Готовый перевод Clan Development: I see clues / Развитие клана: Я вижу подсказки: Глава 6. Шичжун и Шитао

Собрание Восхождения к Бессмертию превратило обычно тихий Городок Лазурного Персика в гудящий улей.

Когда стало известно, что у сына старосты нашли духовный корень, возбуждение толпы достигло предела.

И у родителей, и у детей в глазах зажглась надежда.

Лишь стоящий на помосте Шимин знал: большинству суждено уйти ни с чем. Духовный корень не зря называли бессмертной судьбой.

А судьбу так просто не вымолишь!

Узнав от Линь Яна, что его сына с тройным корнем зовут Линь Чжун, Шимин велел старосте подготовить всё необходимое и дать семье время попрощаться.

Уход в горы проводил черту между миром смертных и миром бессмертных. Линь Чжун сможет спуститься вниз только после двадцати лет, если добьется успехов.

До тех пор покидать Гору Клыкастого Дерева ему было запрещено.

Как обладатель тройного корня, Линь Чжун наверняка удостоится внимания на Горе Клыкастого Дерева. Если всё пойдет гладко, он войдет в Родословную Клана в поколение Ши под именем Линь Шичжун.

— Следующий!

… …

— Следующий! — Голос Шимина звучал методично. Один за другим разочарованные и растерянные дети покидали помост.

Толпа начала понемногу затихать.

Двадцать девять человек подряд – и ни одного одаренного.

Шици сменила Шимина у диска измерения духа.

— Не принимай близко к сердцу, седьмой брат. Даже на больших собраниях улов бывает небогатым.

Шимин молча кивнул. Он достал духовный камень и принялся медленно восполнять силы.

Так продолжалось до сотого ребенка, когда наконец объявился второй счастливчик. Мальчик по имени Линь Ань обладал пятиэлементным духовным корнем – самый слабый дар, едва дающий шанс стать практиком.

Но даже это вызвало в толпе бурю восторга.

В глазах тех, кто ещё ждал своей очереди, снова вспыхнул огонёк.

От рассвета до самых сумерек.

После полутора сотен проверок и Шимин, и Шици чувствовали себя выжатыми как лимон.

Шимин хотя бы подпитывался ожиданием, Шици же действовала уже на чистом автоматизме. Она не верила, что среди оставшихся тридцати человек найдется хоть кто-то стоящий.

Большинство детей уже прошли через диск. Итог: один тройной корень и два пятиэлементных.

— Сестра, отдохни немного, остальных я проверю сам, — Шимин видел её усталость и разочарование.

Шици кивнула и отошла в сторону, чтобы восстановить ману.

— О?

Шимин вдруг оживился. Перед ним возник Ван Мацзы, боязливо подталкивая вперед ту самую застенчивую девочку.

Вчера она приносила ему чай.

Она выглядела такой же робкой, как и накануне.

— Господин бессмертный, я Ван Мацзы, а это дочка моя, Я-эр. Прошу вас, посмотрите её! — Старик рухнул на колени и принялся неистово бить челом.

Шимин не обратил на него внимания, жестом подозвав девочку.

Как только она положила руку на диск, Шимин направил поток энергии.

В следующее мгновение из тела малышки вырвалось яркое красно-зеленое сияние. Отблески света заиграли вокруг, создавая невероятную, таинственную картину.

Стихии огня и дерева проявили себя во всей красе!

— Двойной духовный корень! Гений! — Шици застыла с открытым ртом. Такое сияние она видела лишь у их старшего брата Линь Шицзе. Именно тогда она осознала: люди не равны. Кому-то суждено штурмовать небесные вершины, оставляя всех далеко позади, а другим уготована роль массовки.

Поэтому она и стала Мастером Духовных Растений, решив приносить пользу клану. Пусть через сто лет от неё останется лишь горстка праха, но в каждом шаге клана Линь вперед будет и её след. Она не жалела об этом – рожденный в клане должен считать его процветание своим долгом.

Шимин тоже был поражен. Лицо его то бледнело, то краснело.

Он и представить не мог, что тем самым гением окажется эта тихая девчушка.

Смертные мало что поняли. Для них «есть корень», – и ладно; они не видели разницы между двойным и пятиэлементным, а потому просто радостно заулюлюкали.

Ван Мацзы обезумел от счастья. Он благодарил всех подряд: небо, землю, предков, господ бессмертных. Его крики были почти нелепы.

Но теперь никто бы не посмел над ним смеяться. Скорее всего, прозвище Ван Мацзы канет в лету, а на его месте появится уважаемый господин Ван из Городка Лазурного Персика.

Каждому смертному, чей ребенок обладал даром, клан Линь обеспечивал безбедную жизнь и почетную должность.

Шимин мог бы устроить Линь Яна и Ван Мацзы мелкими чиновниками в подвластном клану уезде Синсянь, где жизнь была куда вольготнее.

— Послушай, а у тебя есть настоящее имя? — Шимин внимательно посмотрел на девочку. Та явно не понимала, как круто изменится её жизнь.

Она лишь знала, что теперь будет сыта, а отец – доволен.

— Нет, — она покачала головкой.

— Твоё окно выходит на то духовное персиковое дерево, значит, тебе по душе цветы персика. Пусть тебя зовут Ван Тао. Но когда войдешь на Гору Клыкастого Дерева, станешь Линь Тао. Полное имя – Линь Шитао. Ты станешь первой среди женщин в поколении Ши!

Шимину было неважно, понимает ли малышка, что значит «первая в поколении», главное – задать ей цель.

— Линь Тао? — Прошептала девочка. Она повторила имя несколько раз, затем решительно кивнула и улыбнулась:

— Господин бессмертный, мне нравится! Куда лучше, чем Я-эр!

— Хорошо. Но впредь не зови меня так. Зови седьмым братом, — Шимин еще немного поговорил с ней, затем подозвал Линь Чжуна и двоих других ребят. Он вкратце описал им будущую жизнь на Горе Клыкастого Дерева.

Он дал им два дня, чтобы провести время с родными перед долгой разлукой.

Оставшаяся дюжина детей внезапно пробудила азарт в Шици, и она сама вызвалась их проверить.

Результат, впрочем, был нулевым.

Когда толпа разошлась, Шимин и Шици направились обратно на Гору Лазурного Персика.

Смеркалось. Сил у обоих почти не осталось, так что лучшим решением было поскорее вернуться под защиту массивов и заняться медитацией.

Но по пути Шици просто завалила брата вопросами. Перед смертными она еще держала марку, но теперь её прорвало. Шимин лишь отмахивался туманными фразами.

Женское любопытство оказалось страшной силой. В конце концов она выдала нечто невообразимое:

— Признайся, тебе ведь нравится эта девчушка? Ты всё это затеял только ради неё?

У Шимина едва челюсть не отпала. Как ей вообще в голову пришла такая нелепица, а главное – как хватило духу озвучить это вслух!

Он принялся оправдываться, но чем больше он говорил, тем сильнее Шици убеждалась в своей правоте.

В итоге она с торжественным видом пообещала хранить его «тайну».

Шимин лишь горько пожалел о содеянном. Надо было дать ей проверить полсотни детей, чтобы она выдохлась и не имела сил на пустую болтовню.

Верно говорят: сытый человек – беда для окружающих.

А для практика беда – когда его мана полна!

http://tl.rulate.ru/book/166921/11038563