— Так вот, что ты имел в виду, Шимей?..
Губы главы клана Учиха едва заметно шевельнулись. В его темных глазах, обычно холодных и строгих, затеплилось понимание, а сложные чувства, которые он питал к юноше, стали еще глубже, окрашиваясь уважением.
Этот мальчишка до боли напоминал ему самого себя — того Фугаку, каким он был в далекой молодости.
Их роднила непоколебимая преданность Конохе; для обоих защита деревни стояла выше собственной жизни и амбиций.
Но была и существенная разница.
Сейчас, когда клан проклятых глаз балансировал на лезвии ножа, готовясь развязать кровопролитную войну с родной деревней, Шимей оставался непоколебимой скалой. Он твердо решил защищать мир и поклялся, что никогда не простит того, кто посмеет разрушить этот хрупкий покой!
Эта стальная, несокрушимая решимость, способная свернуть горы, глубоко тронула суровое сердце патриарха.
Тем временем в кабинете Хокаге царила совсем иная атмосфера.
— Шисуи... мертв? — маска вечного спокойствия, которую десятилетиями носил Сарутоби Хирузен, наконец, дала трещину. Лицо Профессора исказилось от искреннего потрясения. — Как такое возможно? Кто вообще мог убить Шисуи?!
— Во время Второй Мировой войны даже отряд элитных джонинов не мог задеть его и пальцем. Даже эксперты уровня Каге других деревень не удавалось загнать его в угол! Мы говорим о Шисуи Телесного Мерцания!
Для Бога Шиноби эта новость звучала абсурднее, чем если бы солнце вдруг взошло на западе!
Ведь это был гений клана Учиха!
— К сожалению, это правда, Хокаге-сама. Полиция Конохи уже подтвердила потерю.
Голос оперативника АНБУ, скрытого за фарфоровой маской, был тяжелым, в нем отчетливо слышался ужас. Он с трудом сглотнул подступивший к горлу ком.
— Согласно донесениям наших «кротов», если бы старейшина Яширо и другие не вступили в яростную перепалку, переворот мог начаться уже сегодня. И... разведка докладывает, что Учиха Шимей может быть причастен к гибели гения! Лидер клана удерживал его для долгого личного разговора.
Глаза докладчика наполнились страхом. Бойцы АНБУ, работавшие в тени, контактировали с кланом Учиха чаще других.
Во время войны абсолютное бесстрашие красноглазых и их безумная отвага на передовой потрясали воображение и вселяли трепет в сердца врагов!
Если Учиха были твоими соратниками, ты мог смело доверить им спину.
Но если этот клан становился врагом...
Тебе предстояло столкнуться с демонами, которые даже с того света утащат тебя в преисподнюю!
— Шимей? — Хирузен нахмурился, постукивая трубкой по столу. — Исключено. Будь он действительно виновен, Фугаку казнил бы его на месте, не позволив уйти живым. Скорее всего, мальчик знает истинную причину трагедии. С кем он контактировал в последнее время?
— С джонином Асумой и... Хьюгой Неджи из Побочной ветви.
Старик Сарутоби замер.
Асуму он понять мог. В конце концов, его сын обучался таинствам сендзюцу у этого юноши. Но причем здесь Хьюга?
Впрочем, времени на разгадки не было. Лицо Третьего отяжелело.
Как Хокаге, он слишком хорошо знал истинную натуру носителей шарингана.
Они никогда не боялись жертв. По правде говоря, в бою они напоминали безумцев из клана Кагуя Скрытого Тумана — бесстрашные маньяки войны, ищущие смерти!
Коноха ни в коем случае не могла позволить себе конфликт с ними! В мутных глазах старика вспыхнул тревожный огонек: если разразится гражданская война, полем битвы станет сама деревня.
Для Листа это будет куда разрушительнее, чем очередная Мировая Война Шиноби!
— Я лично встречусь с Фугаку.
Поразмыслив мгновение, Хирузен принял решение и резко поднялся с места.
— Шисуи тоже был членом АНБУ. Он погиб при крайне подозрительных обстоятельствах, и я не намерен спускать это на тормозах!
Но стоило ему направиться к выходу, как дверь распахнулась с оглушительным треском!
Пара зловещих, хищных глаз тут же встретилась с взглядом Хирузена!
Данзо?
— Хирузен! Доколе ты намерен терпеть эту заразу?! — единственный открытый глаз Шимуры Данзо сверкнул холодной яростью. — Шисуи мертв. Клан Учиха взведен как курок и готов выстрелить в любой момент. Лучший выход — нанести превентивный удар и уничтожить их под корень!
Он говорил спокойно, чеканя каждое слово.
Но от жестокости и безжалостности, сквозивших в его речи, даже у видавшего виды Хирузена по спине пробежал холодок.
— Данзо, ты хоть понимаешь, что несешь?!
Хокаге в гневе ударил ладонью по столу, отчего раздался громкий хлопок, заставивший бумаги подлететь в воздух.
— Они — шиноби Конохи! Это не враги на поле боя. Данзо, брось свои грязные интриги. Во время нападения Девятихвостого мне не следовало слушать твоих советов. Если бы я позволил Фугаку и его людям вмешаться, Четвертый Хокаге был бы жив!
Воспоминание об этом отозвалось острой, ноющей болью в старом сердце.
Минато... Единственный представитель нового поколения, по-настоящему достойный титула Тени Огня, погиб в хаосе той ночи.
Именно эта потеря развязала руки Данзо.
И именно поэтому некому было сдерживать растущее недовольство лидера военной полиции.
Можно сказать, что вся эта бесконечная цепочка проблем тянулась от смерти Желтой Молнии.
Будь Минато жив, с его политической проницательностью и хладнокровием, ничего подобного бы не случилось. Даже "Тьма Шиноби" сидел бы тише воды ниже травы под началом такого лидера, не смея совершать никаких безумств.
Хирузен невольно задался вопросом: как поступил бы его преемник, столкнись он с нынешней ситуацией?
Тот молодой человек, который с виду казался добродушным и слегка наивным, на деле обладал невероятно острым и ясным умом.
Возможно... он бы без колебаний убил Данзо, вечно создающего проблемы!
— И то верно... Хирузен, ты постарел.
В глазах лидера "Корня" сквозило ледяное безразличие, словно моральные терзания друга детства его вовсе не касались.
— Прежний, молодой Сарутоби Хирузен никогда бы не сказал подобного и не стал бы вечно цепляться за прошлое. Прими решительные меры, как Бог Шиноби, которым ты когда-то был! Стоит вырезать клан Учиха, и Коноха навсегда забудет о смуте!
Он наконец поднял голову и посмотрел прямо в лицо правителю деревни.
В его взгляде читались злоба, холод и амбиции, которые казались абсолютно непоколебимыми!
Даже у Третьего дрогнуло сердце.
— Ни за что! Данзо, запомни: Хокаге — это я, а не ты!
Лицо Шимуры окаменело; это напоминание, похоже, задело его за живое. Он понял, что дальнейший разговор сегодня невозможен.
— Хирузен, ты об этом пожалеешь!
Он развернулся и вышел, с силой захлопнув дверь.
Удар был такой силы, что со стен посыпалась пыль.
Но в тот миг, когда дверь закрылась, отрезая его от кабинета, глаз "Тьмы Шиноби" стал еще холоднее, напоминая взгляд ночного хищника. Он прошептал, чеканя каждый слог:
— Хирузен, тебе стоило помнить, зачем ты сделал меня главой «Корня».
— Мое существование всегда было ради блага Конохи.
— На поверхности, под солнцем, есть такой Хокаге, как ты, вечно олицетворяющий справедливость и свет. Но должен быть и такой «Корень», как я, скрытый глубоко под землей, во тьме!
— То, на что у тебя не хватает духа, сделаю я!
Наш учитель, Второй Хокаге, однажды сказал, что Учиха — это проклятый клан, одержимый злом, и с них нельзя спускать глаз ни на секунду.
Я всегда помнил заветы Тобирамы-сенсея.
А ты, Сарутоби, давно их забыл.
Он пробормотал себе под нос, и голос его прозвучал как шепот из самой бездны:
— Я докажу всем, что лишь я один — истинно Великий Хокаге!
http://tl.rulate.ru/book/157215/9336402
Готово:
