Бай Ийи пробормотала себе под нос несколько слов, но ответа от Сиэр так и не дождалась. Она опустила взгляд и увидела, что та уже склонила голову и крепко спит. Ийи захотела разбудить служанку, чтобы отправить её спать в постель, но тут же вспомнила: это же древние времена, где строго соблюдается иерархия. Эта бедняжка, которая так её боится, наверняка не осмелится лечь на хозяйскую кровать.
Раз так, лучше не будить Сиэр. Пусть немного поспит здесь. Ийи сняла с кровати подушку и подложила её под голову служанке. Та, словно маленький котёнок, потёрлась щекой о подушку и уютно устроилась на ней во сне.
Ийи стояла босиком на полу и нахмурившись смотрела на луну за окном. В мыслях она гадала: «Та ли это самая луна, что светит в моём времени? Неужели Чжу Хунцзе попал сюда раньше меня? Как он смог так быстро приспособиться к этой эпохе? Ведь прошёл всего один день! Я весь день играла роль — будто репетируя спектакль. Перед людьми я изо всех сил изображала женщину по имени Бай Ийи. Хотя играть было даже забавно… Но сейчас, в глубокой ночи, до меня дошло: это не игра. Я действительно стала древней женщиной.
Женщиной, которой никто не любит, внешне солнечной, но внутри — мрачной и одинокой».
— Бай Ийи, не надо так много думать! Завтра снова взойдёт солнце. Чего тебе бояться? — внутренне закричала она себе. Только такой заряд позитива мог вернуть ей уверенность, что она сумеет выжить в этом веке.
Наполнившись решимостью, Ийи довольная запрыгнула обратно в постель. Во сне ей приснился Бай Цзыхуа — в белоснежных одеждах, с обликом бессмертного даоса. Ийи подошла ближе, чтобы рассмотреть его черты. Она была уверена, что увидит Хо Цзяньхуа, но как только тот обернулся, перед ней оказался Третий принц.
Ийи так испугалась, что все слова застряли у неё в горле, и даже просить автограф она забыла.
— Ийи, разве ты не хочешь быть со мной? — спросил Третий принц во сне. Он казался гораздо нежнее, чем в реальности. Медленно подойдя, он взял её за руку.
Сердце Ийи забилось, как испуганный олень. Она смотрела ему в глаза и чувствовала, как в его янтарных зрачках таится бесконечная история.
Вокруг них, словно по волшебству, закружились лепестки цветов, наполняя воздух романтикой.
Ийи смущённо кивнула, встала на цыпочки и приблизила губы к лицу Третьего принца — настолько прекрасному, что от него можно было потерять сознание.
Сейчас она вот-вот поцелует его… Щёки горели от стыда и нетерпения.
Но внезапно налетел какой-то зловещий ветер, заставивший её зажмуриться. Она потерла глаза, а когда открыла их — Третьего принца рядом уже не было.
— Госпожа, скорее просыпайтесь! Вы сейчас упадёте на пол! — раздался голос Сиэр.
Было уже светло. Сиэр видела, как госпожа во сне перевернулась с одеялом, перекрутившись на кровати вверх ногами, и вот-вот должна была свалиться на пол.
Чтобы предотвратить падение, служанка поспешила разбудить её, но этим лишь вызвала утреннюю раздражительность Ийи.
— Ты помнишь, что вчера вечером заснула, пока я ещё не легла? Я с тобой не стала спорить. А теперь, едва свет занялся, ты не даёшь мне поспать дальше! Ты нарочно так делаешь? Мне и так редко снятся красавцы, а уж весенний сон — тем более! Теперь всё пропало — «весенний сон без следа», как в стихах. Ничего не досталось! — Ийи скрипела зубами от злости. Её губы уже почти коснулись его губ! Последний раз она целовалась с мальчишкой из соседнего двора ещё в детстве, когда они играли в «дочки-матери».
Увидев, что госпожа сердится, Сиэр задрожала и снова упала на колени:
— Простите, госпожа! Я побоялась, что вы упадёте с кровати, поэтому и решилась вас разбудить. Да ещё… слуга старшего молодого господина передал весточку: как только вы проснётесь, он поведёт вас гулять по городу. Я заметила, что уже почти полдень, а вы всё ещё не собираетесь вставать, вот и осмелилась потревожить вас. И ещё… госпожа, я вчера не нарочно заснула — просто ужасно хотелось спать.
Голос Сиэр становился всё тише, и в конце она сама почувствовала свою вину. Действительно, как служанке ей не полагалось засыпать раньше хозяйки.
— Гулять по городу? А он сказал, куда именно?
Глаза Ийи загорелись. В голове мелькнула одна мысль.
— Слуга лишь передал: старший молодой господин сказал, что всё зависит от вашего желания.
— Отлично! Беги скорее к Чжу Хунцзе и скажи, что сегодня мы нанесём визит в резиденцию Третьего принца. Я сейчас же встану! — Ийи улыбнулась. Раз во сне не получилось — значит, пора воплотить мечту в реальность.
Тофу Третьего принца она точно съест!
Глава пятнадцатая: Неужели я недостойна твоего внимания?
Раз уж решила соблазнить человека, нужно выглядеть соответствующе. Бай Ийи перерыла весь шкаф, разглядывая десятки разноцветных нарядов. Ей казалось, будто она — костюмер на съёмочной площадке. Эти роскошные платья явно созданы для главной героини, а не для неё.
— Бай Ийи, соберись! С сегодняшнего дня ты — главная героиня. Все эти наряды, эта комната и даже Третий принц — всё это твоё. Ты обязательно сможешь блестяще прожить эту жизнь в древности! — шептала она себе, подбадривая.
Правду сказать, раньше она всегда мечтала, но не решалась — ни обижать людей, ни соблазнять мужчин. Но ведь двадцать лет в современном мире она жила в полной безвестности! Небеса наверняка дали ей второй шанс, чтобы она наконец зажгла ярко и прожила жизнь на полную катушку. Она не должна разочаровывать небеса. К тому же, с таким телом — высоким, стройным, с идеальными формами — было бы преступлением не надеть что-нибудь откровенное.
Наконец-то она избавилась от того тела, в котором даже от воды толстела! Теперь она в полной мере ощутит прелесть жизни красавицы.
Подумав так, Ийи вытащила из самого низа шкафа тонкую, почти прозрачную розовую накидку. В прежней жизни она никогда бы не надела такой цвет — он полнит. Но теперь её фигура просто идеальна: всё на месте, всё выпукло и изогнуто там, где надо. Она уверена: если бы могла вернуться в современность с этим телом, её бы сразу подписали в индустрию развлечений.
Выбрав наряд, Ийи подбежала к туалетному столику в поисках косметики. Что за чёрные кусочки угля? Что это за алые листочки бумаги? И что за красная масса, похожая на печатную краску, в изящной фарфоровой чашечке? Она растерялась, долго рассматривала всё это, но так и не поняла, чем можно краситься. Пришлось сдаться.
А волосы, рассыпанные по плечам… Пусть остаются такими. В древности ведь нет парикмахерских с завивками и окрашиванием, зато натуральные волосы невероятно гладкие и блестящие — и так красиво смотрятся.
К тому же, есть и другая причина: кроме хвостика, она не умеет делать никаких причёсок. Если Третий принц увидит её с конским хвостом, сочтёт это странным. Лучше оставить как есть.
— Мои волосы до пояса… Возьмёшь ли ты меня в жёны, господин? — вздохнула она перед зеркалом, но вдруг услышала за спиной голос Чжу Хунцзе:
— Конечно, возьму.
Ийи резко обернулась:
— Ты что, не умеешь стучать? Разве не знаешь, что в девичью опочивальню мужчинам вход запрещён? Ты просто пользуешься тем, что я не умею пользоваться древним замком!
Чжу Хунцзе не обратил внимания на её упрёки, но нахмурился, глядя на её наряд:
— Лишь третий месяц весны, на улице ещё прохладно. Зачем ты так откровенно оделась?
— Ну и что? Надену поверх плащ — и готово. Разве ты не слышал, что красота требует жертв? — Ийи пожала плечами. Ведь сейчас по лунному календарю третий месяц, а по солнечному — уже середина апреля, совсем не холодно. Да и в современном мире даже зимой девушки носят чулки и короткие юбки. Чего тут удивляться?
Хотя… разве он, тоже перенесённый из будущего, должен был удивляться?
— Бред, — фыркнул Чжу Хунцзе, но тут же насмешливо добавил: — Сиэр сказала, что ты хочешь, чтобы я сопроводил тебя в резиденцию Третьего принца? Значит, ты так оделась, чтобы соблазнить его? Похоже, ты очень сильно влюблена в Третьего принца.
— Ты разве не слышал поговорку: «Женщина украшает себя ради себя самой»? Здесь сказано «ради себя», а не «ради того, кто ей нравится». То есть женщина наряжается для собственного удовольствия, а не чтобы понравиться мужчине! Посмотри на себя — будто впервые в жизни видишь женщину! Соблазнить? Да как ты вообще такое можешь сказать! Я настолько красива, что если уж и соблазнять, то именно Третий принц должен стараться соблазнить меня, а не наоборот!
Чжу Хунцзе понял, что с ней бесполезно спорить. Ладно, пусть идёт к Третьему принцу в таком виде — слишком откровенно, слишком вызывающе. Увидев такое, принц наверняка решит, что она сумасшедшая, и откажется от помолвки. Это даже выгодно: Пинтинь сможет выйти за него замуж, а ему самому не придётся жениться на Бай Ийи.
Но… что же у неё в голове? Ему вдруг стало любопытно. С каких пор он начал интересоваться этой глупой и невежественной женщиной? И откуда она знает такие изречения, как «женщина украшает себя ради себя»? Разве она раньше хоть чему-то училась? Неужели переменилась?
— Пойдём, — сказал он. — Сиэр уже послала за экипажем.
Он протянул руку, чтобы взять её за рукав.
Ийи инстинктивно отступила:
— Между мужчиной и женщиной не должно быть прикосновений. Не смей меня трогать!
Лицо Чжу Хунцзе изменилось. Он неловко убрал руку, которую она отстранила. Он лишь хотел поторопить её, а она вдруг вспомнила о древних правилах приличия? Если она готова так одеваться ради Третьего принца, почему боится, что он коснётся её рукава?
— Бай Ийи, неужели я недостоин твоего внимания? — в его голосе прозвучал гнев.
«Моего внимания?» — недоумённо подумала Ийи. Откуда это взялось? Она растерялась и замерла на месте.
Глава шестнадцатая: Боюсь, что причиню тебе боль
Ийи поправила верхнюю накидку и направилась к двери, бросив через плечо:
— Что ты имеешь в виду? Я не поняла.
— Разве ты не сказала, что одеваешься ради того, кто может тебя порадовать? Тогда почему так отстраняешься от меня? Неужели считаешь, что я тебе не пара? — Чжу Хунцзе был слегка раздражён. Он никогда всерьёз не воспринимал эту женщину, считал, что она даже не достойна ему подавать обувь. Но теперь её демонстративное отчуждение пробудило в нём интерес.
Они три года жили под одной крышей в доме канцлера, но он ни разу не пытался узнать Бай Ийи. Всё, что он о ней знал, исходило от Пинтинь: завистливая, грубая, обижает слабых и постоянно изображает жертву. Поэтому он и не питал к ней ни капли симпатии.
Если не считать сегодняшнего дня, они вообще никогда не общались напрямую. Но сейчас он вдруг почувствовал: может, она и не такая уж безнравственная, как рассказывала сестра. Даже интересная.
Хотя… разве не безнравственно одеваться так откровенно и заявлять, что мужчина должен сам её соблазнять? Но именно такая наглость ему почему-то нравится.
Ийи вдруг резко обернулась и, глядя ему прямо в глаза, серьёзно спросила:
— Ты говоришь всерьёз?
— Что именно?
Она глубоко вдохнула:
— Ты всерьёз хочешь на мне жениться?
— Конечно, всерьёз. Слово благородного человека — дороже четырёх коней. Разве я могу не быть серьёзным? — сказал Чжу Хунцзе, и вдруг почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Это же ложь… А он никогда не волновался, говоря неправду. Так почему же сейчас сердце так стучит?
http://tl.rulate.ru/book/167519/11368133
Готово:
