Юйфаня. Он был нежным, осторожным, но в то же время страстным. Его прохладные мягкие губы бережно ласкали её, в отличие от Лэн Юйфаня, чей поцелуй был жестоким захватом, будто он хотел поглотить её целиком.
— Ися, похоже, я в тебя влюбился, — сказал Инь Тяньхао, повернувшись к ней. Его тон был таким же естественным, как если бы он сообщил, что сегодня солнечно.
Когда она собралась что-то ответить, он приложил указательный палец к её губам.
— Тс-с. Не надо сейчас отвечать. Мне всё равно, что ты замужем. Я просто сказал то, что думаю.
С этими словами он уверенно взялся за руль, резко вывернул колёса, и машина плавно выехала с парковки.
Сбоку его лицо выглядело совершенно невозмутимым, и это помогло Исе успокоиться.
«Спасибо тому, кто впервые признался мне в любви, — подумала она. — Благодаря тебе я узнала, каково это — быть любимой…»
*
Когда Ися вернулась домой, Лэн Юйфань уже был там. Она не ожидала этого.
— Почему ты сегодня так рано?
Говоря это, она направилась на кухню, чтобы убрать покупки в холодильник. Лэн Юйфань подошёл следом и, опершись одной рукой на корпус холодильника, легко загнал её в угол.
— Отойди, здесь холодно, — пожаловалась Ися. Холодный воздух бил ей в спину, и она поежилась.
Лэн Юйфань ничего не ответил, а просто поднял её на руки. В последнее время он всё чаще обнимал её. Стоило увидеть её маленькую фигурку, как в груди начинало щекотать, будто перышком, и он не мог удержаться.
Он крепко прижал её к себе. Ися задыхалась, её руки оказались прижаты к его груди и не могли пошевелиться.
— Лэн Юйфань, отпусти меня.
Чем больше она вырывалась, тем сильнее он сжимал объятия. Её мягкая грудь сквозь одежду терлась о его мускулистую грудь, и Лэн Юйфань моментально возбудился.
— Не играй с огнём. Я просто хочу обнять тебя. Если будешь двигаться дальше, не ручаюсь за последствия.
Но его ладонь всё равно скользнула вниз по её спине, прошла по позвоночнику и остановилась на округлой попке.
Без малейших колебаний он сжал её мягкие ягодицы.
— Противный! Разве ты не говорил, что просто обнимёшь?
Ися стукнула кулачками по его груди, но вырваться не смогла.
Лёгкий румянец покрыл её лицо, тело стало вялым от его игр. Она еле держалась на ногах, цепляясь за него.
— Ты слишком чувствительная, Ися, — прошептал он и вдруг отпустил её.
Ися с изумлением уставилась на него. Он лёгким шлепком по попке добавил:
— Если не пойдёшь готовить, я не прочь съесть тебя первым.
На его суровом лице играла насмешка. Ися вспыхнула и, топая каблучками, побежала на кухню.
Он услышал, как она что-то уронила и раздражённо взвизгнула.
Лэн Юйфаню вдруг стало очень хорошо на душе. Вот оно — настоящее счастье, когда весь мир озарён тёплым солнцем…
Утром, едва войдя в офис, Ися почувствовала странные взгляды коллег. Все косились на неё, но, заметив, что она смотрит, тут же отводили глаза.
Она поднялась на двадцатый этаж в лифте для руководства вместе с Лэн Юйфанем. Они давно уже приходили на работу вместе каждое утро, и это ежедневное сопровождение давало Исе ощущение настоящего брака.
Сев за свой стол, Ися заметила, что Хань Чэн обернулся к ней с видом человека, которому есть что сказать, но не решающегося.
— Что случилось, Хань Чэн? — спросила она.
Тот лишь вздохнул и отвернулся.
Ися недоумевала, но включила компьютер. Сразу после запуска пришло уведомление о новом письме из внутренней корпоративной почты.
Открыв письмо, она ахнула: на экране было фото вчерашнего вечера на парковке. Снимок был нечётким, сделан, вероятно, с большого расстояния, но силуэты явно узнавались — она и Инь Тяньхао.
И в этот самый момент Инь Тяньхао целовал её…
Ися застыла в шоке. Как такое возможно?
Дверь её кабинета распахнулась. Холодный, как лёд, Лэн Юйфань быстро прошёл мимо Хань Чэна, схватил её за руку и втащил в свой кабинет.
— Тан Ися, разве я в последнее время слишком добр к тебе?
Он резко толкнул её, и она упала на диван, больно ударившись ягодицами о подушку.
— Лэн Юйфань, с ума сошёл?! — закричала Ися, потирая ушибленное место.
http://tl.rulate.ru/book/167659/11412863
Готово:
