Нагайна улыбнулась:
— Сейчас я уже вполне довольна. Ничего страшного, мне некуда торопиться!
Лукас сказал:
— Но в твоей человеческой форме тебе, кажется, немного неудобно сопровождать меня.
Нагайна ответила:
— Это просто. После того как ты подавил проклятие крови, я поняла, что снова могу, как прежде, по своей воле принимать змеиную или человеческую форму!
Разве что человеческая форма действует лишь ограниченное время!
Лукас кивнул, не скрывая удивления. Он и не ожидал, что ей действительно удастся справиться с этим.
По правде говоря, ему даже было немного неловко перед Нагайной.
В конце концов, он ведь обращался с ней как с подопытной.
И именно в этот момент…
Следующую секунду Снейп уже увидел Нагайну.
Если честно, Лукас сам не успел заметить, как волшебная палочка оказалась в руке Снейпа.
В искусстве заклинаний, надо признать, Лукас всё же сильно уступал Снейпу.
Он тут же шагнул вперёд, заслоняя Нагайну собой.
— Профессор, это Нагайна! Моя змея!
Снейп нахмурился.
Через несколько минут.
У обеденного стола.
Снейп бросил короткий взгляд на Нагайну, которая осторожно отрезала кусочки стейка и ела их чуть заметными движениями.
— Значит, по-твоему, она Маледиктус? — Произнёс он.
Лукас кивнул:
— Да, профессор. Вы ведь, наверное, её знаете! В те времена, когда существовали Святые, она была довольно известна.
Снейп подтвердил:
— Да, она действительно была известна.
Он медленно провёл пальцем по подбородку.
Во взгляде, обращённом на Нагайну, промелькнуло явное любопытство.
Лукас поспешил добавить:
— Профессор, профессор, проклятие крови в теле Нагайны – мой исследовательский проект! Я сам займусь им!
Снейп хмыкнул:
— Я в курсе. Доешь. Завтра пойдём на Косой переулок – пока я не загрузился работой, нужно купить тебе всё необходимое.
Лукас коротко отозвался:
— Ага.
Ядовитый Язык, упрямый на словах, прожил с ним под одной крышей десять лет – Лукас понимал Снейпа как никто другой.
Каждый раз, когда Снейп принимал такое выражение лица, это означало лишь одно – его что-то заинтересовало до глубины души.
Последний раз он выглядел так накануне, когда работал над усовершенствованием Волчьего противоядия.
Тогда он заметил одного тёмного волшебника‑оборотня. Впоследствии тот бедняга был препарирован.
Методы – до ужаса жестокие!
Даже закалённого Лукаса потом долго мучил приступ рвоты.
Если бы он сейчас не сказал Снейпу о своём исследовании, тот бы, пожалуй, и Нагайну пустил под скальпель.
Он был способен на это. Без всякого преувеличения.
После ужина Лукас поднялся в свою комнату.
Нагайна сидела у стола и рассматривала фотоальбом, оставленный на его письменном столе.
— Хм… Маленький Лукас, эти фотографии – все сделаны в Хогвартсе? — Спросила она с лёгкой улыбкой.
— Да. Я ведь вырос там. Провёл в Хогвартсе десять лет. Для меня это самое знакомое место в мире.
Нагайна кивнула:
— Значит, Снейп усыновил тебя с детства?
— Угу. По его словам, он нашёл меня где‑то в глуши. Повезло, что я остался жив. Иначе бы замёрз насмерть, — усмехнулся Лукас.
Нагайна тихо хихикнула:
— Тебе действительно повезло. Но почему Снейп сказал, что завтра пойдёт с тобой за покупками? Разве ученики поступают в Хогвартс только в одиннадцать лет?
— Так ведь мне уже одиннадцать! — Ответил Лукас.
Но вдруг он замер, словно натолкнулся на невидимую стену.
Нагайна тоже обернулась, внимательно взглянув на него.
В следующую секунду Лукас понял нечто странное.
Он ведь попаданец – с самого пробуждения в этом мире помнил свою прошлую жизнь.
Он знал, что был усыновлён Снейпом.
И вот так, незаметно, прошли десять лет…
Но сейчас он одиннадцати лет. Тогда где же его воспоминания о годе между рождением и усыновлением?
Похоже, и Нагайна тоже ощутила неладное.
Она провела рядом с ним столько времени, слушая его рассказы, когда ему было скучно.
Она знала: Лукас отличается от других людей.
Он помнил события своей прошлой жизни.
И вот теперь – целый пустой период. Год, выпавший из памяти!
В комнате воцарилась тишина.
Лукас нахмурился.
Где тот год воспоминаний? Кто были его родители?
Неужели он переселился сюда душой?
Нет… Если бы это было простое переселение души, почему же тогда он всегда считал, что переродился?
Он действительно потерял год памяти? Или та часть воспоминаний просто не пробудилась?
Лукас резко вскочил с кровати.
— Нагайна! Пойдём со мной в Хогвартс!
Нагайна кивнула. Мгновение спустя её тело обвилось серебристым отблеском и стало извиваться – она вновь превратилась в змею и взобралась ему на плечо.
Спустившись вниз, Лукас крикнул:
— Профессор, я ненадолго вернусь в Хогвартс!
Не дожидаясь ответа, он почти бегом выскочил из дома.
Снейп, сидевший у камина с газетой, нахмурился, отложил чтение.
Немного подумав, он последовал за ним.
Лукас трансгрессировал прямо в Хогсмид, а оттуда устремился к замку Хогвартс.
Кроме преподавателей, лишь немногие могли так свободно входить и выходить из Хогвартса, как он.
Лукас без остановки направился к кабинету директора.
— Медовый грейпфрутовый чай!
После названного пароля дверь в кабинет Дамблдора распахнулась.
Сам Дамблдор встретил Лукаса с удивлённым выражением лица.
— Так вот, малыш Лукас, когда ты успел выучить пароль в мой кабинет?
— Профессор, мне нужно воспользоваться Омуто́м памяти! — Ответил Лукас, не колеблясь.
Дамблдор замер на секунду, затем мягко кивнул:
— Ты знаешь, как им пользоваться. Иди.
Лукас ничего больше не пояснял.
Он спешил, сердце гулко билось в груди.
Он стремительно вошёл в небольшую комнату сбоку от кабинета.
Перед ним стоял Омут памяти.
Лукас вынул волшебную палочку и коснулся ею виска.
— Извлечение памяти!
Из его виска вышел серебристый сгусток света, мерцая и изгибаясь, словно нить.
Он опустил палочку с этой нитью в Омут памяти.
Материя растеклась по поверхности, заполняя сосуд мягким сиянием.
Лукас наклонился и погрузил голову в жидкое серебро.
Снейп почти следом вошёл в кабинет Дамблдора.
Их взгляды встретились.
— Что происходит с малым Лукасом? — Тихо спросил Дамблдор.
Снейп покачал головой:
— Что он задумал?
— Он собирается использовать Омут памяти, — ответил Дамблдор.
Снейп нахмурился ещё сильнее:
— Омут памяти? Значит, что-то вспомнил?
Дамблдор задумчиво произнёс:
— Я видел его воспоминания. Значительная их часть недоступна для просмотра. Не знаю, каким образом это сделано, но явная преграда есть. Впрочем, на него самого это не влияет. Возможно, он сейчас обнаружил нечто важное.
Снейп глухо ответил:
— Не знаю.
— Тогда подождём, — сказал Дамблдор.
Тем временем Лукас, находясь внутри Омута памяти, один за другим просматривал кадры своей жизни с самого детства. Всё – и то, что он помнил, и то, что давно забыл, – вновь разворачивалось перед глазами.
http://tl.rulate.ru/book/158693/9720121
Готово:
