Пурпурный алтарь погрузился в тишину, лишь редкие, тонкие струйки чёрной ауры зла нехотя копошились в отверстиях. Древний обломок меча, словно впав в сон, затих без единого звука. Площадь окутала тишина, подобная той, что наступает после бури, и ещё более гнетущая, смешанная с запахом крови и разрушения.
Лю Лай стоял в центре алтаря, медленно усмиряя бушующую внутри него странную духовную силу. Сила, слившаяся с его основанием, проклятием поглощения и обидой алтаря, подобно непокорному ядовитому дракону, металась в его меридианах, причиняя разрывающую боль, но в то же время наделяя его беспрецедентным, полным разрушительной мощи чувством силы.
Он поднял руку, наблюдая за лёгкой чёрной дымкой, вьющейся над его ладонью, его взгляд был глубоким. Он чувствовал, что связь с "Пыльным светом" стала крепче, но в этой близости примешивалось холодное стремление к убийству и разрушению, происходившее не только от духа меча, но и в большей степени от его собственного осквернённого разума и силы.
Ящик Пандоры… был открыт.
Юэ Вэй стояла у подножия алтаря, её лицо всё ещё было бледным. Наблюдая за ещё не полностью утихшей, тревожной аурой вокруг Лю Лая, она помедлила, но всё же тихо спросила: «Молодой господин… как вы себя чувствуете?»
Лю Лай не обернулся, его голос звучал хрипло от истощения сил и с оттенком необъяснимой отстранённости: «Лучше, чем когда-либо, и… хуже, чем когда-либо».
Он попытался мобилизовать немного своей новой, тёмной духовной силы и щёлкнул пальцами.
Шшш!
Едва заметный, почти невидимый поток чёрной энергии вылетел и ударил в недалеко расположенную обломанную каменную плиту высотой чуть выше пояса.
Без громкого звука, без разлетающихся камней. Мгновение спустя после соприкосновения с чёрным потоком, плита, словно поражённая невидимой силой, быстро потускнела, стала хрупкой, а затем, как будто тысячелетиями выветренная, беззвучно рассыпалась, превратившись в кучку чёрной пыли.
Коррозия! Аннигиляция!
Юэ Вэй судорожно вздохнула, её глаза наполнились ещё большим ужасом. Это совершенно ненормальная духовная атрибутика!
Сам Лю Лай тоже слегка нахмурился. Сила была властной и злобной, превосходя его ожидания. В бою она, естественно, была бы непобедимым оружием, но управление ею было равносильно танцу на лезвии ножа, с постоянным риском быть отравленным ею и окончательно пасть?
«Здесь не стоит задерживаться», — сказал он, подавляя нахлынувшие мысли. Переполох на алтаре мог уже привлечь внимание других существ.
Он спустился с алтаря, шаги его были немного неуверенны, но спина оставалась прямой. Юэ Вэй молча последовала за ним, на этот раз преднамеренно отстав на полшага, её взгляд, полный сложных чувств, скользил по его спине, будто обдумывая что-то.
Следуя указаниям сломанного ключа, стабилизированного вновь, они быстро покинули это странное место. Направление, на которое указывал сломанный ключ, вело к ещё более опасной центральной зоне древнего поля битвы.
Оставшийся путь прошел в гнетущей атмосфере. Лю Лай большую часть времени молча медитировал, пытаясь приспособиться и контролировать новую, опасную силу внутри себя. Он обнаружил, что только постоянно поддерживая работу "Искусства Меча Небесной Лазури" и используя свою закалённую годами волю как ядро, он мог лишь кое-как сдерживать беспокойство тёмной духовной силы, предотвращая её полный выход из-под контроля.
А Юэ Вэй стала ещё более молчаливой, будто намеренно держа дистанцию с Лю Лаем. Лишь её взгляд, когда он медитировал или сражался, нет-нет да и скользил по нему, полный исследования, беспокойства и всё более явной… решимости.
Через несколько дней они вошли в опасное место, известное как "Долина плачущей крови". Небо здесь круглый год было окутано зловещими тёмно-красными тучами, а в долине витал густой кровавый запах. Говорили, что это было одно из основных полей битвы древней войны между богами и демонами, под землёй покоились бесчисленные трупы могущественных воинов, породившие множество злобных чудовищ.
Вскоре после входа в долину они столкнулись с группой "Кровавых марионеточных обезьян". Эти обезьяны были кроваво-красными, обладали огромной силой, были жестоки и могли извергать разъедающую плоть и кровь ауру, что делало их чрезвычайно трудными противниками.
Будь это раньше, Лю Лай, возможно, выбрал бы тактику уклонения, ища бреши. Но сейчас тёмная духовная сила внутри него беспокойно бурлила, жаждая выплеска.
Наблюдая за ревущими и несущимися на них обезьянами, Лю Лай увидел в глазах промелькнувшую холодную злость. Он не применил "Стиль Слушающий Ветер", даже не стал намеренно искать так называемые "бреши". Он просто направил эту тёмную духовную силу в "Пыльный свет" и, встретившись с самой плотной группой обезьян, разрубил мечом!
Дуга тёмно-красного, почти чёрного меча, словно коса жнеца, бесшумно пронеслась по воздуху!
Там, где прошёл меч, несколько обезьян, бросившихся вперёд, резко замерли. Кровавая шерсть на их телах мгновенно потеряла блеск, их сильные тела, будто лишившись всякой жизненной силы, на глазах сморщились, высохли, а затем, под действием инерции, рухнули на землю, превратившись в груды тёмно-красного пепла! Даже их кровавая аура была легко уничтожена мечом!
Сила одного удара, ужасна до такой степени!
Оставшиеся обезьяны были настолько напуганы этой странной и ужасающей сценой, что закричали в панике и разбежались.
Лю Лай стоял с мечом, тяжело дыша. Применение этой тёмной ауры меча требовало огромных умственных усилий, даже больше, чем расход духовной силы. Он чувствовал, что каждый раз, используя эту силу, холодное намерение убивать и жажда разрушения в глубине его сердца усиливались на долю.
Он опустил голову, глядя на жужжащий в его руке "Пыльный свет", обломок меча, казалось, наслаждался этим чистым разрушением, а тьма на его лезвии, казалось, стала ещё глубже.
«Молодой господин…» — голос Юэ Вэй дрожал так, что это было едва заметно, «Ваша сила…»
«Сила есть сила», — прервал её Лю Лай, его голос был холоден. «Используешь правильно — праведная, используешь зло — злая. Всё зависит от того, кто ею владеет».
Он говорил, скорее всего, себе, чем Юэ Вэй.
Юэ Вэй открыла рот, но так ничего и не сказала. Только рука, скрытая в рукаве, тихо сжалась, а метка в виде полумесяца на её запястье источала жар, словно побуждая к чему-то.
Они продолжили путь вглубь Долины плачущей крови. Чем глубже они продвигались, тем более могущественными и странными становились демоны, встречались даже "обиженные духи", сконденсированные из чистой ауры зла и остаточных душ. Лю Лай, полагаясь на властную и зловещую тёмную ауру меча, сметал всё на своём пути, непобедимый. Его боевой стиль становился всё более прямым и жестоким, часто решавшим исход жизни и смерти одним ударом.
Юэ Вэй следовала за ним, наблюдая, как он, словно ходячая катастрофа, превращал всё, что преграждало ему путь, в пепел. В её сердце росло беспокойство. Она чувствовала, что Лю Лай ступает всё дальше по опасному пути, и указания медного сломанного ключа, казалось, несли не только жизнь…
В этот вечер, около сумерек, они остановились в относительно сухой пещере в долине. Лю Лай сидел, скрестив ноги, у входа в пещеру, закрыв глаза для медитации, подавляя беспокойно бушующую тёмную духовную силу внутри себя после череды убийств. Юэ Вэй же находилась в глубине пещеры, при слабом свете наблюдая за отметиной на своём запястье, постоянно испускающей жар и слабое лунное сияние, её глаза были полны борьбы.
Наконец, она, казалось, приняла решение. Она тихо взглянула на спину Лю Лая у входа в пещеру, затем осторожно прокусила кончик пальца, капнув каплю крови, содержащей слабый лунный свет, на метку в виде полумесяца.
Метка внезапно засияла! Мягкое, но твёрдое лунное сияние мгновенно рассеяло часть мрака в пещере. Волна силы, имеющая тот же исток, что и "Отражающая Луну", но более древняя и безграничная, подобно спящему дракону, начала медленно пробуждаться в её теле. Слои невидимых, предельно сложных рун печати, то появляясь, то исчезая под её кожей, казалось, под воздействием этой капли эссенции крови, немного ослабли.
Её лицо мгновенно стало бледным, тело слегка зашаталось, явно это действие далось ей нелегко. Но она продержалась, осторожно концентрируя ту часть безграничной и чистой силы, что была пробуждена.
Затем она встала, подошла к входу в пещеру, к юноше, которого медленно поглощала тьма.
Лю Лай, казалось, что-то почувствовал и резко открыл глаза. Когда он увидел чистое и безграничное лунное сияние вокруг Юэ Вэй, столь несовместимое с окружающей аурой зла, его зрачки резко сузились!
«Ты…» — его глаза мгновенно наполнились бдительностью, даже промелькнуло недовольство от "обмана", тёмная духовная сила неконтролируемо забурлила.
Юэ Вэй, глядя на его неприкрытую осторожность и холодность, почувствовала боль в сердце, но на её лице появилась чрезвычайно нежная, решительная улыбка.
«Молодой господин», — тихо произнесла она, её голос был чистым и эфирным, словно из далёкого лунного дворца, «Вы сказали, что сила заключается в том, кто ею владеет».
Она подняла руку, её палец, сконцентрировавший часть безграничной лунной силы, легко коснулся межбровья Лю Лая.
«Тогда сейчас… позволь мне увидеть, действительно ли твой 'истинный ум'… несокрушим».
«И позволь тебе увидеть… истинное… предназначение меня, этой 'ключницы'».
Сила лунного света, подобно нежному приливу, мгновенно поглотила Лю Лая. Без атаки, без вреда, лишь предел, попытка очистить и успокоить силу, хлынула к его осквернённой тьмой душе и меридианам!
http://tl.rulate.ru/book/154685/10322319
Готово:
