Когда с основными блюдами было покончено, слуги убрали со стола, готовясь подать десерт. К моему изумлению, передо мной поставили небольшие фарфоровые тарелки с пудингом из хлеба с изюмом, щедро политым ванильной глазурью. Пока мы наслаждались сладким, Мирра принялась засыпать меня вопросами о Замке Варга — её интересовало всё: от размеров крепости до её истории. Я едва успевал отвечать на этот стремительный поток расспросов, стараясь при этом не выдать тайн, которые могли бы поставить под удар безопасность моего дома. Заметив в глазах Харрольда тень меланхоличной ностальгии, я, кажется, начал понимать, через что пришлось пройти моему отцу в Ланниспорте десять лет назад.
С пудингом было покончено, но вино в кубках не иссякало, как и беседа. Я узнал, что Бертону исполнилось двенадцать и он служит оруженосцем у Тигетта. Также выяснилось, что Тайвин к своему неудовольствию потерпел неудачу, пытаясь продвинуть брата Кивана на пост Мастера над монетой — вместо него назначили лорда Амброза Маллистера, отца Джейсона Маллистера. Тигетт расспрашивал меня об участии в Битве при Колоколах и сражении на Трезубце. Когда я честно ответил на все вопросы, он, воодушевившись, предложил мне дружеский поединок. Я же улучил момент, чтобы вскользь спросить Мирру о лесных ведьмах и межевых магах в окрестностях Ланниспорта. Боковым зрением я заметил, как Серсея на мгновение напряглась, но куда больше меня удивило то, что улыбка Мирры на миг угасла. Бросив быстрый взгляд на Серсею, она ответила, что вблизи Ланниспорта такие люди благоразумно предпочитают не показываться.
Вскоре ужин подошёл к концу. Я и остальные гости поблагодарили хозяев и распрощались. Покидая замок вместе с семьёй Харрольда, я сердечно попрощался с будущим тестем и обменялся кивком взаимного уважения с Бертоном — малец явно смягчился ко мне, услышав о моих ратных подвигах. Взяв руку Мирры, я запечатлел поцелуй на её пальцах и пожелал доброй ночи; наградой мне стал очаровательный румянец и сбивчивое ответное прощание.
В свои покои я возвращался в состоянии лёгкого подпития и абсолютной эйфории.
***
Красный замок, следующее утро
Я стоял в тронном зале. Справа от меня застыл мучимый похмельем Уайман, слева — взволнованная Мирра со своим отцом и братом. Тайвин официально объявил о двойной свадьбе, которая должна была состояться через год в Ланниспорте и на Утёсе Кастерли. То, что мы с Миррой стояли плечом к плечу ещё до начала заседания, уже вызывало любопытные взгляды и шёпот, но после слов Тайвина придворные и вовсе зашлись в неистовстве. Гул голосов заполнил зал: серьёзные обсуждения нового союза и его последствий перемежались замечаниями о том, как мило мы смотримся вместе, и ворчанием, что девице не пристало выходить за язычника.
Лорды Западных земель встретили провозглашение своего сюзерена искренними одобрительными возгласами. Реакция же домов Штормовых и Речных земель, Долины и Севера разделилась — одни приветствовали союз, другие взирали на него с явным неприязнью.
Особое внимание я уделил своим землякам-северянам. Лорды западного побережья, за исключением Флинтов с Кремнёвого Мыса, а также Мандерли, Дастины и добрая половина горных кланов во главе с Вуллами, встретили новость с радостью. В то же время Амберы, Карстарки, Болтоны и все три дома Флинтов — во главе с Первыми Флинтами, ведущими за собой остальную часть горцев — лишь обменивались хмурыми взглядами и недовольно ворчали. Остальные лорды Севера, казалось, ещё не определились со своим отношением.
Роберт громогласно расхохотался, похвалил выбор Тайвина и во всеуслышание заявил, что дом Баратеонов обязательно посетит торжество. Это заявление заставило многих южных дворян сменить гнев на милость, особенно среди штормовых лордов.
Я окинул взглядом членов Малого совета. Лишь Станнис, Мастер над кораблями, и великий мейстер Пицель выказали одобрение. Лорд Эстермонт, Мастер над шептунами, Джон Ройс, Мастер над законами, и Амброз Маллистер, Мастер над монетой, застыли с непроницаемыми лицами, обмениваясь расчетливыми взглядами. Сир Барристан, помилованный и сохранивший пост Лорда-командующего Королевской гвардии, хранил полное беспристрастие.
Пока придворные Красного замка осознавали реальность союза между домом Систарков и домом Ланнистеров, я просто улыбался, крепко сжимая руку Мирры.
***
Красный замок, 281 год от З.Э., восемь дней спустя
Дни, прошедшие с момента объявления о «Двойной свадьбе в Ланниспорте» — как уже успели окрестить предстоящее событие — превратились в изнурительный вихрь дел. Я ожидал всплеска интереса, пары дней сплетен, после которых двор неизбежно переключится на что-то иное. Но я не предполагал, что это известие обрушится на столицу подобно политическому землетрясению. Целую неделю мой союз и торговая сделка с Ланнистерами оставались единственной темой для разговоров, застав врасплох даже самых искушённых игроков в престолы. Мысль о том, что Ланнистеры — пусть даже и младшая ветвь — могут породниться с северным домом, за исключением разве что Старков, до моей помолвки казалась немыслимой. Теперь же многим пришлось заново оценивать не только дом Систарков, но и весь Север как серьезную силу. В глазах южных лордов я в одночасье превратился из мелкого северного дворянина с хорошей родословной и странными изобретениями в значимую фигуру, чьей новой козырной картой стал растущий Волчий Порт.
Мои будни теперь состояли либо из встреч с лордами для заключения торговых сделок, либо из того, что я про себя называл «свиданиями» с Миррой. Иногда мы устраивали «двойные свидания» в компании Станниса и Серсеи или Тигетта и Дарлессы.
По вестеросским меркам свидание — это время, которое недавно обрученная пара проводит вместе под строгим присмотром, чтобы лучше узнать друг друга. Мы с Миррой прогуливались по королевским садам, обсуждая всё на свете, или встречались в богороще, где я наставлял её в тонкостях северных свадебных обрядов, ведь ей предстояло пройти через ту же церемонию в Замке Варга. Но больше всего придворных сбивало с толку то, что мы часами просиживали в королевской библиотеке, бок о бок погружённые в чтение.
Она читала «Любовь королевы Нимерии» мейстера Люцифера, а я пролистывал копию «Девяти плаваний» мейстера Матиса, размышляя о запутанной природе здешних времён года. Весна и осень были понятны — они длились всего по году, но лето и зима могли тянуться от года до нескольких лет. Мало того, я помнил по книгам о «Ложной весне 281 года» в разгар трехлетней зимы, но воспоминания Хьюго противоречили этому: в его памяти осталась «Ложная весна 279 года», а настоящая весна наступила в первые луны нынешнего года, а не в 283-м. От раздумий меня отвлек лёгкий толчок в плечо.
— Кажется, тебе пора на встречу с лордом Крейкхоллом, сиром Свифтом и лордом Серреттом, — прошептала Мирра с лукавой ухмылкой.
Я огляделся и по длине теней понял, что полдень уже близок. Поблагодарив её, я поднялся, чтобы вернуть книгу на место, но прежде быстро поцеловал Мирру в щеку. Она мгновенно залилась краской под восторженный шёпот и хихиканье наблюдающих фрейлин и суровый, осуждающий взгляд нашей септы-дуэньи. Не обращая на них внимания, я поставил фолиант на полку и вышел. Публичное проявление чувств в Вестеросе порицалось, и не будь мы помолвлены, даже такой невинный жест обернулся бы грандиозным скандалом, а не просто сочной сплетней для любителей пересудов.
Шагая по коридорам Красного замка, я думал о том, сколько времени отнимают встречи с лордами — в основном с Запада и из Речных земель, хотя попадались и представители Долины, Королевских и Штормовых земель. Я не придал большого значения тому, что слухи о моей сделке с Ланнистерами разлетелись повсюду, но, очевидно, торговые соглашения с взаимным снижением пошлин были в Вестеросе редкостью. Это вызвало настоящую лавину предложений. Особенно после того, как новый Мастер над монетой, лорд Амброз Маллистер из Сигарда, договорился со мной о поставках пушнины и янтаря в обмен на железо, добываемое близ Старых Камней. Мы сошлись на снижении пошлин в Волчьем Порту для кораблей Маллистеров до двадцати пяти процентов в обмен на поставки зерна в зимний период.
http://tl.rulate.ru/book/160607/10820071
Готово:
