Глава 20. «Гениальный» разведчик
Камидай был уверен, что его песенка спета. Когда он осознал, что мог выболтать свою тайну в полусне, сердце его едва не выскочило из груди. Но когда Минато и остальные заявили, что ничего не слышали, юноша выдохнул с таким облегчением, что едва не сдул палатку.
«Пронесло... — подумал он, вытирая пот со лба. — Больше никакого глубокого сна. Нужно быть начеку, а то так и до эшафота недалеко».
Нацепив на лицо самую фальшивую, но широкую улыбку, на какую был способен, Камидай затараторил:
— Ой, да я просто так разволновался! Представляете, скоро увижу Коноху, самого Хокаге-саму! Я так ждал этого момента, так мечтал послужить Листу! Прямо не терпится начать приносить пользу обществу!
У Какаши и остальных едва глаза не вылезли из орбит от такой наглой лжи. Теперь они в полной мере осознали, почему Минато-сенсей просил их подыгрывать этому «актеру». Если бы они сейчас выдали правду, Камидай, вероятно, просто скончался бы от стыда или страха прямо на месте.
— Раз ты так воодушевлен, не будем терять времени, — Минато лучезарно улыбнулся. — Собирайся, мы выступаем.
...
Прошло три дня.
Ниндзя-ястреб Камидая наконец достиг Сунагакуре. Третий Казекаге, приняв свиток, углубился в чтение. Узнав, что в Стране Реки находится сам Желтая Молния, он не на шутку удивился. Теперь стало ясно, почему караваны, торговавшие с Ивагакуре, бесследно исчезли. Видимо, Минато Намикадзе перехватил грузы. Досадно, но не смертельно.
Однако новости от Камидая заставили Казекаге довольно хмыкнуть. Агент сообщал, что Минато проникся к нему доверием и даже рекомендовал Третьему Хокаге.
— А я ведь посылал его просто на удачу, — пробормотал Казекаге, и на его суровом лице появилось подобие улыбки. — Кто бы мог подумать, что у Камидая такой талант к шпионажу? Он прирожденный разведчик. Если Сарутоби Хирузен примет его, он станет занозой в самом сердце Конохи, которую невозможно будет извлечь.
Казекаге представил, как тяжело приходится парню в тылу врага. Первая миссия — и сразу такая ответственность. Он решил подбодрить своего «героя». Быстро набросав ответ, он прикрепил его к лапе ястреба и отправил птицу обратно.
...
Шел шестой день пути с тех пор, как группа покинула лагерь. Они уже пересекли границу Страны Огня и приближались к Конохе. Камидай вел себя тише воды, ниже травы, послушно следуя за Минато.
За всё это время ученики Желтой Молнии почти не разговаривали с ним. Для Какаши и остальных он оставался врагом, шпионом, и они боялись сорваться и выдать себя. Лишь Минато время от времени заводил непринужденные беседы. Правда, в какой-то момент даже он начал осторожничать. Камидай несколько раз был в миллиметре от того, чтобы снова «саморазоблачиться».
Минато всерьез опасался за психику парня. «Если он поймет, что раскрыт, то точно сбежит. А где я еще найду такого... уникального агента? Он же на вес золота — шпион, который держит нас на прямой связи с главой вражеской деревни!»
Сам же Камидай пребывал в полной уверенности, что его маскировка безупречна. «Посмотрите, как Минато со мной любезен! — радовался он про себя. — Постоянно спрашивает, не проголодался ли я, не хочу ли отдохнуть. Золотой человек! Разве стал бы он так носиться со шпионом? Да он бы мне шею свернул при первой возможности. Значит, я гений конспирации!»
Наступила ночь. Группа остановилась на привал в густом лесу.
— До деревни осталось совсем немного, — объявил Минато. — Переночуем здесь, а завтра к полудню будем в Конохе.
Когда лагерь погрузился в сон, Минато, прислонившийся к стволу могучего дерева, внезапно открыл глаза. Он посмотрел на Камидая — тот, как обычно, храпел на весь лес. Затем Минато перевел взгляд на небо.
Секунда — и Желтая Молния исчез.
Ниндзя-ястреб, несший ответ Казекаге, уже почти достиг цели, когда мир для него снова погрузился во тьму. Минато, заранее поставивший на птицу метку, перехватил её без лишнего шума. Он развернул письмо и прочитал:
«Камидай, ты превзошел все мои ожидания. Раз ты идешь на встречу с Сарутоби Хирузеном, сделай всё, чтобы втереться к нему в доверие. Докладывай о каждом шаге. Твои мучения не будут долгими. Как только начнется война, мы ударим изнутри. Когда мы захватим секретные техники Конохи, твоя миссия завершится, и ты вернешься героем. Я верю в тебя».
Минато иронично вскинул бровь. Теперь цели Песка были ясны как день. Он достал письменные принадлежности и, аккуратно подтерев первую часть письма, вписал свои строки:
«Твои просьбы о возвращении отклонены. Как шиноби, ты обязан терпеть любые пытки и лишения. Твоя задача — любой ценой втереться в доверие к ниндзя Листа. Докладывай обо всем незамедлительно».
Закончив «редактирование», Минато вернул письмо ястребу и исчез, вернувшись на свое место у дерева.
Через полчаса ястреб пришел в себя. Птица была в полнейшем замешательстве. «Опять?! Да что со мной не так? Почему я постоянно отключаюсь рядом с этим парнем?» Ястреб окончательно убедился, что во всем виновата аура Камидая. Проклиная свою судьбу, птица спикировала вниз.
Камидай вздрогнул, когда почувствовал, что кто-то настойчиво клюет его в макушку. Увидев ястреба, он едва не запрыгал от радости:
— Наконец-то!
Ястреб посмотрел на него с нескрываемым презрением. Он звал хозяина уже минут пять, но тот спал как убитый. Пришлось идти на крайние меры.
Камидай воровато оглянулся. Минато и дети, казалось, крепко спали. Юноша на цыпочках отошел за толстое дерево и нетерпеливо сорвал печать со свитка.
В этот момент Какаши и Рин приоткрыли глаза и вопросительно посмотрели на Минато. Обито же, верный себе, продолжал сладко посапывать. Минато едва заметно покачал головой, давая понять: «Всё под контролем. Не мешайте ему работать».
http://tl.rulate.ru/book/159062/9837239
Готово:
