— Рабыня не смеет, — тихо проговорила Сиэр, опустив голову. — Она и сама не знает, что делать, чтобы вы больше не гневались… Разве что кланяться.
Ийи вздохнула, подняла её за руку и спросила:
— Я раньше часто тебя била?
— Никогда! Рабыня понимает: госпожа не била и не ругала меня — она проявляла милость и учила правилам приличия.
Говоря это, Сиэр робко бросила взгляд на Ийи, опасаясь вновь сказать что-то не так.
Бай Ийи широко раскрыла глаза. Как это — бить и ругать служанку ради того, чтобы «научить правилам»? Да что за чушь!
— Сиэр, слушай внимательно. Твоя госпожа, возможно, раньше и делала немало неприятных вещей за чужими спинами. Но с сегодняшнего дня всё это кануло в Лету. Я больше не стану придираться к тебе и никому не причиню зла. Сегодня особенный день — я, Бай Ийи, возрождаюсь из пепла, словно феникс.
Ийи решительно кивнула, уверенная, что мудрость двадцать первого века поможет ей изменить мнение окружающих.
Однако первое впечатление так просто не стирается. В следующее мгновение Сиэр робко спросила:
— Госпожа, вам нездоровится? Не одержимы ли вы злым духом? Может, рабыне сходить к госпоже и позвать экзорциста?
— Какой ещё экзорцист! Твоя госпожа — сама небесная фея! Она знает всё: и астрономию с географией, и древнюю историю с современностью. Умеет составлять гороскопы по году рождения и знаку зодиака, говорит о западных созвездиях и пяти элементах. Всё ей ведомо!
Ийи, начав хвалить себя, уже не могла остановиться.
— Госпожа, а что за «созвездие» такое? — Сиэр никогда не слышала этого слова и решила, что госпожа сегодня совсем сошла с ума.
— Да неважно, какое созвездие! Раз на твоей юбке грязные пятна, точно не Дева. Пойдём прогуляемся и заодно поболтаем.
Бай Ийи глубоко осознавала: ей нужно как можно скорее разобраться в обстановке и завоевать расположение окружающих.
А ещё есть Третий принц. Пусть он и не слишком разборчив в людях, и зрение у него никудышное, но зато внешность — что надо, да и происхождение подходящее: настоящий «золотой жених». К тому же, судя по всему, между ними в прошлом были какие-то отношения. Такую возможность упускать нельзя!
Если однажды она сумеет заставить Третьего принца безумно влюбиться в неё — это будет настоящее достижение.
— Госпожа, мы не можем выходить, — тихо напомнила Сиэр. — Третий принц только что приказал: вас посадили под домашний арест.
Ийи уже вышла за дверь и глубоко вдохнула свежий, совершенно лишённый смога воздух:
— Знаешь, что значит «человек ушёл — чай остыл»? Когда он это сказал, мы просто послушали. А теперь, когда его нет рядом, будем делать то, что считаем нужным. Он ведь не живёт в этом доме — откуда ему знать, выходила ты во двор или нет?
«Домашний арест»! Да ладно! Третий принц — не её отец, чтобы ограничивать её свободу передвижения.
Сиэр хотела что-то сказать, но удержалась: боялась напомнить госпоже о запретах принца и вызвать её гнев. В итоге она просто решительно последовала за Ийи.
— Госпожа, а куда мы пойдём гулять? — спросила она.
Ийи хитро улыбнулась:
— Веди вперёд. Отведи меня к этой легендарной госпоже Пинтинь. Мне очень хочется посмотреть, до чего же я её довела, раз Третий принц так за неё заступается.
Раз уж она здесь очутилась, пусть будет по-моему. Хотя попадание в другой мир и не входило в её планы, это не повод сдаваться. Но позволить другим использовать её втёмную — ни за что! «Злого умысла быть не должно, но и без предосторожности нельзя». Она обязательно перехватит инициативу и лично встретится с этой «соперницей».
Сиэр тихо «охнула» и пошла впереди, думая про себя: «Что с госпожой? Почему она называет старшую госпожу „легендарной“?»
Бай Ийи всё это время обдумывала, в каком настроении предстать перед Пинтинь. Но не успела она увидеть лицо соперницы, как услышала голос Третьего принца.
От испуга она даже вздрогнула, хотя ещё не разглядела, где он стоит.
Четвёртая глава: Что такое общественное чувство?
— Госпожа… — Сиэр не поняла, что происходит, и робко окликнула Ийи, надеясь получить указания. Но едва она произнесла эти слова, как проворная Ийи зажала ей рот ладонью.
— Тише! Третий принц здесь. Бежим, пока не заметили!
Ийи шептала прямо в ухо Сиэр, намереваясь незаметно исчезнуть.
Сиэр кивнула и, согнувшись, развернулась, чтобы вернуться обратно.
Но Ийи, сделав шаг, вдруг услышала, как Третий принц говорит с кем-то о ней:
— Пинтинь, прости меня. На этот раз ты сильно пострадала, и я лично приношу тебе извинения. Я всегда считал Бай Ийи наивной и доброй, да и мать у неё рано умерла… Мне было её жаль. Если бы я не увидел всё своими глазами в тот день, до сих пор не поверил бы, что она на самом деле постоянно вредит другим, притворяясь невинной. Она научила меня одному важному уроку: нельзя судить о человеке по внешности.
Третий принц искренне извинялся перед Пинтинь, а Ийи, слушая это, чувствовала, как внутри всё сжимается.
— Я давно говорила вам, государь, что Бай Ийи не раз причиняла мне зло, но вы всё время верили её маске и отказывались мне верить. Я и представить не могла, что наша дружба с детства, длившаяся более десяти лет, окажется ничем по сравнению с её словами. Раз так, значит, между нами всё кончено. Женитесь на ней!
Пинтинь была вне себя от горя и злилась на себя за то, что столько лет ошибалась в людях.
Услышав это, Третий принц тут же воскликнул:
— Что мне нужно сделать, чтобы ты простила меня? Неужели ты действительно хочешь видеть, как я женюсь на Бай Ийи?
Бай Ийи пряталась за каменной горкой и с наслаждением подслушивала этот диалог. Такая мелодрама — чистейшая классика в духе Цюйяо! Если бы она не была той самой «третьей», разрушающей их любовь, с радостью заплатила бы за билет на такое представление.
Настолько увлечённо она слушала, что совершенно не заметила, как Сиэр за её спиной уже опустилась на колени и готова была приветствовать подошедшего белого господина.
Тот приложил палец к губам, давая знак молчать, и поманил Сиэр в сторону. Затем легко хлопнул Бай Ийи по плечу.
Ийи, думая, что это Сиэр, даже не обернулась:
— Не шали, ещё немного послушаем — и пойдём.
— Кто с тобой шалит? — удивлённо спросил белый господин, не ожидая, что его осмелятся игнорировать.
«А?!» — Это не Сиэр! Незнакомый мужской голос! Ийи обернулась и увидела высокого мужчину в белом. От неожиданности она поскользнулась и покатилась вниз по склону каменной горки.
— Поддержи меня! — машинально вырвалось у неё.
В ту же секунду, когда она падала, она увидела, как белый господин сделал несколько шагов назад, будто боясь, что пыль с дороги запачкает его одежду.
Сиэр тут же подбежала и помогла Ийи встать, вытирая пыль с её лица платком.
Хотя кожа не была содрана, рука Ийи сильно болела от удара о камешки. Этот человек явно мог подхватить её и предотвратить падение, но вместо этого отпрянул! Да разве это нормально?
— У вас вообще есть общественное чувство? Вы же могли меня поддержать и не дать упасть!
Ийи сердито уставилась на белого господина, растирая покрасневшую и опухшую руку.
— Скажи-ка мне, дорогая кузина, а ты сама понимаешь, что такое общественное чувство? Ты первой нарушила правила приличия, подслушивая чужой разговор. Да и упала ты сама — я ведь не тащил тебя за собой. Почему же ты обвиняешь меня в отсутствии общественного чувства?
Белый господин прищурил свои миндалевидные глаза и обаятельно улыбнулся, но Ийи от злости скрипела зубами.
«Какой же это век! Ладно, раз с тобой не договоришься, лучше уйду и буду сидеть тихо в своей комнате».
Ийи вздохнула и потянула Сиэр за руку, чтобы уйти.
Но небо не желало ей благоволить. Её слова с белым господином уже дошли до ушей Третьего принца. Едва она вышла из поля зрения белого господина, как наткнулась на «охотника, поджидавшего зайца» — самого Третьего принца.
— Я ведь приказал тебе сидеть под домашним арестом! Как ты смеешь находиться здесь? Решила открыто ослушаться моего приказа? — Третий принц был вне себя от гнева, увидев, что Ийи игнорирует его слова.
Ийи кусала губы, не зная, что ответить. За спиной — белый господин, готовый подлить масла в огонь; перед ней — Третий принц, считающий её змеёй в траве; слева — Сиэр, которая только и делает, что создаёт проблемы; справа — высокая, прекрасная Пинтинь, та самая «жертва» инцидента с водой. Короче говоря, в этот момент ни один человек вокруг не питал к ней симпатии. Все лишь ждали удобного случая, чтобы найти против неё улики и погубить.
В прошлой жизни Ийи особенно любила одну фразу: «Когда тебя загоняют в безвыходное положение, именно тогда рождается победа». И сейчас, оказавшись в древнем мире, она продолжала следовать этому принципу.
Если раньше Третий принц верил, что она «белая лилия», и чуть не бросил свою детскую подругу ради неё, значит, он всего лишь обычный мужчина, подверженный внешним соблазнам и типичным слабостям своего пола.
Раз так — она найдёт подходящее лекарство для его недуга. Уж с этим-то она точно справится.
Пятая глава: Государь, встречаемся?
Подумав об этом, Ийи начала вспоминать самые грустные моменты своей жизни. Как в детстве её отец без объяснений избил за то, что она написала своё имя с ошибкой и сдала чистый лист. Как на экзаменах в университет она не добрала всего один балл до проходного минимума. Как мечтала о первой любви, но так и не успела влюбиться, как уже стала «старой девой». А теперь, не закончив даже университет, она попала в этот непонятный мир…
Чем больше она думала, тем сильнее чувствовала, насколько несчастна её жизнь. Казалось, все хорошие события всегда сворачивали в сторону в самый последний момент, едва не коснувшись её.
Она становилась всё печальнее и печальнее, чувствуя, что двадцать лет прожила зря. В следующее мгновение её глаза наполнились слезами, и она зарыдала, словно цветок груши под дождём.
— Государь, Ийи знает, что виновата. В тот день я вовсе не хотела вредить Пинтинь — просто упала в воду и не успела ничего объяснить. Посмотрите на меня: с детства без матери, никто не учил, как общаться с сёстрами. Мои неосторожные действия причинили Пинтинь столько страданий… Мне так стыдно! Государь, вся вина — на мне. Накажите меня!
Ийи упала на колени у ног Третьего принца, слёзы капали на землю. В душе она восхищалась собой: «Бай Ийи, ты просто молодец! Сказала „плакать“ — и сразу заплакала!»
Пинтинь презрительно фыркнула, увидев эту сцену. Она думала, что после разоблачения Ийи станет лучше. Но, похоже, та не только не исправилась, но и усилила свою игру.
— Раз ты сама признаёшь, что воспитана плохо, зачем тут притворяться жалкой? Ты сама упала в воду, а потом заявила, будто я тебя столкнула! Кому ты сейчас показываешь этот спектакль?
Ийи мысленно закатила глаза. Не то чтобы она кого-то особенно не любила, но с таким вспыльчивым характером Пинтинь вряд ли понравится хоть одному мужчине. Хорошо ещё, что у неё есть давняя связь с Третьим принцем, иначе в современном мире она точно осталась бы старой девой.
— Пинтинь, я ведь только что искренне просила у тебя прощения! Если ты всё равно не хочешь меня прощать, зачем оскорблять меня, называя «без воспитания»? Да, мать у меня умерла рано, но разве это моя вина? «Мама — лучший друг на свете, с мамой ребёнок — как сокровище. Обнимет мама — и счастье льётся рекой». А у меня матери нет… Я словно травинка без корней — никто не заботится, никто не жалеет. Ладно, если ты всё равно не простишь меня, зачем мне здесь мешать вам? Лучше я врежусь в дерево и покончу со всем этим!
Ийи уже довела дело до крайности и направилась к ближайшему дереву. Хотя она и «бежала», на самом деле двигалась медленнее обычной ходьбы, будто видеозапись замедлили до минимума.
http://tl.rulate.ru/book/167519/11368128
Готово:
