К счастью, придя в себя, он не ринулся в очередную безумную атаку, а попытался хладнокровно проанализировать ситуацию.
Любопытно, но квадратное окно продемонстрировало удивительную полезность — Пандора и не предполагала, что оно способно раскрывать столь тонкие нюансы.
— Держи себя в руках, Фредерик.
Предостерегла Пандора, оставаясь на безопасном расстоянии.
Даже несмотря на то, что двойник был крепко связан, она не решалась приблизиться, воспоминания о его неконтролируемой агрессии заставляли насторожиться.
— Пандора?
Фредерик мгновенно поднял голову, узнав её голос.
На миг в его взгляде вспыхнуло облегчение, но тут же сменилось тревогой — ноги непроизвольно задрожали.
— С тобой ничего не случилось? Ты точно не пострадала, да?
Как он может изображать беспокойство после того, как сам едва не причинил ей вред?
Пандора, раздражённая до крайности, промолчала, нарочно продлевая его мучительное ожидание.
— Извини, я не хотел. Почему я не вижу? Сними это, пожалуйста — мне нужно проверить, всё ли с тобой хорошо.
— Как она может быть в порядке после того, как чуть не погибла из‑за такого, как ты?
С горькой усмешкой бросил Фредерик.
Брови связанного двойника исказились.
— Кто этот наглец, осмелившийся так дерзко с тобой разговаривать, не ценя собственной жизни?
— А ты как думаешь? Великий герцог Фредерик Рентран Борбуг. Именно этот самый наглец.
— !
Как это вообще назвать?
Ненависть к себе подобному… или ненависть к самому себе?
Словесный поединок между Фредериком и его двойником всё не утихал.
После долгих пререканий двойник Фредерика постепенно осознал истину: перед ним — его собственная версия из другого мира.
Пандора, в свою очередь, тоже явилась из иной реальности, тогда как местная Пандора безмятежно спала в своей комнате.
Когда тема разговора коснулась Пандоры, двойник принялся разъяснять мотивы своего поступка — почему он похитил её и добровольно связал себя.
— Ещё вчера, до выставки, с Пандорой всё было нормально. Она выглядела лишь слегка утомлённой, но не более.
— С ней и сейчас всё хорошо. Единственная проблема — это ты.
Пандора заклеила рот неугомонному Фредерику и спокойно вернулась на своё место.
— Но когда я сегодня утром пришёл к ней домой… — (двойник Фредерика)
— Какое неуважение — являться к одинокой даме, особенно утром! — (настоящий Фредерик)
— А ты сам заявился без предупреждения глубокой ночью!
Было совершенно непонятно, зачем он буквально «плевал в собственное лицо».
Пандора взяла скотч и снова заткнула рот болтливому Фредерику.
— …
Двойник вздохнув, сдержал гнев и вновь заговорил:
— Я почувствовал, что душа Пандоры внезапно исчезла из её тела.
— !
— Словно испарилась.
Те, кто обладал повышенной чувствительностью — вроде Фредерика — могли замечать неочевидное: интуитивно распознавали природу добра и зла, улавливали суть человека по исходящей от него энергии.
— Я заподозрил, что Пандора заключила сделку с демоном и отдала свою душу.
С тревогой в голосе проговорил двойник Фредерика.
— Я пытался разобраться в этом, но вдруг ощутил, что меня кто‑то зовёт. Это было похоже на настойчивый призыв.
Ощущение, будто кто‑то тебя призывает!
Эрф упоминал, что двойник Пандоры тоже почувствовал этот зов — потому она и явилась на фестиваль.
«Кто стоит за этим зовом? Кому понадобилось звать их обоих?»
В памяти Пандоры всплыл образ незнакомца, который, маскируясь под Эрфа, пытался её похитить.
Неужели именно он их призвал?
Чтобы разделить нас и заставить разбрестись в разные стороны?
В то время как Пандора пыталась осмыслить происходящее, двойник заговорил снова:
— Эта энергия оказалась настолько чуждой и необычной, что я не смог устоять перед желанием отыскать её источник. И в итоге я нашёл тебя — Пандору из иной реальности, чья душа переполнена жизнью.
Его лаконичное объяснение явно скрывало куда более сложную историю.
Двойник глубоко вздохнул, помедлил мгновение, а затем машинально облизнул губы, будто они внезапно пересохли.
— Но как ни смотрю на тебя, ты не похожа на пришельца из иного мира.
— Что ты хочешь сказать?
— Ты выглядишь точно так же, как Пандора, которую я видел вчера на выставке. Нет, ты — это она. В этом нет сомнений.
В его глубоком голосе не было ни тени сомнения — только твёрдая убеждённость.
— Потому я и принял решение: я должен удержать тебя. Это была единственная мысль, овладевшая мной.
Ему нужно было не позволить ей уйти, не дать раствориться в небытии. Он намеревался крепко удерживать её — и тело, и душу.
Затем двойник добавил приглушённым голосом:
— Потом… я вдруг перестал себя контролировать. Тело двигалось будто само по себе…
— Значит, ты сам себя связал? Потому что испугался, что можешь причинить мне вред?
— …
Он словно боялся даже думать о подобном исходе, поэтому не ответил. Вместо этого он заговорил о другом:
— С тех пор, как волчий коготь пронзил мне спину, это проклятие преследует меня.
— !
— Я пытаюсь найти способ избавиться от этого проклятия. Как только отыщу — перестану быть для тебя угрозой. И тогда у меня получится быть рядом с тобой.
— Значит, эти неконтролируемые вспышки — из‑за меня?
Пандора широко распахнула глаза и приоткрыла рот от изумления.
Двойник тут же замолк, осознав, что сказал лишнее.
Пандора до боли прикусила нижнюю губу. Ей и в голову не приходило, что он всё ещё мучается из‑за её ошибки.
Чувство вины медленно разлилось по телу — от самых кончиков пальцев до макушки.
Фредерик снял скотч и бережно положил ладонь на плечо Пандоры:
— Не кори себя. Ты ни в чём не виновата.
— Но…
— Зайти в ту пещеру — было моим решением. А столкновение с волком — чистая случайность.
— …Мне жаль.
— Тебе не нужно извиняться, слышишь?
Тем не менее тень раскаяния не исчезала с её лица. Фредерик раздражённо провёл рукой по волосам.
После чего гневно уставился на двойника, который неосознанно пробудил в ней это тягостное чувство.
Двойник, оказавшийся в крайне неловкой ситуации, начал нервно ёрзать, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.
Фредерик развернул Пандору лицом к себе и горячо воскликнул:
— Проклятье! Я горжусь тем, что смог тебя защитить! И этот шрам — не увечье, а знак доблести! Это рана чести, Пандора!
Пандора подняла на него потухший взгляд, после чего вновь понуро склонила голову.
Чем усерднее он пытался её ободрить, тем сильнее она ощущала груз вины.
Мысль о том, что он годами мучается из‑за приступов ярости, не давала ей покоя — она не знала, как искупить этот долг.
Фредерик и сам чувствовал полную беспомощность.
Голова Пандоры опустилась так низко, будто она мечтала провалиться сквозь землю.
«Если тебе настолько тяжело, может, просто подаришь мне немного своей любви?»
Фредерик тут же сдержал рвущиеся наружу слова, едва не сорвавшиеся с губ.
«Чёрт возьми. Я пытаюсь сыграть на её чувстве вины. Как низко… Я просто ничтожество».
За спиной Пандоры он увидел Эрф — тот стоял в нерешительности, боясь нарушить молчание, и пытался понять, как она себя чувствует.
«Этот парень боготворит Пандору. Наверняка он не станет вести себя так жалко, как я».
Во рту у Фредерика возникло горькое послевкусие, и он торопливо отвёл глаза, вновь сосредоточив внимание на Пандоре.
Её серые глаза, влажные от слёз, были прекрасны.
— Мне жаль… и спасибо.
Произнесла девушка, которая всё это время только извинялась.
С самой первой встречи и потом, всякий раз, когда речь заходила о прошлом, она неизменно повторяла: «Мне жаль».
— «Спасибо» звучит несколько запоздало.
Усмехнулся Фредерик, небрежно взъерошив ей волосы.
Она вздрогнула, почувствовав его руку, но посмотрела вверх и спросила:
— Фредерик, скажи… ты всё ещё ты?
— "Я всё ещё я" — в каком смысле?
— В моменты потери контроля ты становишься в подобие волка? Перестаёшь узнавать близких, скалишь зубы и видишь вокруг лишь жертву?
«Да, это правда, но так бывает не всегда!»
— Это случается лишь тогда, когда приступ особенно силён!
Вопрос Пандоры задел его за живое, но он горячо возразил:
— Я не такой! Правда не такой!
⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆
Пандора внимательно разглядывала голубую записку, брошенную неизвестным мужчиной.
Она пыталась отыскать скрытый смысл, но кроме этих двух слов на листке не было ничего.
— А вдруг выход действительно есть?
Произнесла Пандора в раздумьях.
Фредерик, услышав это, резко выхватил записку и твёрдо сказал:
— Тут что‑то не так.
— О чём ты?
— Думаю, именно этот человек призвал «меня» из этого мира — словно для зрелища.
— Пандора, скорее всего, ты оказалась здесь тоже по его воле — он призвал тебя.
Все трое пришли к одному и тому же выводу.
Пандора задумчиво кивнула:
— Похоже, его замысел состоял в том, чтобы разлучить нас. Если бы он стремился занять наши места, то оставил бы здесь меня, а забрал другую Пандору.
Но поскольку он планировал увести лишь двойника Фредерика и её саму — да ещё и предварительно показал путь к спасению… — становилось очевидно: главная цель заключалась в их разделении.
— Мне кажется, выход действительно существует.
Пандора нервно перебирала пальцами дверную ручку.
— Тот человек раньше тоже пытался бежать вместе со мной. Он объяснил, как выбраться, но именно я запустила весь этот процесс.
Именно Пандора создала картину — и именно она дала ей жизнь.
Оттого в ней крепла уверенность: она не догадывается — она знает.
Это действительно правда.
⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆
Пандора отыскала свою сумку и аккуратно уложила в неё холст с портретом Джона Рейла, а следом — краски и кисти.
Эрф и Фредерик сходили на кухню и принесли внушительные узлы с провизией.
— Мисс Пандора желает сэндвич! Я его сделаю — так что скорее дайте продукты…
— Не забудь вяленое мясо! И фрукты, и консервы с той полки! Чего скупишься? Бери всё!
Поскольку никто не знал, сколько дней им предстоит провести в лабиринте, они забрали столько еды, сколько сумели унести, — в результате кладовая кухни заметно опустела.
В тот момент, когда все приготовления были закончены и группа уже собралась переступить порог, раздался тихий голос:
— Пандора, возьми меня с собой.
Двойник Фредерика, хоть и был освобождён от пут на стуле, всё ещё оставался с завязанными глазами и крепко связанными руками — именно в таком положении он произнёс эту мольбу.
http://tl.rulate.ru/book/155757/8980906
