На самом деле Махито знал о силе Годжо Сатору куда больше, чем Со. В оригинальной истории, во время финальной битвы с Сукуной перед самой смертью, Годжо продолжал расти над собой. Он действительно не коснулся потолка своих возможностей – его просто прервал внезапный «Разрез мира» Сукуны.
Но то был Сукуна. А попробовал бы сделать это кто-то другой?
В очередной раз подтверждалась истина: Сукуна – это абсолютная аномалия всей истории «Магической битвы», его нельзя брать в расчет и обсуждать наравне с другими, ибо его путь невозможно повторить.
— Я не могу даже вообразить, насколько сильным станет Годжо через десять или двадцать лет, — беспристрастно произнес Кендзяку. — Если сейчас мы нацелимся на побег, даже ему будет трудно нас поймать. Но когда он продолжит расти… в тот миг, как он нас увидит, даже мысли о спасении станут непозволительной роскошью.
Джого нахмурился. Он всё еще с трудом представлял истинные масштабы мощи Годжо, но, видя, как Махито согласно кивает, не стал вставлять свои пять йен.
Вместо этого он лишь недовольно буркнул:
— Тогда нам просто нужно прятаться от него. Как сейчас: пока мы не приближаемся к Токио, нам ничего не угрожает.
— Жить, полностью отбросив гордость… возможно, это тоже вариант. Но есть одна проблема, — сказал Кендзяку. — Мы не сможем вечно избегать встречи с ним.
Ханами издала вопросительный звук, уточняя, что именно Кендзяку имеет в виду.
— Потому что… — Со глубоко вздохнул, раскрывая пугающую тайну. — …скоро родится «Бог».
Все проклятые духи замерли, пораженные этим заявлением.
Кендзяку не стал ничего скрывать и прямо озвучил величайший секрет мира магии:
— В этой стране есть маг, являющийся её абсолютным ядром. Ее называют Тенген.
— Это термин из игры Го. Самая центральная точка на доске называется «Тенген». Настоящее имя этой женщины давно стерлось из памяти веков, остался лишь ее статус, передающийся как титул.
— Я объяснил достаточно. Вы должны были понять мой подтекст. — Единственный глаз Джого сузился:
— Какова её врожденная техника?
На лице Кендзяку промелькнула улыбка:
— Похоже, ты понял. Ее техника зовется «Бессмертие». — Глаз Джого тут же метнулся к Махито, и тот едва заметно кивнул, подтверждая, что Со не лжет.
Со пожал плечами:
— Всё именно так, как вы осознали. Маг, проживший тысячу лет, сейчас проходит через финальный этап вознесения. Если она добьется успеха, то станет истинным божеством. Она контролирует мощнейшие барьеры, покрывающие всю Японию. У этих барьеров много функций, но для проклятых духов главная из них – оповещение. Стоит где-то произойти бедствию, вызванному проклятой энергией, как Тенген тут же узнает об этом через барьер. Сейчас это предел её возможностей, но если она станет богом…
Слова Кендзяку были полны скрытого смысла, но Махито всё прекрасно понял.
Он осознал план Кендзяку. На самом деле Махито знал о существовании Тенген. Она действительно удерживала гигантские барьеры над всей Японией. Эти барьеры служили фундаментом для других сложных техник, удерживали проклятую энергию внутри страны и даже могли использоваться для широкомасштабного высвобождения способностей проклятых духов. В оригинальной истории Кендзяку, поглотив силы Махито, использовал именно этот барьер, чтобы запустить Игру на выбывание.
Со не врал: для обычных проклятых духов эти барьеры действительно были лишь системой раннего предупреждения. Их сила заключалась в охвате и способности вовремя предотвратить распространение проклятого бедствия. Без преувеличения, при нынешнем уровне проклятой активности в Японии, барьер Тенген был единственным оберегом, спасающим страну от краха. Трудно представить, в какое отчаяние погрузилась бы Япония, исчезни этот барьер.
Статус Тенген как хранителя этой системы был непоколебим.
До этого момента Махито совершенно не задумывался о Тенген. И не потому, что она была неважна – её статус в магическом мире был высочайшим, – а потому, что она почти никогда не вмешивалась в происходящее. Для Махито она была лишь частью декораций. И что более важно…
Даже став существом, близким к богу, разве она не была слита Кендзяку одним ударом? Авторы создали такой мощный образ в поздних главах, чтобы закончить её линию столь небрежно – неудивительно, что Махито не сразу о ней вспомнил.
Он и не предполагал, что Со ценит Тенген даже больше, чем Годжо Сатору.
Кендзяку продолжил:
— Годжо Сатору, как вы и сказали, всего лишь могущественный человек. Если мериться с ним долголетием, он, без сомнения, проиграет вам. Но Тенген – иное дело. Ее техника бессмертия прошла через горнило тысячи лет и достигла точки трансформации. Возможно, само её превращение в бога не так страшно, но плотность сбора информации у божества несравнима с человеческой.
Сказав это, Со поднял палец.
— Пока Тенген человек, она действительно не может нас найти. Но Тенген-бог сделает это без труда. И как только она нас обнаружит и натравит на нас Годжо Сатору, который к тому времени будет совершенствоваться еще лет десять-пятнадцать… Махито, Джого, Ханами… как думаете, вы действительно сможете выжить?
«Не сможем. Однозначно не сможем», – пронеслось в мыслях Махито.
Джого шумно выдохнул: — …Ты прав. Нужно действовать сейчас, пока Тенген не стала богом, а Годжо Сатору не вырос еще больше. Нужно как можно быстрее прикончить одного из них.
Ханами согласно кивнула.
Махито тоже перевел дыхание. Такое будущее действительно заставляло проклятых духов содрогнуться. И дело было даже не в них – они хотя бы умели скрываться, – но что станет с низшими проклятиями? Пожалуй, их будут вычислять «Богом Тенген» в момент рождения, и они будут уничтожены магами, даже не успев познать этот мир.
Такое будущее для проклятий было слишком ужасным, слишком безнадежным.
Честно говоря, не будь он сам проклятым духом, которому суждено вечно враждовать с магами, он бы присмотрелся к возможности сдаться. И не из трусости, а потому что нарисованная перспектива была пугающе реальной. Если сейчас ничего не предпринять, такое будущее наступит неизбежно.
С другой стороны, спешка Кендзяку стала понятна – он тоже боялся.
Но в отличие от остальных, страшившихся грубой силы Годжо Сатору, он боялся именно вознесения Тенген. Поэтому, как только в его руках оказалось тело с «Манипуляцией проклятыми духами», он решил во что бы то ни стало устранить Тенген. Без вариантов.
Однако Махито не терял самообладания. Он спросил:
— Это была первая причина, я её полностью уяснил. Какова же вторая?
Кендзяку снова спрятал руки в широкие рукава и с улыбкой произнес:
— Она по-прежнему касается Тенген и Годжо Сатору, но у второй причины есть предпосылка. Если я разберусь с Тенген, что нам делать с оставшимся Годжо Сатору?
Джого на мгновение опешил:
— Точно. Раз Годжо так силен, что превосходит даже ставшую богом Тенген, нам нужно лишь отвлечь его внимание и первым делом прикончить Тенген. А без нее Годжо, каким бы сильным он ни был, нас не найдет. И тогда мы сможем просто переждать его век и начать действовать после его смерти.
Ханами тоже изобразила на лице озарение.
В ответ Джого и Ханами увидели, как Махито и Со одновременно посмотрели на них. Их лица… на них не было никаких эмоций. Абсолютно пустые выражения. Им было очень неловко, но, не желая показывать пренебрежение, они решили просто замереть с каменными лицами.
Уголок рта Джого дернулся:
— Ладно, извините, что прервал ваши раздумья. Гето Сугуру, продолжай.
Со медленно выдохнул и снова нацепил улыбку:
http://tl.rulate.ru/book/167321/11504716
Готово:
