Хьюга Масаюки пристально посмотрел на Акиру, но лицо юноши оставалось непроницаемым.
Ни тени раскаяния. Это заставило Главу Клана нахмуриться.
Он перевел взгляд на сына и сухо произнес:
— Раз уж ты просишь за него, наказание может быть смягчено, но не отменено полностью. Три дня заключения.
— Отец... — Хиаши попытался было возразить.
Но Масаюки уже принял решение:
— Ступайте.
Двое стражников подхватили Акиру и повели его в сторону тюрьмы клана.
Она располагалась на заднем дворе поместья.
По пути их видели многие члены клана. Но на этот раз конвой не соблюдал видимость приличий: каждый держал Акиру за руку, волоча его как настоящего преступника.
Это было недвусмысленным предупреждением для всех остальных членов Побочной Семьи.
Тюрьма клана Хьюга представляла собой подземелье. Вход был замаскирован под неприметный домик, откуда лестница вела глубоко вниз.
Внутри коридоры освещались факелами, расположенными через равные промежутки. Между каждой парой факелов виднелась тяжелая, запечатанная железная дверь.
Кто бы мог подумать, что всё это было построено для членов собственной семьи?
Точнее, для членов Побочной ветви.
Впрочем, открытых бунтарей вроде Акиры было меньшинство, так что темница пустовала.
Стражники отперли одну из дверей ключом и грубо швырнули Акиру внутрь.
Они молча захлопнули дверь, и с лязгом замка последний луч света исчез.
В кромешной тьме Акира открыл глаза.
— Один играет плохого копа, другой — хорошего.
Он презрительно фыркнул.
Хиаши думал, что сможет подчинить его такими дешевыми трюками? Наивный дурак.
— Бьякуган.
Он активировал додзюцу и просканировал пространство. Убедившись, что никаких скрытых устройств наблюдения нет, он полез в инвентарь.
Фонарик.
— Хорошо, что я подготовился заранее.
Хотя в тюрьму он попал впервые, о методах воспитания клана Хьюга он знал достаточно. Эта темница пользовалась дурной славой.
Многие члены Побочной Семьи вздрагивали при одном упоминании о ней.
Щелчок — и яркий луч фонаря осветил камеру.
Помещение было крошечным. Квадратная каменная коробка с единственной узкой вентиляционной трубой под потолком.
В углу стоял стул с прикованными к нему цепями. Не нужно быть гением, чтобы понять их назначение.
Акира достал из инвентаря кусок вяленого мяса и закинул в рот.
Для других это место могло стать адом, но не для него.
С его бездонным инвентарем он мог просидеть здесь несколько лет и горя не знать.
— Через три дня выйду на свободу с чистой совестью. Главное — быть осторожным.
Нельзя набрать вес за эти три дня, иначе возникнут вопросы.
А значит, пора приступать к тренировкам.
Впрочем, он подозревал, что три дня сидеть здесь ему не придется...
На следующий день.
Принцесса Конохи Цунаде нанесла визит в поместье Хьюга.
В Зале Совета.
На этот раз в комнате были только Хьюга Масаюки и Цунаде. Между ними стоял низкий столик с двумя чашками чая.
Раздвижные двери за спиной Цунаде были открыты, открывая вид на безмятежное озеро, окруженное зеленью.
— Джонин Цунаде, вы довольны моим сыном? — прямо спросил Масаюки.
Он надеялся, что между Хиаши и Цунаде сложатся отношения мастера и ученика, но поскольку Хиаши не был официально передан ей Академией, формально они оставались лишь командиром и подчиненным.
Именно поэтому Хокаге согласился сформировать отряд целиком из членов клана Хьюга под началом Сенджу.
Цунаде нахмурилась:
— Способности вашего сына неплохи, но он слишком нетерпелив. Однако я здесь не по этому вопросу.
Масаюки с каменным лицом поставил чашку на стол:
— Тогда, леди Цунаде, какова цель вашего визита?
— Хьюга Акира, — прямо заявила она. — Чтобы подготовиться к будущим миссиям, мне нужно провести для него специальную тренировку.
Бровь Масаюки едва заметно дрогнула. Он не ожидал, что Цунаде придет просить за Акиру.
И причина была весомой: командир отряда имеет полное право тренировать своих подчиненных.
— В таком случае, Джонин Цунаде, моим сыновьям тоже нужна тренировка, не так ли? — Масаюки попытался перехватить инициативу.
Хотя власть Третьего Хокаге сейчас была стабильна, это далось большой ценой. Ему приходилось постоянно балансировать и идти на уступки кланам, чье влияние значительно возросло.
Это была не эпоха Первого или Второго Хокаге, когда слово Каге было законом. Если Масаюки упрется, у Цунаде не будет рычагов давления.
Но игнорировать статус Сенджу было бы глупо. Масаюки не хотел ссориться с ней, но и уступать так просто не собирался.
Цунаде лишь слегка нахмурилась, а затем спокойно произнесла:
— Я хочу обучить Хьюга Акиру медицинским ниндзюцу. Если Хиаши и Хизаши это интересно, они могут присоединиться.
Это поставило Масаюки в тупик.
Он хотел, чтобы Цунаде тренировала его сыновей, передавая опыт, полученный от Сарутоби и Второго Хокаге. Это позволило бы им быстро вырасти как воинам.
Но он категорически не желал, чтобы они становились врачами.
В то время Цунаде еще не провела реформу медицины, и многие шиноби относились к ирьениндзюцу с пренебрежением, считая это уделом слабых.
Намерение Цунаде было очевидным — вытащить Акиру. И она, похоже, не собиралась платить за это никакую цену.
Это указывало на то, что её связь с Акирой не была глубокой. Просто прихоть командира.
Но отказывать ей напрямую не хотелось.
С другой стороны, отпускать Акиру всего через день было рано. Наказание еще не возымело должного эффекта, воля бунтаря не была сломлена, а план Хиаши по подчинению требовал времени.
В комнате повисла тишина.
Цунаде неторопливо пила чай, её отражение дрожало в зеленой жидкости.
Никакого давления, никакого торга. Решение было за Масаюки.
Согласие не принесет особой выгоды, но отказ гарантированно сделает её врагом.
Цунаде же всем своим видом демонстрировала равнодушие.
— Я хочу знать причину, — наконец спросил Масаюки, желая докопаться до сути.
Зачем Цунаде вступаться за какого-то члена Побочной ветви? У них не было никакой дружбы.
— Хьюга Акира — мой подчиненный, — поставила чашку на стол Цунаде.
Этого было достаточно. Масаюки понял, что больше она ничего не скажет, и беспомощно вздохнул:
— Хорошо.
В конечном итоге, ссориться с ней было себе дороже.
— 891.
— 892.
— 893.
Акира стоял в стойке на одной руке, ритмично отжимаясь.
Пот градом катился с его лица, образовав на полу небольшую лужицу.
Едва уловимый звук шагов заставил его мгновенно замереть. Он молниеносно сгреб со стола мусор и фонарик, отправив их в инвентарь.
Комната погрузилась в кромешную тьму.
Никто не должен знать о его секретах. Инвентарь был его главным козырем и гарантией безопасности.
Щелк.
Звук поворачиваемого ключа эхом разнесся по коридору. Акира посмотрел на дверь, и в камеру ворвалась полоска света.
К счастью, он не сидел в темноте постоянно, поэтому свет не резанул по глазам.
— Хьюга Акира, твое заключение окончено, — раздался знакомый голос.
Губы Акиры тронула улыбка, и он шагнул за порог.
Хьюга Хиаши стоял у двери. На его лице читалась внутренняя борьба, но стоило Акире появиться, как он тут же нацепил маску серьезности.
Он протянул руку и произнес:
— Мы, в конце концов, одна команда. Надеюсь, в будущем мы сможем плодотворно сотрудничать.
http://tl.rulate.ru/book/166308/10854272
Готово:
