***
Я обмозговал услышанное. Похоже, лихорадка и беспамятство наступили как раз в тот миг, когда моя душа скользнула в это тело и... слилась с душой Хьюго, если можно так выразиться.
— Что произошло после битвы? — спросил я, пытаясь выудить из памяти книжные и экранные образы того, что последовало за разгромом на Трезубце.
— Когда ты лишился чувств, я сумел вытащить тебя из той свалки. К тому времени всё уже закончилось: лорд Роберт Баратеон убил принца Рейгара. Лорд Старк приказал собрать павших, чтобы увезти их кости на Север. Твой отец тоже среди них, — Уайман на мгновение умолк. — Два дня назад лорд Эддард и мой отец собрали всех оставшихся всадников наших домов и вместе с авангардом Баратеона двинулись на Королевскую Гавань. Львы наконец-то соизволили примкнуть к нам и тоже маршируют к столице, но лорд Старк почему-то хочет опередить их.
— Скорее всего, они не хотят, чтобы Тайвин Ланнистер пришел первым и разграбил город, который мы должны освободить от Таргариенов, — ответил я рассеянно.
Мысли мои неслись вскачь.
— Хм. Наверное, в этом есть смысл, — буркнул кузен.
Чужие воспоминания подсказывали: несмотря на то что Уайман был на год старше меня, считался отличным моряком и талантливым бойцом, в вопросах политики он соображал туго.
«Наверное, поэтому я и сделал его своим адмиралом в игре. Ну и еще из-за черты "Удовлетворённый"», — усмехнулся я про себя, а затем снова вернулся к грядущим событиям канона.
«Разграбление Королевской Гавани, смерть Эйриса от руки Джейме Ланнистера, убийство Элии Мартелл и её детей, гибель Лианны Старк... Черт, сколько же всего произойдет за такой короткий срок. А я слишком слаб и нахожусь слишком далеко, чтобы хоть на что-то повлиять. Но что еще важнее...»
— Что нам делать теперь? — последнюю фразу я произнес вслух.
— Наш будущий король Роберт тоже был ранен, но уже достаточно оправился, чтобы ехать. Мы выступаем на Королевскую Гавань через несколько часов, но сперва я приведу мейстера — пусть посмотрит, выдержишь ли ты дорогу.
Уайман повернулся, собираясь уйти.
— Погоди! — остановил я его. — Раз уж ты всё равно уходишь, распорядись, чтобы мне принесли воды и чего-нибудь поесть.
— Сделаю.
Он лениво махнул рукой и скрылся за пологом.
Через несколько минут вошли двое слуг: один нес поднос с яичницей, сосисками и хлебом, другой — кувшин воды. Я поблагодарил их и принялся жадно поглощать еду, не обращая внимания на странные взгляды, которыми они обменивались, прежде чем выйти.
Едва я расправился с завтраком и осушил кувшин, в шатер вошел тучный мужчина средних лет с проседью в коротких волосах. Я даже не стал запоминать его имя, когда он представлялся, позволив ему провести вестеросское подобие осмотра. Убедившись, что жар спал, мейстер подтвердил: я здоров, однако настоял на том, чтобы во время похода я избегал нагрузок из-за недавней травмы головы. Я поблагодарил его, и он удалился.
Натягивая одежду и готовясь к выступлению, я думал лишь об одном: что, черт возьми, мне делать, когда я окажусь в Королевской Гавани?
***
На пути к Королевской Гавани, 281 г. от З.Э.
Путь от места, которое теперь называли Рубиновым бродом, до столицы занимает около восьми дней. Теперь я знал это наверняка, поскольку шел уже пятый день нашего марша. Мы находились близ Оленьих Рогов — родового гнезда недавно присягнувшего нам Дома Баквеллов; это была ровно середина пути. Четыре дня в седле, в медленном темпе пешего ополчения, дали мне массу времени для раздумий.
Прежде всего я пытался понять, в какой именно версии Вестероса очутился — книжной или сериальной? Судя по цветам знамен, здесь смешалось и то и другое. У Старков (а следовательно, и на моем гербе) красовался бегущий лютоволк из книг, зато у Болтонов был ободранный человек в красно-бело-синих тонах из сериала. Да и сам 281-й год указывал на хронологию телеадаптации.
Следом возникла другая мысль:
«Подождите. Если я из Дома, который сам же создал для мода к CK3, то доступны ли мне консольные команды?»
Я проверил это, поочередно произнося вслух — разумеется, когда оставался один — слова вроде «меню», «статус» или «консоль». Ничего не произошло. Видимо, читерских способностей у меня не было.
Впрочем, это не могло помешать мне менять канон. Я прибуду в Королевскую Гавань одновременно с Робертом Баратеоном — а значит, к тому времени Тайвин Ланнистер уже разграбит город и убьет Элию с детьми.
«Этого уже не исправить. Но, возможно, я способен на что-то другое...»
Я сидел в шатре, вертя в руках нечто похожее на круглую деревянную коробочку для пудры. Быть лордом удобно: пока ты занят, другие люди могут доставать для тебя всё необходимое, чтобы ты мог примерить на себя роль Макгайвера. Мои размышления прервал кузен, вошедший в шатер с явными признаками тяжелого похмелья.
— Вижу, ты вчера неплохо повеселился, — заметил я, специально повысив голос.
Уайман болезненно поморщился, и я не сдержал смешка.
— Ну да... ты бы тоже веселился, если бы не сбежал так рано, — проворчал он, а затем его взгляд упал на предмет в моих руках. — Это еще что?
— Причина, по которой я ушел пораньше. Твой слуга Дагвелл наконец притащил мне последнюю деталь.
Я протянул ему коробочку. Кузен открыл её и увидел внутри два маленьких гвоздика: один, выкрашенный в красный цвет, указывал на выход из шатра и был закреплен на странном куске металла в центре.
— Пройдись по шатру и скажи, замечаешь ли что-нибудь необычное в красном гвоздике.
Уайман послушно начал медленно обходить помещение. Я хмыкнул, заметив, как он прибавил шагу, не сводя расширенных глаз с гвоздя.
— Он всегда смотрит в одну сторону! — кузен обернулся ко мне, задыхаясь от изумления. — Что это за магия такая?
Я закатил глаза.
— Никакой магии, всё дело в липком камне.
«Липкий камень» — так на Севере называли магнетит. Дагвелл ухитрился купить его у лесной ведьмы. Судя по памяти Хьюго, северяне знали о существовании такого металла, но считали его бесполезным — мол, железо из него получается хрупким, поэтому его не добывали и не искали. Лишь на Мысе Морского Дракона, благодаря залежам у деревни Флэтмайр к югу от Замка Варга, магнетит был известен чуть шире — из него делали игрушки и безделушки.
— Из-за липкого камня красный гвоздь всегда указывает на север. Так ты всегда будешь знать, куда идешь!
Глаза Уаймана округлились еще сильнее, когда он осознал масштаб открытия.
— Представь, если бы у наших капитанов была такая штука! Они могли бы ходить по морю как им вздумается, не боясь потерять берег из виду или не разглядеть солнце и звезды! Это же даст нам преимущество над всеми этими железнорожденными ублюдками! — голос его дрожал от возбуждения.
— Именно в этом и план. Снабдим такими штуками каждого капитана Закатного флота, и мы наконец-то сможем биться с кальмарами в открытом море на равных!
Закатный флот — эскадра из двадцати пяти боевых галер, принадлежащая Дому Систарков, — был самым значимым изменением, которое наше существование привнесло в облик Севера. В оригинальном каноне западное побережье было бедным, суровым краем с редким населением, страдающим от постоянных набегов железнорожденных и редких вылазок одичалых. Появление Систарков и их флота изменило ситуацию... до некоторой степени.
Наших сил как раз хватало, чтобы защитить Мыс Морского Дракона и Каменный берег. Действуя заодно с флотом Мормонтов — это еще десять галер, — мы оберегали Медвежий остров, земли Гловеров и горных кланов. Благодаря этому край стал чуть богаче, а Мыс Морского Дракона — заметно многолюднее, чем в каноне. Не повезло только Мысу Кракена: эти бедолаги жили слишком далеко, флота на всех не хватало, и им доставалось вдвойне от железнорожденных, которые в бессильной ярости срывались на них за невозможность грабить остальной Север. Так что им сейчас, пожалуй, жилось даже хуже, чем в оригинальной истории.
http://tl.rulate.ru/book/160607/10761361
Готово:
