Ещё до начала рабочего дня мастерскую семьи Чэнь плотным кольцом окружили беженцы. Однако, вопреки ожиданиям, они не просили денег или еды, а наперебой пытались купить Очищающие пилюли.
Оказалось, добравшись до Нагорного посёлка, они обнаружили, что пилюли, которые в уездном городе стоили тридцать медяков, здесь продавались всего за десять. Некоторые из наиболее сообразительных беженцев решили на этом подзаработать: скупить пилюли по низкой цене и перепродать их тем, кто остался у стен уездного города. Даже если продавать каждую пилюлю по двадцать пять медяков, они всё равно получали больше десяти монет прибыли. Для людей, которым нечего было есть, это была весьма выгодная сделка.
— А ну пошли прочь! Все вон отсюда, живо!
Ворота распахнулись, и на пороге появился плечистый, дородный детина с грубыми чертами лица. Размахивая тесаком, он разогнал толпу беженцев.
Его звали Вэй Сань. Он был одним из немногих местных головорезов, промышлявших мелкими поборами и бездельничавших в компании таких же дружков. В последнее время, из-за наплыва беженцев, стало неспокойно, и Старый чудак Чэнь нанял его для охраны двора, опасаясь непрошеных гостей.
— Кучка старых черепах! А ну живо убирайтесь отсюда! — кричал Вэй Сань, уперев тесак в землю и свирепо вращая глазами.
— Господин, мы пришли купить Очищающие пилюли, зачем же вы так…
— Вот именно, мы вам деньги принесли, а вы… — робко возражали беженцы.
Ради разницы в цене больше чем в десять монет они не хотели упускать такой лакомый кусок.
Они и не подозревали, что подставляют Старого чудака Чэня под удар. Если бы семья Чжоу узнала, что его пилюли попали в уездный город и составили им конкуренцию, они бы, вероятно, переломали старику все кости. Поэтому, как только Чэнь понял, что беженцы занимаются перепродажей, он тут же закрыл лавочку и прекратил торговлю. Чужакам не продавали ни одной пилюли.
— Повторяю в последний раз, все убирайтесь! Иначе не вините мой клинок за грубость! — Вэй Сань состроил свирепую гримасу и, не тратя слов, несколько раз взмахнул тесаком. Его яростный вид заставил толпу в страхе попятиться.
В те времена жизнь беженца ничего не стоила. Если бы его и вправду убили, никто из властей и пальцем бы не пошевелил. Поэтому, как бы ни были недовольны эти люди, они не смели высказать своё возмущение и, понурив головы, разошлись.
...
В полдень, во время короткого перерыва, работники, сбившись в кучки по двое-трое, жевали принесённые с собой лепешки и булочки.
Ли Чэньхай сидел в одиночестве в углу. Достав остывшую булочку, он отламывал по кусочку и, запивая холодной водой, медленно пережёвывал. Последние несколько дней, из-за наплыва чужаков в Нагорный посёлок, на душе у него было тяжело. Особенно его беспокоили те несколько фигур, что он видел утром у своего переулка. Он постоянно боялся, что эти люди могут что-то натворить.
— Эй, все сюда! Подойдите поближе, послушайте! — внезапный окрик заставил всех поднять головы.
В центре двора, позади пухлого мужчины средних лет, стоял Старый чудак Чэнь и махал работникам рукой, подзывая их к себе.
— Братья, полагаю, вы все меня знаете, — мужчина средних лет с улыбкой сложил руки в приветственном жесте. Его лоснящееся лицо сияло радушием, создавая впечатление очень приятного в общении человека.
Он был прав. Все его действительно знали. Это был Фан Эр, управляющий поместья семьи Чжоу.
— В последнее время в посёлке появилось много чужаков, в основном беженцев из других мест, — говорил Фан Эр, видя недоумевающие взгляды собравшихся. — Хотя и раньше у нас случались мелкие кражи, но это были свои, никто из них не стал бы грабить и убивать. Поэтому, ради вашей же безопасности, господин Чжоу решил создать отряд ночных стражей. Людей будем набирать из крепких молодых мужчин нашего посёлка.
Договорив, Фан Эр посмотрел на опустивших головы работников и с лёгкой улыбкой добавил:
— Конечно, ночное дежурство — дело нелёгкое, особенно после целого дня работы. Господин Чжоу понимает ваши трудности и поэтому решил платить каждому по сто медяков за ночь!
Сто медяков!
Едва эта цифра прозвучала, все разом подняли головы. В их глазах, устремлённых на Фан Эра, горел огонь. Сто медяков за одну ночь! Это было куда выгоднее, чем работать в мастерской. К тому же, не так утомительно: всего лишь ходить по посёлку и следить за беженцами. Выгодно! За такую работу стоило взяться!
— Но скажу сразу, нужно всего двадцать человек. Наш посёлок небольшой, больше и не требуется, — Фан Эр засунул руки в рукава и с весёлым видом продолжил: — Я заглянул к вам первым только потому, что мы со старым Чэнем в хороших отношениях. Кто не хочет — не заставляю. В конце концов, я всегда могу найти людей в другом месте. За сто медяков в ночь желающих будет хоть отбавляй!
— Я, я пойду! — не успел он договорить, как тут же выскочил первый доброволец.
Фан Эр был прав. При нынешних ценах за сто медяков в ночь найдётся немало желающих. Такая прибыльная и непыльная работа — всё равно что деньги с земли подбирать. Только дурак откажется.
Где один, там и второй. Услышав, что места ограничены, работники засуетились и, вскидывая руки, начали записываться, боясь, что их обойдут.
Из семи работников мастерской записались все, кроме Ли Чэньхая. Он так и сидел в стороне, доедая свою сухую булочку, и не выказывал ни малейшего желания присоединиться.
Один из его знакомых подошёл к нему и попытался его уговорить:
— Дахай, сто медяков за ночь! Это выгоднее, чем у старого Чэня горбатиться. Почему ты не идёшь?
— Хе-хе… — Ли Чэньхай добродушно улыбнулся и, подобрав с земли упавшую крошку, отправил её в рот. — Дома ребёнок маленький. Если я пойду в ночной дозор, за жену с сыном беспокойно будет.
— Эх, да что за бабой беспокоиться, — услышав это, парень в душе презрительно фыркнул. «Подумаешь, баба. В наше время баб — пруд пруди. Дай ей кусок хлеба, и тут же новую женишь. Только такой неудачник без роду и племени, как он, будет носиться с бабой, как с писаной торбой».
— Ладно, желающих я записал. Кто не хочет — не заставляем, — Фан Эр закончил запись, попрощался со Старым чудаком Чэнем и отправился в другое место набирать людей.
Когда он ушёл, Старый чудак Чэнь повернулся к работникам и, заметив их радостные лица, холодно хмыкнул:
— Беженцы здесь ненадолго. Власти обязательно что-нибудь придумают. Хотите подзаработать — я не против, но сначала взвесьте свои силы. Если кто-то из-за ночного дежурства будет плохо работать у меня, пусть сразу убирается. Нечего тут занимать место и действовать мне на нервы!
http://tl.rulate.ru/book/160892/10501272
Готово:
