«Дзинь...»
Тяжелая стеклянная дверь агентства недвижимости «Циминь» распахнулась, заставив старый медный колокольчик на раме издать глухой звук. Порыв холодного позднеосеннего ветра, увлекая за собой несколько сухих листьев, ворвался внутрь вслед за парой средних лет.
Мужчину звали Ли Цзяньго. Ему было около сорока, коренастый, одетый в выстиранную добела темно-синюю рабочую куртку с потертыми манжетами. Его грубые ладони крепко сжимали туго набитую холщовую сумку с надписью «Безопасное производство», так что костяшки пальцев побелели. Смуглое лицо хранило следы многолетнего труда под открытым небом; брови привычно сдвинуты, образуя две глубокие борозды, а во взгляде смешались тревога, усталость и почти упрямое ожидание. Войдя, он растерянно оглядел помещение с той неловкостью и настороженностью, что свойственны простым рабочим в незнакомой обстановке.
Его жена, Ван Сюфэнь, была на полголовы ниже, в поношенном красном пуховике. Ее волосы в мелких кудряшках были небрежно стянуты на затылке выцветшей резинкой. Слой пудры на лице пытался скрыть морщинки в уголках глаз и грубость кожи, но печать скорби, наложенная бременем нелегкой жизни, не исчезала. Ее взгляд был более живым, чем у мужа, с той пытливостью, присущей бережливым горожанам. Она быстро окинула взглядом офис и остановилась на ближайшем к двери молодом риелторе в дешевом костюме и с гладко зачесанными волосами — Ван Хае.
Ван Хай от скуки листал потрепанный автомобильный журнал, но услышав звук двери, тут же вскочил, словно акула, почуявшая кровь. Лицо мгновенно озарила дежурная, подчеркнуто радушная улыбка, и он в два счета оказался рядом.
— Ой! Брат, сестра! Добро пожаловать! Проходите, присаживайтесь! На улице-то какой ветер! — голос Ван Хая был приторно-любезным. Он слегка подался вперед в заискивающем поклоне и умело повел супругов к зоне отдыха с потертым тканевым диваном. По пути он ловко выхватил два одноразовых стаканчика у кулера, наполнил их горячей водой и протянул гостям. — Квартиру присматриваете? Купить хотите или снять? Какая площадь нужна? На какой бюджет рассчитываете? Есть пожелания по району? Говорите всё мне, у меня вариантов полно! Останетесь довольны!
Он говорил быстро, как из пулемета, стараясь за кратчайшее время выудить информацию у клиентов и захватить инициативу.
Ли Цзяньго взял стакан, потирая грубыми пальцами теплые стенки. Он промолчал, лишь глухо выдавил: «Угу». Ван Сюфэнь держала стакан, не пила. Она окинула Ван Хая изучающим взглядом и наконец заговорила тонким, резковатым голосом:
— Мы... хотим посмотреть жилье рядом со школой. Ребенок в следующем году в первый класс идет.
В ее тоне сквозила неоспоримая спешка.
— Рядом со школой! Хорошо! Отлично! — Ван Хай хлопнул себя по бедру, его глаза азартно блеснули, словно он уже видел свои комиссионные. — Это вы по адресу! Мы в «Циминь» по школьным районам — лучшие! — Он присел на подлокотник дивана рядом с Ван Сюфэнь. От него пахло резким дешевым лаком для волос. — Послушайте, сестра, сейчас жилье у хороших школ — дефицит! Цены растут каждый день! Нужно брать не глядя! У меня как раз есть пара отличных вариантов у первой и второй начальных школ в центре! Высотки с лифтом! Евроремонт! Заезжай и живи! Посмотрите?
Говоря это, он ловко выудил из-за пазухи блокнот и зашуршал страницами, едва не брызгая слюной в лицо женщине.
Ван Сюфэнь инстинктивно отодвинулась, нахмурившись еще сильнее. Центр города? Первая и вторая школы? Цены там... Ее сердце екнуло, и она не удержалась от вопроса:
— А... какая цена? Примерно сколько за квадрат?
Ван Хай выставил два пальца, не меняя улыбки и сохраняя уверенность:
— Недорого! Абсолютно оправданно! Средняя цена где-то чуть больше двадцати тысяч. Где этаж получше и сторона солнечная — чуть выше, двадцать две-три тысячи! При нынешнем рынке — это подарок! Упустите — больше такого не найдете!
Он специально произнес «чуть больше двадцати тысяч» так небрежно, будто это сущие пустяки.
— Двадцать... две-три тысячи?! — Ван Сюфэнь ахнула, едва не выронив стакан. Лицо Ли Цзяньго потемнело, на руках, сжимающих сумку, вздулись вены. Они вдвоем пахали на заводе в пригороде больше десяти лет, экономили на всем, добавили деньги от продажи участка в деревне — и наскребли от силы семьсот тысяч. При такой цене им не то что квартиру купить — на нормальный первый взнос едва хватит! Это осознание, как ушат ледяной воды, мгновенно потушило искру надежды.
— Тебе... слишком дорого... — голос Ван Сюфэнь задрожал, она едва не плакала. — Нам... нам не по карману...
— Да бросьте, сестра! Разве это дорого? — ухмылка Ван Хая оставалась радушной, но в глубине глаз мелькнуло плохо скрываемое пренебрежение и нетерпение. — Это же центр города! Топовые школы! За качество надо платить! К тому же, ради ребенка можно и пояс затянуть, верно? Сейчас не купите — потом вообще не подступитесь! — Он продолжал давить, используя «ради ребенка» как универсальный рычаг. — Или... посмотрите подальше? Или что-нибудь из старого фонда? Там цена ниже, но среда... сами понимаете, ребенку будет неуютно и небезопасно, согласны? — Он намеренно выставил старое жилье в самом худшем свете, отсекая мысли о компромиссах.
Ли Цзяньго резко поднял голову, мышцы на его скулах напряглись. Он пошевелил губами, но в итоге лишь тяжело вздохнул, и его плечи бессильно поникли. Это было полное сокрушение под гнетом реальности. Глаза Ван Сюфэнь покраснели, она потерянно смотрела на цифры в блокноте Ван Хая, которые были для нее сродни иероглифам на небе.
И когда атмосфера отчаяния уже готова была поглотить супругов, с другой стороны офиса раздался спокойный голос — негромкий, но отчетливо пробившийся сквозь болтовню Ван Хая и подавленные всхлипы женщины.
— Господин Ли, госпожа Ван, если ваша цель — образование ребенка, возможно, стоит рассмотреть жилой комплекс «Жуйцзин Цзяюань».
Чэн Чанъинь незаметно подошел к ним. Он уже сменил промокшую одежду на запасной темно-синий костюм, который тоже сидел на нем не лучшим образом, и простую белую рубашку. Несмотря на дешевизну наряда, он держался прямо, а его спокойный взгляд резко контрастировал с напускным азартом Ван Хая. Он не стал напирать, а остановился на вежливом расстоянии, и его голос звучал уверенно и здраво.
Ван Хай, разъяренный тем, что его перебили, злобно зыркнул на Чэн Чанъиня, взглядом приказывая не соваться не в свое дело. Но тот проигнорировал угрозу и открыто встретил взгляды супругов, в которых читалось изумление и последняя хрупкая надежда.
— «Жуйцзин Цзяюань»? — машинально повторила Ван Сюфэнь, это название было ей незнакомо.
— Верно, южный район города, рядом с кольцевой дорогой, — кивнул Чэн Чанъинь без лишних прикрас. — Сейчас средняя цена на вторичном рынке там около трех тысяч восьмисот за квадрат.
— Три... три тысячи восемьсот?! — Эта цифра, как удар грома, мгновенно разогнала тучи в душах супругов! Ван Сюфэнь широко распахнула глаза, ее дыхание участилось. Морщины на лбу Ли Цзяньго впервые разгладились, а хватка на сумке ослабла.
— Юг города? Это же почти окраина! Там же разруха, какие там могут быть хорошие школы? — хмыкнул Ван Хай, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Чэн Чанъинь, кого ты лечишь? Разве там есть школы нормальные? Ты думаешь, люди в ценах не разбираются? — Он повернулся к клиентам с видом знатока: — Брат, сестра, не слушайте его! Юг — это дыра! Там в школах только дети мигрантов учатся! Купите там — деньги на ветер!
Чэн Чанъинь даже не посмотрел на него. Его взор был прикован к лицам супругов Ли. Он видел этот вновь вспыхнувший огонек надежды и сопровождающее его сомнение. Ему нужны были доказательства, чтобы развеять их страхи.
— Господин Ли, госпожа Ван, подождите одну минуту, — спокойно произнес Чэн Чанъинь. Он развернулся и быстро зашагал к своему рабочему месту в самом углу — скромному столу с пожелтевшим монитором и стертым буквами на клавиатуре. Наклонившись, он быстро и точно застучал по клавишам, диссонируя своей уверенностью с убогой обстановкой. Он открыл страницу местного форума — места, где в его прошлой жизни среди кучи мусора порой мелькали ценные сведения.
Вскоре он распечатал документ. Это не был яркий буклет, просто обычный лист А4 с плотным текстом и парой графиков. Взяв теплый после принтера лист, он вернулся к гостям под испепеляющим взглядом Ван Хая и мягко положил его на стеклянный столик.
— Это скриншот с официального сайта городского управления образования, опубликованный пару дней назад — проект внутреннего документа о перераспределении образовательных ресурсов, — Чэн Чанъинь указал пальцем на определенное место. Его рука была тверда. — Посмотрите сюда: «В целях снижения нагрузки на ключевые школы старого центра, планируется строительство новой экспериментальной начальной школы высокого стандарта в районе Жуйцзин Цзяюань на юге города. Рабочее название — Экспериментальная начальная школа Южного города, проект включен в список приоритетной городской поддержки...»
Он говорил негромко, но каждое слово впечатывалось в сознание супругов. Ван Сюфэнь едва ли не набросилась на лист, впившись глазами в строчки, на которые указывал Чэн Чанъинь. Ли Цзяньго придвинулся так близко, что едва не касался бумаги лицом, его дыхание стало тяжелым.
— Это... это правда? Правительственный документ? — голос женщины дрожал от безумной радости и недоверия.
— Скриншот с официального сайта, внизу есть адрес и отметка времени, можете проверить в любой момент, — отчеканил Чэн Чанъинь. Затем он указал на простой график: — А это мой расчет на основе данных о рождаемости за последние десять лет и дефицита мест в школах. Модель показывает, что в ближайшие три года нехватка мест в центре вырастет на сорок процентов, а строительство новых школ там сильно отстает. Смещение политики в сторону новых районов — неизбежность.
В его речи сквозил профессионализм и абсолютное владение данными. Сухие цифры и графики в его устах обретали жизнь, рисуя ясную картину будущего.
Ван Хай стоял ошарашенный, то краснея, то бледнея. Он хотел возразить, объявить документ фальшивкой, высмеять графики, но видя горящие глаза клиентов, понял, что проиграл! Волна зависти и ярости ударила ему в голову. Этот малец! С чего это он?! Откуда у него такие данные?! Как он смеет уводить его куш?!
— Да даже... даже если школу построят! Это же когда будет! Кто знает, правда ли это?! — Ван Хай сорвался на крик от бессилия. — И вообще! Что это за район? Развалюхи одни! Грязь, мусор! В подъездах свалка! Соседи — одни работяги залетные! Чему там ребенок научится? Какая там среда?! — Он из последних сил втаптывал объект в грязь, пытаясь запугать клиентов.
На этот раз Чэн Чанъинь посмотрел прямо на него. Взгляд был холодным и глубоким, как омут, отчего спесь Ван Хая мгновенно улетучилась.
— Проблемы со средой, о которых говорит Ван Хай, действительно есть, — Чэн Чанъинь кивнул, признавая это. Ван Хай опешил, а на лица супругов снова легла тень.
Но Чэн Чанъинь резко сменил тон на более острый:— Но, Ван Хай, ты, кажется, упускаешь главное — временной разрыв и недооцененность актива!
Он снова обратился к супругам с непоколебимой уверенностью:
— Сейчас цена в «Жуйцзин Цзяюань» — три тысячи восемьсот. Что будет с ценой, когда план строительства школы опубликуют официально и начнется стройка? — Он сделал паузу, давая им осознать масштаб, и выдал прогноз: — Мой прогноз: через три года цена перевалит за десять тысяч. Через пять лет — вполне вероятно достижение пятнадцати тысяч и выше!
— Пятнадцать тысяч?! — вскрикнула Ван Сюфэнь, едва не выронив лист. Ли Цзяньго вскинул голову, в его глазах вспыхнул яростный блеск! Для них это были баснословные деньги! Богатство, о котором они не смели и мечтать!
— На то есть три причины! — Чэн Чанъинь загнул три пальца, и каждый аргумент ложился точно в цель, как скальпель хирурга. — Первое: поддержка властей! Как только школа будет построена, это станет единственным элитным учебным заведением района. Дефицит порождает ценность!
Второе: низкий порог входа! С трех тысяч восьмисот потенциал роста огромен! Это не раздутый пузырь центра за двадцать тысяч!
Третье: спрос со стороны таких же семей! Таких, как вы, кто переживает за детей и ограничен в бюджете — большинство! Спрос взорвется, и цена поползет вверх!
Его слова обладали магией предвидения. Каждый довод отдавался в сердцах супругов. Этот простой график и далекие планы благодаря его логике стали осязаемыми и невероятно заманчивыми. Огромная возможность лежала прямо перед ними, достаточно руку протянуть.
— Что касается окружения... — Чэн Чанъинь мягко посмотрел на женщину. — Появление школы неизбежно повлечет за собой благоустройство района. Покупая сейчас, вы покупаете будущее, а не настоящее. К тому же, в старых домах соседи — люди простые и стабильные, и это не всегда плохо. — Он не избегал проблем, а давал прагматичный взгляд на вещи.
Ван Хай окончательно лишился дара речи, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Глядя на бушующий в глазах клиентов огонь и на уверенного Чэн Чанъиня, полностью контролирующего ситуацию, он ощутил ледяной страх и горечь поражения. Он понял: сделка уплыла. Уплыла к этому ненавистному новичку.
— Берем! — Ли Цзяньго с силой хлопнул по бедру, и звук эхом разнесся по офису! Этот молчаливый мужчина раскраснелся от возбуждения, в его глазах горела решимость пойти ва-банк! Он уставился на юношу: — Чэн... господин Чэн! Мы вас послушаем! Берем в «Жуйцзин Цзяюань»! Сейчас же! Везите нас смотреть!
— Да! Берем! — Ван Сюфэнь вскочила, вцепившись в руку мужа, боясь упустить шанс. — Едем прямо сейчас! В тот самый комплекс, о котором вы говорили!
Напряженная струна в душе Чэн Чанъиня наконец отпустила. Он знал: первый, самый важный шаг сделан. Он пробил эту стену своим профессионализмом, данными и точным предвидением.
— Хорошо. Сейчас свяжусь с собственником и договоримся о просмотре, — он спокойно кивнул, но его шаги к телефону были необычайно легкими.
Ван Хай замер на месте, его лицо стало мертвенно-бледным. Глядя в спину Чэн Чанъиню и на супругов, которые теснились вокруг него с вопросами, он почувствовал, как внутри него вскипает ядовитая злоба. Его взгляд стал лютым, как отравленное лезвие, вонзающееся в спину конкурента. Кулаки его сжались до хруста.
«Чэн Чанъинь! Ну погоди! Увел мой заказ? Я тебе это так просто не спущу!»
http://tl.rulate.ru/book/155243/9525685
Готово:
