После полудня наступило время для первокурсников. В отличие от большинства предметов, где потоки обычно делят между двумя факультетами, на Защите от Темных Искусств я настоял на объединении сразу всех четырех домов. Класс, конечно, становится тесноватым для моих изысканных вкусов, но у этого решения есть и светлая сторона: когда в одном помещении собирается такая толпа юных ведьм и волшебников, урок практически идет сам собой. Толпа создает энергию, а я, их галантный профессор, могу наслаждаться роскошью, дирижируя процессом прямо из-за своего стола.
К тому же, это освобождает мне массу времени для отдыха и самосовершенствования, что, согласитесь, весьма удобно.
Я вальяжно откинулся в кресле, пребывая в состоянии абсолютного дзен-спокойствия, пока в кабинет втекал первый ручеек учеников. Знакомые лица выхватывались из толпы мгновенно: Колин Криви с его вечной готовностью к восторгу, крошка Джинни Уизли с пламенными волосами и широко распахнутыми, испуганными глазами, и, ах да, та самая причудливая когтевранка, чье имя всегда вызывало улыбку у читателей, — Полумна Лавгуд.
Убедившись, что все в сборе, я небрежно взмахнул палочкой в сторону двери. Она захлопнулась с резким, театральным хлопком, заставив добрую половину учеников подпрыгнуть на местах. Эффектно. Гул голосов мгновенно стих.
— Добрый день всем! — начал я с непринужденным обаянием человека, пережившего сотни автограф-сессий и вспышек колдокамер. — Вы меня, разумеется, уже знаете, но поскольку это наш первый полноценный урок, формальности необходимы.
Я выпрямился во весь рост и ослепительно улыбнулся, словно невидимый осветитель направил на меня лучший прожектор.
— Я — Гилдерой Локхарт. Кавалер ордена Мерлина третьей степени, почетный член Лиги защиты от темных сил, пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку и, что важнее всего, ваш проводник в дебри одного из самых жизненно необходимых предметов в этой школе.
Я выдержал паузу ровно настолько, чтобы искупаться в волнах их благоговейного трепета, а затем продолжил, эффектно взмахнув полой мантии:
— Мой долг — научить вас распознавать опасность и реагировать на нее. Примет ли эта угроза облик темных магов, кровожадных тварей или же унизительных розыгрышей, которые наводнили этот замок благодаря паре рыжеволосых смутьянов.
Я заметил, как Джинни Уизли побледнела и вжалась в стул. Блестяще. Превентивный удар.
— Прежде чем мы приступим непосредственно к теме, есть ли у кого-нибудь вопросы? — Я добавил с игривым подмигиванием: — Только по предмету, заметьте. Хотя я не стану ругать того, кто захочет поинтересоваться чарами ухода за волосами. Выглядеть безупречно — это, в конце концов, тоже своего рода защита.
Несколько девочек выпрямились, в их глазах вспыхнуло любопытство. Но первой руку подняли не они, а Полумна Лавгуд.
— Да, мисс Лавгуд? — спросил я, заинтригованный.
— Профессор, вы упомянули существ, — произнесла она своим мечтательным голосом, и ее глаза, казалось, смотрели сквозь меня. — Означает ли это, что вы также хорошо разбираетесь в магозоологии?
— Ну, — я выпятил грудь с легкой бравадой, — я бы не стал претендовать на звание абсолютного эксперта, но осмелюсь сказать, что мог бы составить достойную конкуренцию самому Ньюту Саламандеру.
— Не знаю, при чем тут конкуренция, — безмятежно ответила Полумна, — но слышали ли вы о Морщерогом кизляке?
Ее невинность была настолько обезоруживающей, что я едва не рассмеялся вслух. Когда группка когтевранцев начала хихикать, я заставил их замолчать вежливым, но властным покашливанием.
— Так уж вышло, — произнес я плавно, понижая голос до доверительного шепота, — что я слышал о нем кое-что весьма примечательное.
По правде говоря, я действительно перелопатил горы информации в прошлой и этой жизнях. Захватывающие истории не пишутся теми, кто всю жизнь просидел в сырой Британии, знаете ли.
— Значит, вы в него верите? — Полумна подалась вперед, в ее взгляде читалось что-то очень похожее на благоговение.
— Да, безусловно. Позвольте мне поделиться тем, что я знаю. — Я прислонился бедром к краю стола с видом мудреца, готового открыть тайны вселенной. — Много лет назад, когда я расследовал в Австралии таинственное исчезновение маленькой деревушки, мне встретился один довольно... изобретательный волшебник. Его область исследований была, скажем так, неординарной: он пытался вывести новых химер, сочетая черты обычных и магических зверей. Рискованная затея, уверяю вас, но он хотел создать дешевый источник ингредиентов для зелий.
Аудитория замерла. Даже слизеринцы перестали ухмыляться, захваченные странностью истории.
— Существо, известное вам как Морщерогий кизляк, по слухам, было одним из таких созданий — невероятным гибридом самки взрыпотама и самца верблюда.
По классу пронесся шепот изумления.
— Конечно, чудо его выживания так и не удалось повторить, поскольку взрыпотамы, как известно, крайне неохотно скрещиваются с кем-либо, кроме своего вида. Даже с носорогами, которые весьма похожи на них внешне. Но тот единственный кизляк, обладавший примечательной камуфляжной окраской и взрывоопасным рогом, сбежал на волю. Некоторые утверждают, что видели его и по сей день, хотя, по правде говоря, большинство свидетелей на тот момент были слишком пьяны, чтобы воспринимать их всерьез. Но это тоже улика — возможно, зверь просто неравнодушен к запаху спиртного.
Раздалось несколько смешков, но Полумна неистово строчила в пергаменте, от усердия высунув кончик языка.
Закончив, она снова вскинула на меня сияющий взгляд.
— Спасибо, профессор! Вы не возражаете, если я отправлю это папе? Он издает «Придиру». Он наверняка захочет это опубликовать.
Мое сердце наполнилось гордостью. Наконец-то — признание.
— Разумеется, — великодушно разрешил я. — Только напомни ему указать мое имя и приложить удачную фотографию. Пожалуй, на целый разворот.
Даже «Придира» с его репутацией журнала для сумасшедших — это все равно пресса. А вам стоит зарубить себе на носу: плохой рекламы не бывает. И я еще ни разу не отворачивался от блеска своего имени на печатной полосе.
Я собирался продолжить урок, но Полумна снова подняла руку, глядя на меня так, словно я владел ключами от всех тайн мироздания. Это, честно говоря, пьянило покруче огневиски.
— Да, мисс Лавгуд?
— Пожалуйста, зовите меня просто Луна, — искренне попросила она, а затем спросила с явной надеждой: — Раз уж вы знаете про кизляка, знаете ли вы что-нибудь о... нарглах?
— Ах, да. Нарглы. Озорные маленькие паразиты, чем-то напоминающие пикси, но куда более скрытные. Невидимые, хитрые и, по большинству академических свидетельств, вымершие много веков назад. Или же просто слишком умело прячущиеся. Сущее наказание для омелы, уверяю вас.
Верьте или нет, но все это правда — в конце концов, я все еще когтевранец, который впитывает знания как губка, даже если раньше я был ленивым павлином.
Я наблюдал за тем, как ее перо снова пустилось в пляс.
— А мозгошмыги? — спросила она, и ее глаза расширились еще больше.
— Мозгошмыги, — произнес я, заговорщически понизив голос и наклоняясь к первому ряду, — это, смею заметить, скорее магические сущности, чем существа во плоти. Открытые, так уж вышло, вашей покойной матерью, Пандорой Лавгуд. К сожалению, академическое сообщество редко признает ее открытия, так как нужно обладать особо тонкой настройкой на магию, чтобы их заметить. Я, разумеется, сталкивался с ними. Они питаются логикой, высасывая ее из разума волшебника и оставляя после себя лишь вату и глупость. Что, если вдуматься, объясняет очень многое в поведении нашего магического сообщества.
Класс смотрел на меня с изумлением. Возможно, впервые они видели во мне нечто большее, чем просто красивую картинку с обложки.
Ирония в том, что все сказанное мною — чистая правда. Это идеально объясняет, почему взрослые, могущественные маги порой ведут себя как полные идиоты.
Но время не ждет. Я сотворил быстрый беспалочковый «Темпус» и увидел, что у нас осталось меньше часа.
— Ну что ж! — Я звонко хлопнул в ладоши. — Довольно о невидимых сущностях. Пора переходить к практике.
Взмах моей палочки — и у стены выстроился ряд тренировочных манекенов.
— Поскольку вы всего лишь первокурсники и ваш магический арсенал пока пуст — что вполне естественно для первого дня, — мы начнем с азов. Сегодня вы выучите чары создания искр. Красные искры сигнализируют об опасности, зеленые показывают, что все в порядке. Это заклинание спасет вам жизнь в чрезвычайной ситуации и сойдет за простейший отвлекающий маневр в дуэли.
Я продемонстрировал жест.
— Мы начнем с красных искр. Заклинание — «Вермиллиус». Движение палочкой — резкий взмах вперед, туда, где вы хотите увидеть вспышку. Следите за артикуляцией!
Следующие полчаса класс наполнился сосредоточенным сопением, смехом и редкими клубами дыма. К моему восторгу, больше половины студентов к концу урока ухитрились высечь хоть какие-то искры. Колин Криви практически вибрировал от радости, когда из его палочки вырвался сноп красного света.
Когда прозвенел звонок, Луна вприпрыжку выпорхнула из кабинета, весело помахав мне на прощание и прижимая к груди исписанный пергамент. Джинни Уизли тем временем поспешно запихнула в сумку маленький черный дневник в потертой кожаной обложке.
Ах, да. Дневник Тома Реддла. Маленький кусочек души Темного Лорда прямо у меня под носом. Я совершенно забыл о нем в суматохе дня. Впрочем, это проблема для другого времени. Пусть пока побудет у нее.
Я сладко потянулся, разминая затекшие плечи, и позвал в пустоту:
— Пипи, будь душкой, принеси чай и свежую выпечку в мой кабинет. Думаю, я это заслужил.
И, черт возьми, я действительно это заслужил.
http://tl.rulate.ru/book/166301/10946990
Готово:
