Махито использовал технику Кирары. В тот миг, когда камни сжали его, он почувствовал проклятую энергию Чоджуро и мгновенно «пометил» её. Согласно правилам «Межзвездного полета», основанного на взаимном притяжении и отталкивании звезд, он просто оттолкнул от себя сдавливающие его руки.
Обломки камня закружились вихрем, собираясь в единый поток, который, словно яростный дракон, устремился вниз, целясь прямо в Чоджуро!
Каменный смерч пронесся по двору. Маги Хей бросились врассыпную, используя свои способности, и только Чоджуро не успевал. Он снова и снова возводил каменные стены, но вихрь дробил их, поглощая обломки и становясь лишь сильнее.
Пока ты не разгадаешь логику «Межзвездного полета», противостоять ему невозможно. В этом и заключалась коварная мощь этой техники, и у Чоджуро не было времени на раздумья.
— Прямая атака… отражена?! — Чоджуро не верил своим глазам. Разве техника этого духа не связана с мутацией душ? Как это возможно?!
Чем больше он пытался управлять землей, тем мощнее становился обрушившийся на него шторм. В конце концов, в небо взметнулся колоссальный торнадо из камней. Соратник, тащивший Чоджуро, принял тяжелое решение и бросил его. Старик инстинктивно потянулся к нему, но тот ловко уклонился.
Каменный дракон настиг жертву.
Чоджуро закрыл лицо руками, вкладывая всё в защиту тела. Камни били его нещадно: сначала килограммы, потом тонны, десятки, сотни тонн! Земля, которой он привык повелевать, в итоге погребла его под собой, образовав пятидесятиметровый курган.
Зенин Чоджуро был мертв.
Для Махито такие «материальные» техники больше не представляли угрозы. Главным минусом «Межзвездного полета» была необходимость физического контакта с проклятой энергией врага. Для обычного мага подставиться под удар – самоубийство, поэтому Кираре приходилось полагаться на хитрость и планирование. Но Махито был иным. У него было бессмертное тело. Стоило атаке задеть его один раз, и он мог тут же активировать отталкивание, становясь неуязвимым.
Махито плавно опустился на землю, отменяя технику.
Каменная гора, лишившись магической поддержки, с грохотом осела, разрушая прилегающие галереи. Махито медленно выдохнул. Праздное Преображение работало: его раны затягивались на глазах. Затем он переключился на технику создания, восстанавливая изорванное кимоно и хаори.
Пыль от рухнувших камней стояла столбом, не поддаваясь даже ливню. Когда Махито вышел из этого облака, он был безупречен: ни единого шрама, чистая одежда, даже шляпа выглядела как новая.
— Следующий, — бросил он.
Следующий не заставил себя ждать. Вспышка стали – и острие меча возникло прямо перед его лицом. Логика врага была проста:
— Если магические атаки на тебя не действуют, то как насчет старого доброго ближнего боя? — Спросил подошедший.
— Неужели ты забыл тех бедняг из Кукуру за воротами? — Парировал Махито.
«Моя Мирокуджи Кири режет всё на свете. Она непобедима. Неважно, что у тебя в руках – тебе не выстоять против неё. Как ты вообще смеешь тягаться со мной в фехтовании?»
Махито сжал рукоять. Разрез!
Зрачки Махито расширились.
Тяжелая тати обрушилась на обух Кири, вминая ее лезвие в землю. Маг с тати поднял голову, обнажая суровое, обветренное лицо мужчины средних лет. Он был бесстрастен, словно каменное изваяние. Волосы убраны в самурайский хвост, просторное кимоно пропиталось влагой, а клинок в его руках светился багровым светом, точно в нем циркулировало живое пламя.
Он нашел «единственную» слабость Кири: Линия Разреза не работала, если удар приходился по обуху. Но как обычный человек смог с такой точностью перехватить траекторию атаки цукумогами?
Даже мастеру меча это не под силу, ведь Кири – не просто кусок стали. Можно прочесть намерения бойца, но как прочесть волю самого клинка? Теоретически, эта слабость была недосягаема.
Но этот человек смог. Мечник холодно произнес:
— Боец отряда «Хей». Особый маг первого ранга. Зенин Оги.
— Прошу любить и жаловать! — Представился он.
Особый маг первого ранга! Это звание стоит выше обычного первого ранга, но всё же не достигает заоблачных высот особого ранга. В мире магии принято считать, что маги особого ранга – это аномалии, штучный товар, в то время как первый ранг является «столпом» магического сообщества. Особый же первый ранг – это те, кто стоит на самой вершине этой иерархии, воплощая собой истинный «предел возможностей простого смертного».
И сейчас этот самый «предел» предстал прямо перед Махито.
Махито резко вскинул клинок, но ещё до того, как сталь успела набрать инерцию, Оги грациозно, подобно легкому дуновению ветра, отклонился назад. Кири прочертила дугу в считаных миллиметрах от его виска, но не смогла задеть его даже на йоту.
Махито рванул вперед, на ходу переключая технику. Техника управления цукумогами!
Кири издала пронзительный, почти птичий крик. Между небом и землей промелькнула серебристая вспышка, похожая на росчерк метеора в ночном небе.
Лицо Зенина Оги оставалось торжественно-суровым. Он не сдвинулся ни на шаг. Его тати, словно рог небесного оленя, плавно ударило по телу Кири. В следующее мгновение сокрушительная мощь, способная рассечь человека надвое, прошла мимо него. Глубокая борозда, оставленная ударом, отпечаталась на земле главного двора поместья Зенин, а в пелене проливного дождя на миг вспыхнул сноп ярких искр.
Пять ударов подряд – пять идеальных блоков. Махито и Оги скрестили клинки на сверхкороткой дистанции. Окрестности озарялись непрекращающимися искрами. Они напоминали актеров на сцене, исполняющих сложнейший танец смерти: клинки метили точно в жизненно важные точки, но в последний миг неизменно встречали сталь противника. Их движения были пугающе слаженными.
Гетерохромные глаза Махито вспыхивали всё ярче, сияя в ночном ливне подобно очам демонического божества. На лезвии тати в руках Оги заплясали искры пламени. Огненный поток змеей обвился вокруг меча, мгновенно испаряя капли дождя. Облака пара окутали сражающихся. Несмотря на ледяной ливень, температура между ними стремительно росла, пока не выплеснулась настоящей волной огня.
Активация техники – Раскаленное пламя!
Техника Зенина Оги позволяла ему высвобождать яростное пламя, окутывая им меч. Это не только увеличивало мощь разреза, но и значительно расширяло дистанцию атаки. Он мог бы попытаться испепелить Махито прямым потоком огня, но не решался. Перед его глазами всё ещё стоял пример Зенина Чоджуро, чья атакующая техника обернулась против него самого. Оги боялся, что едва он выпустит пламя, оно тут же отрикошетит в него.
Однако невозможность прямой атаки не означала, что нельзя усилить сам клинок!
Оги взмахивал тати изо всех сил, пламя на острие напоминало танцующих духов. Махито же орудовал Кири размашисто и грубо. Кири сама по себе была длиннее обычных мечей, по дистанции атаки не уступая копью. В начале боя Оги удавалось сокращать дистанцию для своего тати, но по мере того, как время шло, его шаги становились всё тяжелее. Он отступал. Скорость развития Махито подавляла его технику, заставляя уходить в глухую оборону.
Сначала Махито держал меч одной рукой, но вскоре перехватил его обеими. Острие раз за разом оказывалось в опасной близости от горла Оги. Фигуры бойцов сплелись в стремительном вихре среди серебряного сияния и алого пламени. Их движения становились всё быстрее. Вспышка молнии выхватила из тьмы лишь две переплетающиеся ленты света – Кири Махито и тати Оги.
После последнего столкновения они одновременно отпрянули назад, разрывая дистанцию ближнего боя. — Потрясающе! — Громко воскликнул Махито. — Зенин Оги, я признаю: твой навык ближнего боя выше моего.
http://tl.rulate.ru/book/167321/11513773
Готово:
