Годжо пожал плечами. Он решил, что Шоко просто хочет поберечь чувства Мию. Им нужно было обсудить, что именно произошло с телом девушки. После двух недель наблюдений и анализов Шоко должна была прийти к каким-то выводам. Обычно Сатору было плевать, слышит ли подопечная диагноз, но сейчас Мию была настолько раздавлена, что продолжать разговор при ней было бы верхом жестокости.
Выйдя в коридор и убедившись, что Мию их не слышит, Годжо спросил:
— Ну, каков вердикт? Не считая смены пола. — Годжо по-прежнему держался беспечно. Он не видел в ситуации ничего критического. И хотя «старикашки» из верхушки магов требовали немедленной казни Мию, пока Сатору жив, они не посмеют открыто тронуть девушку.
Когда-то он говорил ей, что обладает в мире магии определенной властью. И он не врал. Куда там «определенной» – Годжо Сатору не был заложником традиций. Как сильнейший маг современности, он мог нарушить любой принцип и остаться безнаказанным.
Единственная причина, по которой он до сих пор не перерезал всю верхушку – он еще не нашел тех, кто мог бы занять их места. Как только замена будет готова, ему потребуется всего день на вооруженный переворот. Нет, даже полдня. Полдня, чтобы перевернуть весь магический мир.
Он не гнушался убийствами. И на его счету их было немало.
Старейшины, конечно, прекрасно знали о его намерениях. Но Годжо Сатору был жив и процветал. Думали ли они, что он не заслуживает смерти?
Нет, просто они не могли его убить!
Именно из-за их бессилия Годжо относился к ним с таким пренебрежением. В этом заключалась уверенность сильнейшего.
Шоко прекрасно понимала, о чем он думает. Они когда-то были неразлучными напарниками, и она знала его отношение к совету. Она знала и то, что Годжо согласился преподавать в этом техникуме лишь потому, что хотел вырастить магов, способных заменить прогнившую верхушку.
«Мию тоже одна из тех, кого ты готовишь?»
Иэири Шоко отогнала лишние мысли, достала из кармана халата пачку сигарет, привычно прикурила и затянулась.
— С чего бы начать? — Шоко задумалась и спросила:
— Сатору, ты ведь знаешь о Девяти стадиях проклятого плода?
— Давай сразу к выводам, — уверенно бросил Годжо. — Я пойму.
Шоко смерила его взглядом и бесстрастно произнесла:
— Мию – полупроклятие.
Лицо Годжо стало серьезным. Он глубоко вздохнул.
— Прошу прощения за самонадеянность. Шоко-сан, пожалуйста, объясни всё с самого начала.
Ни черта не понятно! Разве в магической теории существует такое понятие, как «полупроклятие»?
Есть ведь только «маги», «проклятые духи» и «проклятые предметы». Откуда взялось это четвертое? Неужели она выдумала этот термин специально для Мию-чан?
— Вполне логично, что ты не понимаешь, — спокойно продолжила Шоко. — Слово «полупроклятие» я придумала сама, чтобы объяснить состояние организма Мию.
Так и есть, неологизм!
— Вернемся к сути, — сказала Шоко. — Сатору, что ты знаешь о Девяти стадиях проклятого плода? — Годжо собрался с мыслями и медленно заговорил:
— Это связано с позорным пятном на репутации клана Камо.
— В эпоху Мэйдзи появилась женщина, способная рожать детей от проклятий. Камо Норитоши, которого называют злейшим магом в истории, проводил над ней бесчеловечные эксперименты, примешивая в процесс свою кровь. Эта женщина была беременна девять раз, девять раз делала аборты и произвела на свет девять мертворожденных плодов.
— В итоге эти девять плодов превратились в проклятые предметы. Это и есть те самые «Девять стадий проклятого плода».
Иэири Шоко кивнула:
— Это общеизвестная версия. Но в силу своей профессии мне довелось изучать плоды под номерами с первого по третий… Они не погибли. Они были запечатаны как живые проклятые эмбрионы. Ты знал об этом?
Вот теперь Годжо был по-настоящему удивлен:
— А вот этого я не знал. Ты хочешь сказать, что плоды с первого по третий на самом деле могут продолжить рост? То есть стать нормальными младенцами?
— Не знаю. Честно говоря, это лишь гипотеза, основанная на моих профессиональных знаниях. Могу лишь сказать, что они способны расти. Но станет ли этот плод полноценным живым существом – гарантировать не могу. — Иэири Шоко выпустила струю дыма. — Никто в здравом уме не станет снимать печать с проклятого предмета. А даже если снимут, они уже стали проклятиями. Превратятся ли они в нормальную жизнь – неизвестно.
Годжо задумчиво кивнул:
— Кажется, я понял, к чему ты клонишь. Мию-чан сейчас в похожем положении? Разница лишь в том, что те плоды заставили стать проклятыми предметами до того, как они выросли, а она… законченный образец.
Поэтому она и «полупроклятие». Годжо полностью уловил суть. — Название «полупроклятие» действительно простое и невероятно точное.
— Хоть ты человек несносный и своенравный, но соображаешь быстро, — похвалила Шоко.
— Эй! — Возмутился Годжо, но Шоко проигнорировала его крик. Она помолчала и медленно продолжила:
— Физиологически она, без сомнения, женщина. Но структура её проклятой энергии куда ближе к проклятым духам, чем к нам, магам.
— Когда ты привел её ко мне, ты предположил, что причина её чудовищной магической силы кроется в «небесном обете». Якобы она обменяла трансформацию всего тела на колоссальную мощь.
— Но теперь я вынуждена опровергнуть твой вывод. — Она вынула сигарету изо рта и уставилась на тлеющий огонек взглядом хищника:
— Она получила эту силу не из-за обета. Она стала ею обладать, потому что превратилась в «аватара» некоего проклятого духа.
Беспечность мгновенно слетела с лица Годжо. Под повязкой его Шесть глаз резко сузились:
— Она… аватар проклятия?
— Возможно, всё еще страшнее. — Шоко снова вернула лицу ленивое выражение и прикурила сигарету. — Проклятие наложило на неё клеймо, заставляя её плоть адаптироваться к характеристикам своей энергии.
Она попыталась подобрать максимально простое объяснение:
— Скажем так, чтобы тебе было понятнее: её превратили в сосуд воплощения для того проклятого духа. Если это существо пожелает, оно в любой момент сможет завладеть телом Мию. Она идеально для него подготовлена.
Проклятия обычно не нуждаются в воплощении. Это нужно лишь проклятым предметам, которые не могут существовать в форме духа и требуют материальный носитель.
И хотя слова Иэири Шоко могли заставить усомниться в её профессионализме, Годжо всё понял.
Для обычных проклятых предметов не существует «специальных» сосудов. Любой человек, проглотивший такой предмет, станет его носителем. Предмет вступит в реакцию с телом, перестроит его, подавит волю оригинала и выйдет на поверхность, захватив плоть.
Но существуют и совершенно исключительные проклятые объекты, для которых сосуд нужно готовить специально. Обычный человек просто не выдержит их мощи. И Мию – именно такой случай. Её целенаправленно переделали, чтобы в один прекрасный день она смогла принять проклятие в себя.
Годжо Сатору уже хвалил Шоко про себя, но не удержался и сделал это снова. Ей хватило всего пары фраз, чтобы он, будучи лишь наполовину специалистом в медицине, до конца осознал, в каком состоянии находится тело Мию.
Это объясняло, почему проклятый дух пощадил Мию. То была не милость, а завершенный акт: удар уже был нанесен.
Иэири Шоко медленно выдохнула, и сизые кольца дыма заплясали на ветру. — Сатору, скажу прямо, — произнесла она. — Если бы не ты, в этот раз я бы встала на сторону стариков. Если мы не найдем того проклятого духа и не уничтожим его в ближайшее время, то с Мию лучше покончить как можно скорее. Она слишком опасна. И дело не в ней самой, а в том, что в любой момент может начаться процесс воплощения того духа в ее теле.
Годжо Сатору отказал, даже не задумываясь:
http://tl.rulate.ru/book/167321/11504719
Готово:
