Са Нён переоделась, но не стала менять причёску. Старшая придворная дама На сказала, что хэдангё ей очень идёт.
Его Императорское Величество сказал то же самое.
Когда она поднялась после поклона, взгляд Его Императорского Величества надолго задержался на ней. Са Нён от природы была осторожной и осмотрительной. Но сегодня она была на удивление смелой: подняв голову, она осмелилась встретиться с императором взглядом.
Взгляд Его Императорского Величества, устремлённый на Са Нён, был очень нежным. Словно он смотрел на прекрасный цветок, равного которому не найти во всём мире.
Он жестом пригласил её подойти. Когда Са Нён приблизилась, Его Императорское Величество протянул руку и поправил её жемчужную шпильку.
На самом деле это был пустяковый жест. Она уже несколько раз была на ночном служении. Только что рука императора даже не коснулась её кожи. Но Са Нён покраснела. Почему-то это движение и выражение его лица тронули её сердце гораздо сильнее, чем во время ночного служения.
После полудня солнце скрылось за грозовыми тучами. Однако, несмотря на отсутствие солнечных лучей, прохладнее не стало. Напротив, стало ещё душнее и жарче. Пока она стояла, всё её тело покрылось потом. Капли пота выступили на коже, вызывая раздражение, и зуд распространился от позвоночника по всему телу.
— Кажется, скоро хлынет ливень.
Его Императорскому Величеству тоже было жарко. Он жестом велел Са Нён подойти ближе. Са Нён замешкалась и лишь через мгновение поняла его намерение. Она быстро взяла полотенце у слуги и вытерла пот Его Императорского Величества.
— Подай ужин в беседке Ангёджон. Там у воды, должно быть, прохладнее.
Его Императорское Величество отдал распоряжение Гун-гуну Пэку и посмотрел на Са Нён.
— Если хочешь чего-нибудь поесть, распорядись на дворцовой кухне. Пусть приготовят вместе с остальным.
На самом деле ей следовало сказать, что ничего больше не нужно. Она не могла позволить Его Императорскому Величеству утвердиться в мысли, что она «обжора».
Однако у него, должно быть, и так уже сложилось о ней немало предубеждений. В прошлый раз, когда она занималась искусством каллиграфии, он смеялся над ней полдня. Одним блюдом больше, одним меньше — погоды это уже не сделает.
— Я бы хотела суп из восковой тыквы.
Если бы Его Императорское Величество не позвал её, она бы именно его и съела. Изначально она думала, что все планы рухнули и супа ей не видать, но, похоже, сегодня ей было на роду написано всё же отведать суп из восковой тыквы, пусть и таким окольным путём.
— И это всё?
Спросил Его Императорское Величество. Са Нён уже махнула на всё рукой. Раз уж заказала одно, то нет никакой разницы, будет ли одно блюдо или два.
— Тогда я также съем тушёные побеги бамбука.
Гун-гун Пэк ответил, что всё понял, и удалился.
Это был лишь второй раз, когда он видел женщину, ведущую себя столь искренне перед императором.
Первой была Чопё Чжин. О её своенравном характере знали во всём дворце. Никто уже не удивлялся её выходкам. Гун-гун Пэк тоже слышал эту историю. Миин Ян устроила любование цветами, но не пригласила Чопё Чжин. Узнав, что туда пришла Чжэин Са, Чопё Чжин специально примчалась туда, наговорила дерзостей, а напоследок вдребезги разбила горшок с китайской бегонией, который так любила Миин Ян.
Вторым человеком была Чжэин Са. Она оказалась совсем не такой, какой выглядела. С виду Чжэин Са казалась мягкой, покладистой и кроткой. Однако её слова и поступки были чередой сплошных неожиданностей.
Его Императорское Величество не стал вызывать императорский паланкин. Переодевшись в одежду из тонкой конопли, он неспешно направился вместе с Са Нён в сторону моста Ангёкё.
— Погода в столице Кёнсон всегда такая. К тому же Внутренний город и Запретный дворец расположены в низине, поэтому в седьмом и восьмом месяцах здесь становится невыносимо влажно и жарко. Так будет продолжаться до конца Праздника середины осени. Привыкла ли ты к жизни во дворце?
Са Нён осторожно следовала за Его Императорским Величеством. Нельзя было идти слишком медленно, ведь император не должен был останавливаться и ждать её. Но и слишком быстро идти было нельзя. Нужно было соблюдать идеальную дистанцию — ровно на шаг позади Его Императорского Величества.
— Всё в порядке. Ваша слуга, стоит ей уснуть, не замечает жары и спит до самого рассвета.
Его Императорское Величество остановился и посмотрел на неё с улыбкой. Его смех был искренним и приятным. Посмеявшись, он снова зашагал вперёд.
Са Нён не понимала. Вроде бы она не сказала ничего особенного. Почему он смеётся? Мало того что она обжора, так теперь ещё и соня? Почему Его Императорское Величество вечно находит в ней только недостатки? Ведь у неё тоже было много достоинств. Например…
Ну, например…
Са Нён долго раздумывала про себя, но так и не смогла найти ни одного достоинства, которым стоило бы похвалиться.
Говорят, существует четыре добродетели: женская добродетель, речь, внешность и рукоделие. Она не смела утверждать, что её добродетель превосходит чужую. Слава о кротости и добродетели не подходила скромной Чжэин. Что касается речи, она и сама понимала, что не слишком красноречива. Даже когда она приветствовала гостей, малейшая ошибка — и атмосфера становилась ледяной.
В своей внешности она была хоть немного уверена, но во дворце было множество красавиц гораздо великолепнее неё. Рукоделие было тем, в чём Са Нён чувствовала себя слабее всего. У неё совершенно не было таланта к шитью и подобным вещам. От природы её руки были неловкими.
Беседка Ангёджон была очень просторной и стояла на холме у воды. Окна со всех четырёх сторон были распахнуты. Если посмотреть вниз на воду, то прямо под окнами озеро было заполнено изумрудно-зелёными листьями лотоса. Лотосы были в самом цвету. Один цветок распустился совсем рядом с беседкой, размером с небольшой таз.
Определённо здесь было гораздо прохладнее, чем в других местах. Са Нён даже увидела пролетавшую мимо птицу. За листьями лотоса было трудно разобрать, утка это или мандаринка.
— Пейзаж словно с картины. Нужно приходить сюда почаще, когда буду свободен.
Его Императорское Величество подошёл к ней сзади и, вытянув обе руки, опёрся о оконную раму. Са Нён оказалась в позе, напоминающей объятия, что заставило её почувствовать себя крайне неловко.
Раньше она не замечала, но Его Императорское Величество был намного выше неё. Са Нён едва доставала ему до плеча. Даже если в будущем она немного подрастёт, вряд ли станет выше Его Императорского Величества.
Даже если считать рост вместе с пучком, чтобы догнать Его Императорское Величество, ей пришлось бы делать причёску нысогё, которая была бы не меньше полфута высотой. Но такая причёска слишком велика. У Са Нён были густые и длинные волосы, но для нысогё ей всё равно пришлось бы использовать парик качхэ.
Его Императорскому Величеству стоило лишь слегка опустить голову, чтобы увидеть Са Нён, покорно склонившуюся перед ним. Её затылок, словно припудренный, сиял, а мягкий изгиб напоминал заснеженный горный хребет. Нет, горы не бывают такими мягкими. У них всегда суровый остов. Сказать, что он похож на извилистую реку — тоже не совсем верно, в этом было что-то более возвышенное.
— О чём ты думаешь?
Спросил Его Императорское Величество, и его дыхание коснулось её затылка. Са Нён, подавив в себе импульс втянуть голову и уклониться, честно ответила:
— Я думала о причёске нысогё.
— Нысогё?
Император, считавший себя мудрым, выдающимся и способным на всё в этом мире, столкнулся с областью, в которой совершенно ничего не смыслил. Думать о том, как расчёсывать волосы, глядя на изысканные лотосы в озере? Поистине, женская душа — потёмки.
После вопроса Его Императорского Величества Са Нён ничего не оставалось, кроме как постараться всё объяснить.
— Если высоко уложить нысогё, она будет больше фута высотой, а если украсить её драгоценностями или жемчужными шпильками, она будет выглядеть ещё роскошнее.
Она протянула руку и показала над своей головой.
— Поскольку Ваша слуга невысокого роста, я подумала, что если буду стоять рядом с Вашим Императорским Величеством с высокой причёской, то буду смотреться гармоничнее.
Его Императорское Величество на мгновение опешил, а затем, опираясь на оконную раму, расхохотался. За последние несколько дней он ни разу не смеялся так от души. На сердце у него стало очень легко.
Право слово, он впервые в жизни слышал нечто подобное. Он поступил правильно, позвав её. Рядом с Са Нён он чувствовал себя необычайно комфортно и свободно.
— Твой рост…
Его Императорское Величество запнулся и снова рассмеялся. Совесть не позволяла ему сказать, что Са Нён высокая.
Са Нён не была коротышкой, но всё зависело от того, с кем сравнивать. По сравнению с Младшей наложницей Сон, Соён И или Чопё Чжин, Са Нён им ничуть не уступала. Но рядом с Его Императорским Величеством ей определённо было нечем похвастаться. Он слегка кашлянул, стараясь сдержать смех.
— Твой рост не такой уж маленький, а причёска нысогё была бы слишком тяжёлой. С такой головой ты даже не смогла бы её поднять под такой тяжестью. Твоя сегодняшняя причёска очень хороша. Она мягкая и изящная, она тебе очень идёт.
Был ли это комплимент? Однако Са Нён почему-то совсем не почувствовала радости.
http://tl.rulate.ru/book/159095/9810705
Готово:
