Глава 14
— Это же… — Крэкл на мгновение прислушался. — Да! Это моя любимая песня! Сара, не удостоишь меня танцем?
Сара хихикнула. — Крэкл-сан, все мы знаем, что ты не умеешь танцевать. Однако она всё же взяла его за руку, позволяя увести себя на танцпол. Глядя на их выходки, я с усмешкой покачал головой и сделал глоток.
Песня закончилась, и они вернулись. В этот раз заиграла более медленная мелодия.
«Раз, два, три», — несколько раз мысленно посчитал я. — А вот и… Таретто уже кружился на танцполе с квартирмейстером с базы. Этот человек обожал вальсы.
Сара и Крэкл продолжали болтать и отпускать шуточки по поводу ужасных танцевальных способностей Крэкла. Я улыбнулся и продолжил пить. Было приятно видеть, как быстро они приходят в себя. Впрочем, эти двое пережили со мной уже четыре и пять походов соответственно. Редкое достижение, сравнимое лишь с успехами лейтенанта Таретто, Куки и Сая.
Мелодия снова сменилась, и Сара бросила на меня выжидающий взгляд.
— Бессемер-сама, — произнесла она после нескольких секунд моего молчания.
— Да, энсин? — ответил я, намеренно не глядя на неё.
— Вы не собираетесь присоединиться? — спросила она, кивнув на танцпол, где начинался линейный танец.
Я пожал плечами. — Вы приглашаете меня на танец, энсин Кальдерия? Какая самонадеянность, но, полагаю, можно. Только один раз.
Сара улыбнулась и последовала за мной на танцпол. Примерно в тот момент, когда я перестал неуклюже дёргаться и начал попадать в ритм танца, песня закончилась. Надо отдать должное, группа сегодня играла довольно хорошо.
Я проводил Сару до столика и сделал короткую остановку у бара. Когда я вернулся, в руках у меня была бутылка самого дешёвого саке, какое только удалось найти, и пять чашечек-тёко.
— Перекличка! — выкрикнул я, ставя их на стол. — Лейтенант Таретто, провести перекличку! Звуки вокруг стихли, пока новички наблюдали за моей маленькой традицией.
— Так точно, сэр! — ответил он, щёлкнув салютом и вытащив книжечку из переднего кармана. — Капитан Александер Бессемер, «Красный Рыцарь»?
— Здесь!
— Лейтенант-коммандер Зес «Шесть выстрелов» Пистоле. Наступила секундная тишина. — Лейтенант Кайтен Таретто. Присутствует. И так он продолжил зачитывать список. После каждого отсутствующего имени следовала пауза, и некоторые из других офицеров поднимали бокалы в память о своих павших товарищах.
Он дошёл до конца. — Сэр, перекличка проведена. Присутствуют только четыре офицера. Остальные закончили свою последнюю вахту.
— Вас понял, лейтенант Таретто.
Я налил по порции в каждую чашечку-тёко. Взяв одну, я поднял её. — За наших павших друзей!
— Пусть небеса примут их как родных!
Вторая порция.
— За наших врагов!
— Да заберёт их дьявол в преисподнюю!
Третья.
— За тех, кто ещё здесь!
— Да будем мы жить вечно!
Четвёртая.
— А когда мы встретим свой конец!
— Расскажите всем, какой ад мы им устроили!
Мы осушили последнюю стопку в этой маленькой традиции, которую я завёл в память о павших и живых из моего экипажа. Это была простая церемония, но она давала ощущение завершённости. Мгновение, чтобы осознать смертность самих себя, наших товарищей и даже наших врагов. После тоста мы начали рассказывать истории о павших. Некоторые другие посетители бара тоже делились своими рассказами. Историями о неловких моментах во время обучения или о том, как они росли вместе.
Я покинул бар походкой, в которой уверенности было куда меньше, чем шатания. Прохладный бриз, дувший с залива, нёс меня домой, на «Памлико». Я поднялся на борт, отдал честь вахтенному и уже направлялся в каюту капитана, когда услышал всхлипывания.
Я нахмурился. Звук не исчез, и я пошёл на него. Перед рядом коек сидел матрос, прижимая ногами к груди подушку, и плакал. Точнее, он плакал перед пустым местом, где должен был стоять матросский сундук.
Я скользнул в помещение. Поскольку я всё ещё был в большей части своей брони, он меня услышал.
— Капитан! — воскликнул он. Он попытался вскочить. Попытался скрыть слёзы. Попытался нацепить на себя храброе выражение лица, принимая стойку «смирно».
— Вольно, дозорный, — сказал я, садясь на пол. — Можешь сесть.
Матрос Сосбенни, как гласила нашивка с его именем, мгновение колебался, но подчинился. В его глазах всё ещё стояли слёзы, и я увидел зажатое в его руках письмо. Я позволил тишине повиснуть в воздухе, давая ему шанс заговорить первым.
Он молчал.
— Это твоё письмо или… — я махнул рукой в сторону отсутствующего сундука.
— Это матроса Гуала. И письмо, и сундук. Он погиб во время той последней атаки. Он был моим лучшим другом. Мы оба родом из… С этими словами плотину прорвало, и он выплеснул всё о себе и матросе Гуале. О детстве, проведённом вместе на Острове Пыхтящего Облака. Об их решении пойти на службу. О суровых тренировках. О том, как они переживали, что недостаточно хороши для моего экипажа из-за слухов обо мне.
Всё, вплоть до того момента, когда его друг оказался рядом с коммандером Пистоле, когда они пытались выручить Гусаров.
— Он дал мне это письмо тем утром. Сказал, раз я остаюсь на корабле у орудий, лучше пусть оно будет у меня. На всякий случай. Я знаю, что должен был отправить его по почте, но я не хочу, чтобы его мать просто так получила от него письмо. Он был её единственным ребёнком, — сказал матрос Сосбенни, заливаясь слезами.
Я положил руку ему на плечо и притянул к себе, обнимая. Тут его окончательно прорвало. Я поддерживаю в своём экипаже строгую дисциплину. Я обязан это делать, учитывая, что одной из моих задач были внезапные инспекции отдалённых баз. Когда коррумпированные дозорные могут попытаться ударить меня в спину, я должен знать, что мой экипаж меня прикроет. Жёсткая дисциплина. Отобранные вручную офицеры. Культура, уникальная для «Памлико». Вот что мне необходимо для выполнения подобных задач.
Но это не значит, что я бессердечный человек. Я знал, каково это — терять людей. Знал слишком хорошо. Я долго держал матроса Сосбенни в объятиях, пока он свыкался со своей участью выжившего. В конце концов, он отключился, прислонившись к моей броне, и я уложил его на койку.
Время притупило хватку алкоголя, но я всё равно едва не разбудил его, ударив головой о койку. Оставив его крепко спать, я пошёл в свою каюту, написал заметку проверить его личное дело на предмет перевода домой и отключился в своей кровати.
***
Три дня спустя
Я чувствовал себя превосходно после бодрящей тренировки с младшими офицерами «Памлико». Пока они тащились на корабль, чтобы принять душ, переодеться и заняться бумажной работой, я решил провести немного времени вдали от моей девочки.
Ничего личного, конечно. Просто нужно было время для себя. Я быстро ополоснулся и переоделся в душевой казармы, не обращая внимания на взгляды, которые бросали на мои самые примечательные шрамы проходившие мимо. Я надел гражданскую одежду, поскольку броня осталась на корабле, и пружинистым шагом пошёл по городу.
Хотя броня не была особенно громоздкой благодаря почти двум десятилетиям усовершенствования и без того неплохой конструкции, она была и не самой лёгкой. Поэтому в те редкие моменты, когда я её не носил, я склонен был вкладывать в свои шаги слишком много усилий.
Нет, я не подпрыгиваю. У меня просто пружинистая походка.
В настроении перекусить я отправился на поиски еды. Ничто не привлекало моего внимания, пока я не наткнулся на пару конкурирующих пиццерий. На одной стороне улицы была «Изумительная пицца Марио». На другой — «Любимая пицца Луиджи». Часть меня удивлялась, как я раньше этого не замечал.
Посреди улицы стоял ряд столов, заставленных самыми разными пиццами. Во главе всего этого располагался стол с двумя судьями и свободным стулом. На улице собрались люди, поедающие пиццу. Пары, подростки, дети. «Ого, как много детей».
— Что здесь происходит? — спросил я у стоявшего рядом мужчины.
— У Марио и Луиджи ежегодный конкурс пиццы. Марио обычно выигрывает, но Луиджи за все эти годы ни разу не отступил. Проблема в том, что им нужен ещё один судья, чтобы начать, — сказал он.
Женщина рядом с ним посмотрела на меня. — Почему бы вам не вызваться добровольцем? Все мы здесь — постоянные клиенты Марио или Луиджи. Я вас раньше здесь не видела, так что вы могли бы подойти. Двое других — это какой-то капитан флейта и наследница в увеселительном круизе. Последним должен был быть какой-то дозорный, но его, видимо, отправили в патруль после того, как он переспал с дочерью мэра.
http://tl.rulate.ru/book/160481/10885887
Готово:
