3 октября 1992 года, Хогсмид, трактир «Кабанья голова». За третьим столиком справа от входа будет сидеть женщина в тёмно-фиолетовом плаще.
Управление эмоциями с помощью Древней магии всё ещё требует доработки, необходимо скорректировать силу воздействия.
Северус Снейп когда-то был пожирателем смерти.
Сообщество оборотней…
…
Уильям вернул ниффлеру ручку, которую достал из его брюшка, и взъерошил волосы. Упоминание Фенриром «армии оборотней» его нисколько не прельстило — напротив, он всегда считал, что все эти опасные для детей твари заслуживают смерти…
Сейчас его терзал один вопрос: «Если использовать для Оборотного зелья волос оборотня, не будет ли каких-нибудь побочных эффектов?»
Глядя на почти жидкую массу из кузнечиков в котле, Уильям рассеянно коснулся «сорняков» в соседнем цветочном горшке. Мягкие зелёные листья поникли от его прикосновения, но тут же вернулись в прежнее состояние…
Согласно рецепту Оборотного зелья, спорыш нужно собирать в полнолуние, так что до встречи в начале октября время ещё было.
Чтобы Оборотное зелье сработало, тот, в кого превращаются, должен оставаться в живых, а значит, этому оборотню пока нельзя умирать. Впрочем, Уильям и не собирался убивать его напрямую. Как и в случае с магией усиления эмоций, у него была уйма зелий и чар, ждущих проверки, и этот оборотень был обречён стать идеальным подопытным кроликом.
Однако больше всего во время этого допроса Уильяма удивило — и в то же время показалось вполне закономерным — прошлое Снейпа, связанное с пожирателями смерти. Уильям не доверял словам оборотня полностью, но полагал, что в этом вопросе тот, скорее всего, не солгал.
В пользу этой версии говорило многое. Во-первых, при первой же встрече со Снейпом его радар на тёмных волшебников тут же сработал. Если бы тот не представился профессором Хогвартса, Уильям планировал проследить за ним, чтобы выяснить, не удастся ли поймать рыбку покрупнее.
Сто лет назад тёмный волшебник на должности профессора не был для Хогвартса чем-то из ряда вон выходящим. На самом деле, тогдашний преподавательский состав был ещё более… необычным: бывшие авроры, бывшие невыразимцы, бывший профессор из Уагаду… Был даже случай, когда пост директора занимал патриарх одного из семейств Священных двадцати восьми.
Подумаешь, бывший пожиратель смерти. Нынешний состав тоже довольно нелеп — чего стоит один полувеликан, охраняющий Запретный Лес.
Узнав о том, что некий «бывший» профессор, некогда пожиратель смерти, пренебрегал своими обязанностями во время каникул, почти все преподаватели под руководством Профессора Макгонагалл в первую же неделю нового учебного года предложили Уильяму индивидуальные занятия, чтобы помочь ему быстрее освоиться с магией. Как и сто лет назад, он посетил все до единого занятия, хотя преподаваемые чары знал даже лучше самих профессоров.
И не только потому, что Профессор Макгонагалл упомянула, будто это может уменьшить количество письменных работ — вроде эссе в семь дюймов об исчезательном заклинании.
Разумеется, он получил и другие «неожиданные трофеи». Уильям окинул взглядом ряды китайской жующей капусты по ту сторону Комнаты и несколько горшков с мандрагорами, сложенных в углу…
Теплицу Профессора Спраут он почти полностью обчистил. И хотя это оставалось в рамках естественного расхода на занятиях, скорость потребления всё же насторожила профессора. В последнее время приходилось вести себя потише.
Он также пытался проникнуть в кабинет Снейпа — всем известно, что кабинет профессора зельеварения сущая сокровищница, — но бдительность и враждебность Снейпа оказались именно такими, как тот и говорил. За полтора часа варки зелья бодрости Уильяму так и не удалось найти способ ускользнуть от его взгляда.
В конце концов, кабинет Снейпа и уборная находятся не в одной стороне.
Разумеется, среди профессоров, проводивших для Уильяма дополнительные занятия, не было Локхарта, хотя он и значился в списке.
Вытащив ниффлера, который что-то вынюхивал в шляпе, Уильям отложил блокнот. «Побочное задание», полученное от Фенрира, займёт его на некоторое время. Но сегодня вечером его ждала куда более трудная задача.
— Ладно, сегодня пойдёшь со мной.
Увидев, что ниффлер вцепился в его рукав и не желает отпускать, Уильям подхватил зверька под зад и прижал к себе. Он не боялся, что ниффлер что-нибудь у него украдёт: все золотые галлеоны были надёжно спрятаны в кармане под магической печатью, куда тому было никак не пробраться.
Бросив горсть летучего пороха в камин, Уильям вместе с ниффлером вернулся в свою спальню. Кирпичная стена провернулась, и простой камин вновь превратился в голую стену.
Ниффлер, просидевший несколько дней взаперти, на удивление притих. Он молча устроился на плече Уильяма, и его блестящие глазки-бусинки следили за тёплым светом, горевшим у изножья кровати.
……
Для Гарри в этом мире существовала лишь одна вещь, отвратительнее, чем помогать Локхарту отвечать на письма поклонниц, — это сидеть рядом с Драко Малфоем и помогать Локхарту отвечать на письма поклонниц.
Терпя двойное — физическое и душевное — отвращение, Гарри даже немного завидовал Рону…
Хоть Филч и был ничем не лучше Локхарта, но по крайней мере в зале наград у Рона была компания друзей из Гриффиндора, в то время как ему приходилось сидеть с Малфоем.
При этой мысли Гарри почти инстинктивно повернул голову, чтобы взглянуть на него.
И, словно по наитию, сидевший слева Малфой тоже вскинул голову. Заметив взгляд Гарри, мальчик выдавил зловещую ухмылку на своём лице, которое казалось ещё бледнее обычного.
— Можешь не гадать, Поттер. Я уже написал отцу, и скоро он добьётся, чтобы директор исключил этого рыжего дурака из Хогвартса…
— И что ты ему расскажешь? Как тебя стошнило двумя литрами слизняков? — не раздумывая, огрызнулся Гарри, понизив голос. — Ты где их обычно прячешь? В голове? — С этими словами он нарочито оглядел Драко с ног до головы.
Бледное лицо Драко мгновенно вспыхнуло. Казалось, он вот-вот взорвётся, но тут же вспомнил, что они находятся в кабинете Локхарта. Бросив взгляд на профессора, который был полностью поглощён письмами, Драко процедил сквозь зубы:
— Просто жди. Сначала Уизли, потом эта грязная грязнокровка, а в конце — ты. Всех вас исключат. Хогвартс — не место для таких, как вы…
— Ха!
Гарри хотел было ответить насмешкой, но не успел он и слова вымолвить, как в ушах у него раздался хриплый голос.
Он совершенно не походил ни на проклятия Малфоя, ни на бормотание Локхарта; это был жуткий, леденящий душу, злобный голос:
— Подойди… подойди ближе… дай мне разорвать… разорвать тебя… убить…
Глухой, утробный голос, будто доносившийся из самой преисподней.
— Что такое, Поттер? Испугался? — увидев, как внезапно застыло лицо Гарри, Малфой инстинктивно скривил губы. — А может, дать тебе шанс? Встань на колени и извинись передо мной прямо сейчас, и я, так и быть, подумаю, стоит ли тебя щадить. Как тебе такое? Но эту грязнокровку и Уизли всё равно исключат!
— Что ты сказал?!
Гарри невольно повысил голос, отчего Локхарт, погружённый в свой мир, встрепенулся и вернулся к реальности.
— Что-что? Постойте-ка, красные подштанники Мерлина… уже прошло четыре часа? — Мужчина взглянул на часы и машинально поднялся.
— Время и вправду летит, не так ли? — Локхарт с улыбкой посмотрел на двоих, сидевших за столом. — Что ж, ваше наказание окончено, можете идти. Но помните, не каждое наказание будет таким же лёгким, как это…
— Вы что, не слышали?
Гарри резко прервал заготовленную Локхартом прощальную речь.
http://tl.rulate.ru/book/155441/8842450
Готово:
