Чжоу Син смотрел на Кумараджи, стоявшего перед ним.
По правде говоря, если бы он не знал, кто этот человек, и просто взялся его лечить, весь процесс наверняка был бы чрезвычайно запутанным, но теперь, когда личность Кумараджи известна, лечить его стало немного проще.
В оригинальном произведении было подробное описание того, как Кумараджа впал в состояние одержимости.
Чжоу Син кратко подытожил, что причина, по которой этот парень впал в одержимость, в основном заключалась в трех причинах.
Первая причина заключалась в том, что интенсивная практика техник Шаолиня привела к накоплению внутренних повреждений в его теле.
Боевые искусства Шаолиня делятся на два направления — физическое и прикладное. Под физическим понимается сама внутренняя сила, то есть перед тем, как практиковать боевое искусство, необходимо освоить соответствующий метод внутренней силы. А под прикладным понимается метод работы этой самой внутренней силы, то есть приёмы и последовательности боевого искусства. Если практиковать только прикладной метод боевого искусства Шаолиня, то хотя и будет некоторый вред, он не проявится сразу, как, например, в случае с Сяо Юаньшанем и Мужун Бо. Они использовали свою внутреннюю силу в качестве основы, а затем практиковали приёмы и последовательности боевых искусств Шаолиня, и пытались использовать их. Хотя внутренние повреждения уже появились, они не представляли реальной угрозы для их основ.
Что касается Кумараджи, то он похож на Сюань Чэна из Шаолиня, они оба практикуют и физическое, и прикладное, что очень опасно, но Кумараджа немного отличается от мастера Сюань Чэна.
Буддийская доктрина Кумараджи намного глубже, даже высокие монахи храма Тяньлун в Дали хотели послушать, как Кумараджа объясняет буддийские писания. Благодаря глубокой буддийской доктрине внутренние повреждения Кумараджи были более серьёзными, чем у Сяо Юаньшаня и Мужун Бо, но он всё равно смог их подавить.
Вторая причина заключается в том, что практика неполной версии «Малого БезОбразного Искусства» ещё больше усугубила травмы Кумараджи.
Кумараджа увидел Дин Чуньцю и Ли Цинлуо, беседующих на вилле Мантуо, и случайно услышал секрет «Малого БезОбразного Искусства». Поскольку «Малое БезОбразное Искусство» было чрезвычайно чудесным, Кумараджа украл его.
Однако Дин Чуньцю боялся, что его ученики из секты Синсю украдут «Малое БезОбразное Искусство», если оно будет рядом с ним, поэтому каждый раз, когда он приходил на виллу Мантуо, он забирал один том. Всего в «Малом БезОбразном Искусстве» было восемь томов. Кумараджа украл «Малое БезОбразное Искусство», но украл только семь томов.
Отсутствие самого важного тома, который соединяет чудесные меридианы Чун, привело к тому, что внутренняя сила Кумараджи от практики «Малого БезОбразного Искусства» не смогла проникнуть через восемь чудесных меридианов. Хотя Кумараджа с помощью своего ума и сообразительности насильно заполучил седьмой том «Малого БезОбразного Искусства», это в конечном итоге не изменило того факта, что «Малое БезОбразное Искусство» было повреждено.
Безупречное «Малое БезОбразное Искусство» действительно может имитировать любые боевые искусства в мире, но поврежденное «Малое БезОбразное Искусство» не обязательно.
Чжоу Син опустил голову и задумался, а затем посмотрел на Кумараджу.
Согласно временной линии в оригинальном произведении, Кумараджа должен был получить «Малое БезОбразное Искусство» только тогда, когда он похитил Дуань Юя и отправился в Цзяннань, но теперь этот мир уже полностью перевернулся с ног на голову, поэтому, возможно, Кумараджа получил «Малое БезОбразное Искусство» досрочно.
Если первые две причины ещё можно было объяснить, то третья причина показывала, что Кумараджа несколько не знает границ.
После получения «Малого БезОбразного Искусства» Кумараджа попробовал преимущества использования «Малого БезОбразного Искусства» для управления семьюдесятью двумя техниками Шаолиня и даже решил объединить семьдесят две техники Шаолиня в одно целое!
Нужно знать, что семьдесят две техники Шаолиня были созданы не Дамо, и атрибуты боевых искусств не являются однотипными. Например, Маха Ди из семидесяти двух техник был создан семипалым туто, который провёл сорок лет в Шаолине. Он был пришлым туто из Западных регионов, и его боевые искусства были совершенно отличными от боевых искусств Центральных Равнин. Он шёл по жёсткому и свирепому пути. Эта техника полностью противоположна другим нежным техникам Шаолиня. После практики Маха Ди больше нельзя практиковать другие мягкие техники Шаолиня, иначе обязательно получишь серьёзные травмы и риск впасть в одержимость.
Кумараджа, уроженец Тибета, естественно, не знал всех этих тонкостей Шаолиня. Этот парень был прямолинеен, он тупо заперся в своей голове и сосредоточился на изучении. В это время ему преподнесли ещё и «Искусство Преобразования Сухожилий», которое окончательно стало последней каплей, сломавшей спину верблюда.
Кумараджа таким образом впал в одержимость.
Кумараджа посмотрел на Чжоу Сина. В его невежественном взгляде было полно недоумения. Только что Чжоу Син посмотрел на него дважды, и за такое короткое время на его лице промелькнуло несколько эмоций.
Сначала сожаление, жалость... и так далее. Что это за взгляд, как на дурака?
Кумараджа лишь на мгновение засомневался, ведь он Кумараджа — гений и герой, как этот Чжоу Син мог смотреть на него как на дурака? Наверняка Чжоу Син ошибся.
Кроме того, разве не нормально, что врач погружается в раздумья и обдумывает состояние пациента?
У Чжоу Сина не было настроения обращать внимание на бессмысленные мысли Кумараджи.
Он продолжал размышлять.
Мысль об использовании «Малого БезОбразного Искусства» для управления семьюдесятью двумя техниками Шаолиня изначально не была ошибочной, ведь Сюй Чжу также сделал это в оригинальном произведении.
Просто последовательность практики Кумараджи была полностью перепутана. Если бы он сначала практиковал «Малое БезОбразное Искусство», а затем использовал его для практики семидесяти двух техник Шаолиня, он бы точно не оказался в таком положении, конечно, при условии, что «Малое БезОбразное Искусство» должно быть полным и безупречным.
— Пожертвователь, как оно? Можно ли вылечить мои травмы?
Кумараджа наконец не выдержал и спросил.
Не поймите неправильно, его навыки культивирования ци по-прежнему очень хороши, но это дело касается его жизни, поэтому он должен быть осторожным!
Ну, заранее говорю, что он, Кумараджа, не боится смерти.
Благодаря своей добродетели и буддийской доктрине он обязательно переродится в раю после смерти.
Он беспокоится только о том, что не успеет применить все свои способности.
Если ему действительно суждено умереть, то он должен дождаться, пока Кумараджа прославится на весь мир, а затем попрактикует еще несколько мощных боевых искусств, прежде чем умереть!
— Вылечить можно, и есть три способа, — Чжоу Син протянул руку и сказал.
Кумараджа тут же воспрянул духом. Ничего себе, он даже не заметил, что у него есть внутренние повреждения, а Чжоу Син обнаружил это. Он обнаружил это, и это ещё полбеды, но он еще и придумал три метода лечения?
Кумараджа поспешно спросил:
— Прошу божественного врача Чжоу рассказать подробнее!
Неосознанно Кумараджа даже изменил своё обращение к Чжоу Сину.
Божественный врач Чжоу, всё верно.
Чжоу Син протянул один палец:
— Первый способ — самый грубый и прямой. Национальному наставнику нужно просто отказаться от всех своих боевых искусств. Без внутренней силы как можно впасть в одержимость? Оставшуюся травму можно медленно вылечить с помощью лекарств.
Как только Чжоу Син сказал это, улыбка на лице Кумараджи медленно исчезла, а затем он покачал головой. Отказаться от своих боевых искусств — это всё равно, что убить его.
Скажем так, между боевыми искусствами и жизнью он выбирает первое.
— Однако национальному наставнику было нелегко тренироваться в течение стольких лет, и жаль, что его усилия будут напрасны. Я не собираюсь использовать этот метод.
Внезапный поворот в речи Чжоу Сина застал Кумочжи врасплох, но тот все же продолжил допытываться:
— Какие еще два способа?
— Первый способ — найти кого-нибудь, кто смог бы нейтрализовать внутреннюю силу наставника. Хотя ее и не останется, основа останется, и со временем сила восстановится.
Этот способ, о котором говорил Чжоу Син, был тем самым, который позволил Кумочжи выжить после того, как он сошел с ума. В оригинальной истории Кумочжи сошел с ума, и Дуань Юй высосал всю его силу в заброшенном колодце. Хотя Кумочжи и потерял всю свою силу, это пошло ему на пользу, и он вернулся в нормальное состояние.
Дуань Юй ранее использовал технику «Божественный Палец Северного Моря», чтобы поглотить внутреннюю силу многих людей, не говоря уже о том, что в Долине Десяти Тысяч Бедствий Дуань Юй поглотил силу из морского бога-крокодила с Южного моря, Журавля в Облаках и Е Эрнян из Четырех Злодеев, но позже несколько человек снова появились, и их боевые искусства вернулись к прежнему уровню.
Конечно, сможет ли Кумочжи восстановить свою силу, — еще большой вопрос, ведь в оригинальной истории четко говорилось, что внутренняя сила Журавля в Облаках и других была потеряна лишь наполовину. Кумочжи же должен был позволить кому-то полностью высосать всю свою внутреннюю силу.
Но Чжоу Син считал, что меридианы и даньтянь Кумочжи не повреждены, и если он начнет тренироваться заново, имея предыдущий опыт и некоторые небесные сокровища Тибета, он сможет восстановиться как можно скорее. Чжоу Син так думал, но Кумочжи об этом не знал.
Он слышал, что в мире боевых искусств существует немало техник, позволяющих поглощать чужую силу, но что это значит? Отдать свою силу другим, и при этом еще должен сказать им спасибо? Кумочжи ни за что не смог бы этого сделать.
Кумочжи покачал головой. Что это за божественный врач Чжоу? Почему он постоянно смотрит на всю его силу? То заставляет его отказаться от внутренней силы, то отдать ее другим. От этого у него уже мурашки по коже побежали. Если третий план Чжоу Сина тоже будет нацелен на его внутреннюю силу, то он ни за что не позволит Чжоу Сину лечить его. Он просто развернется и уйдет. Что касается золотых листьев, которые он дал Чжоу Сину ранее, то они ему не нужны. В конце концов, он, как ни крути, был наставником тибетского государства, его статус и положение были на этом уровне, и, естественно, нехорошо забирать вещи, отданные другим.
— Если наставник не желает, то можно использовать только третий план. Просто этот третий план основан на лекарствах, и времени и денег потребуется слишком много, — произнес Чжоу Син.
Кумочжи, услышав это, не смог сдержать вздох облегчения. Главное, чтобы не трогали его внутреннюю силу. Кумочжи слегка кашлянул, похлопал себя по поясному кошельку, а затем с улыбкой сказал:
— У меня есть все, кроме денег!
Сказав это, Кумочжи сменил тему и спросил:
— Однако, что имел в виду божественный врач Чжоу, когда говорил о затратах времени?
Чжоу Син объяснил:
— Предыдущие два способа — самые быстрые, но если использовать третий… По правде говоря, я никогда не видел болезни, подобной болезни наставника, но в священных писаниях, переданных мне моим учителем, описывается, как следует справляться с этой болезнью, но… Эх!
Чжоу Син вздохнул, а затем сказал:
— Наставник, на мой взгляд, нам все же следует использовать первые два способа. В мире боевых искусств наверняка найдется немало тех, кто умеет поглощать чужую силу. Наставник, собрав силу целой страны, найдите такие драгоценные лекарственные материалы, как тяньшаньский эдельвейс или тысячелетний женьшень, и после их приема вы обязательно сможете восстановить свою силу в течение года или полутора лет.
Чем больше Чжоу Син говорил это, тем сильнее хмурился Кумочжи:
— Божественный врач Чжоу, я надеюсь, что вы скажете мне правду, почему вы не хотите использовать этот третий способ?
Чжоу Син открыл рот, а затем снова вздохнул и сложил руки:
— Я слышал от других, что тибетский наставник Кумочжи — гений, он искусен во всем: медицине, гадании, астрологии. Могу ли я спросить, правда ли это?
Нахмуренные брови Кумочжи тут же разгладились, и ему было все равно, кто его хвалит, ведь если кто-то хвалил Кумочжи, то он становился его хорошим братом. Уголки рта Кумочжи слегка приподнялись, глаза слегка прищурились, он слегка кивнул.
— На словах мне наставник может и не поверить, а может даже заподозрить, что у меня есть скрытые мотивы, так почему бы не записать этот метод лечения, и с точки зрения наставника, он определенно сможет увидеть, возможен ли этот рецепт.
Сказав это, Чжоу Син сразу же подошел к столу, взял стопку белой бумаги и начал торопливо писать. Каждый раз, когда Чжоу Син заканчивал писать лист, Кумочжи просматривал его. Похвала Чжоу Сина была не безосновательной, он действительно был сведущ в медицине, и именно поэтому он считал медицинские навыки Чжоу Сина несколько возмутительными.
Он не видел признаков болезни, но Чжоу Син смог их увидеть, и при этом он сразу же раскрыл, что тот практиковал множество боевых искусств. Нужно понимать, что на нем была маска, и в этой ситуации он уже поверил на семь-восемь частей. Теперь, увидев метод лечения, написанный Чжоу Сином, Кумочжи еще больше доверял Чжоу Сину.
Метод лечения, упомянутый в нем, был довольно изящным. Если и было что-то неправильное, так это то, что его просили рассказать о своих боевых искусствах, но в плане лечения это было вполне разумно. Он получил внутреннюю травму, и она была вызвана практикой нескольких боевых искусств.
Эти внутренние травмы были вызваны конфликтом между этими боевыми искусствами. Если не изучить, где находятся эти конфликты, как прописать правильное лекарство? Кумочжи глубокомысленно кивнул.
Чжоу Син стоял в стороне и слегка сглотнул слюну. Клянусь небом и землей, у Чжоу Сина не было никаких личных мотивов. В священных писаниях, переданных ему стариной Таном, действительно было написано так. Чжоу Син не говорил об этом, потому что боялся, что Кумочжи заподозрит, что он хочет завладеть его боевыми искусствами…
Да, Чжоу Син признавал, что он действительно интересовался боевыми искусствами Кумочжи, но это не означало, что Чжоу Син был готов рискнуть обидеть Кумочжи, чтобы действительно попытаться выманить секреты боевых искусств у Кумочжи. Поэтому он просто передал метод лечения Кумочжи, чтобы ему было из чего выбирать.
Сложные психологические переживания Чжоу Сина Кумочжи не понял бы. Он лишь услышал кивок Кумочжи:
— Хорошо!
Глаза Чжоу Сина расширились, что происходит? Неужели Кумочжи согласился, не колеблясь? Чжоу Син боялся, что Кумочжи не поймет, что это значит, и тут же объяснил:
— Наставник, этот третий метод лечения требует, чтобы вы достали свои культивируемые техники!
Кумочжи кивнул:
— Божественный врач Чжоу уже написал метод лечения, я признаю, что мои медицинские навыки все еще в порядке, и этот план лечения действительно чрезвычайно хорош.
Кумочжи немного похвалил план лечения Чжоу Сина, и Чжоу Син был немного горд собой, ведь это было накопление тысячелетнего опыта, разве может быть иначе.
— Я знаю, о чём беспокоится божественный доктор Чжоу. Он, несомненно, боится, что маленький монах подумает, будто вы используете это, чтобы обманом выманить секреты моего кунг-фу. Не волнуйтесь, божественный доктор Чжоу, моё медицинское мастерство достаточно, чтобы отличить правду от лжи. Этот третий план лечения выбран мной, и божественный доктор Чжоу ни при чём!
Произнося эти слова, Цзюмочжи в глубине души без конца поносил Чжоу Сина.
Этот Чжоу Син, как и остальные жители Центральных равнин, поверхностен!
Неужели так важны секреты боевых искусств?
Ему даже не нужно приводить другие примеры. Взять хоть ладонь Снижения Дракона — посмотрите, какие герои Цяо Фэн, Го Цзин и Хун Цигун из банды Нищих Великой Сун. В Великой Сун они превратили ладонь Снижения Дракона в сильнейшую технику в мире.
А теперь посмотрите на Ши Холуна из Великой Мин — он покалечил себя, всего лишь тренируя ладонь Снижения Дракона.
О чём это говорит?
О том, что у людей, занимающихся боевыми искусствами, разные таланты, и достижения у них тоже разные.
Если бы зависело от Цзюмочжи, все школы и секты в мире не должны были бы иметь никаких предубеждений. Все должны просто делиться боевыми искусствами, а достижения зависели бы только от личного таланта и усердия. Разве это не прекрасно?
Разве не нужно смотреть его секреты кунг-фу, чтобы лечить болезни?
Смотрите сколько хотите. Даже если другие увидят, Цзюмочжи всегда будет считать, что главное — это он сам, а не эти секреты кунг-фу.
Конечно, если перед ним окажется мощное кунг-фу, Цзюмочжи никогда не откажется, и даже чем больше, тем лучше.
— Если божественный доктор Чжоу хочет посмотреть, у маленького монаха, естественно, нет возражений, но божественный доктор Чжоу должен пообещать мне одно условие.
Сказал Цзюмочжи. Чжоу Син, не задумываясь, ответил:
— Государственный наставник, не волнуйтесь, я ни в коем случае не раскрою кунг-фу государственного наставника.
Цзюмочжи открыл рот, но так и не стал отрицать. Он не против делиться кунг-фу, но никто из этих мастеров боевых искусств не предлагал ему свои секреты, с какой стати ему просто так раздавать свои?
Цзюмочжи слегка кашлянул и снова сказал:
— Вдобавок, есть ещё одно условие.
— Прошу, говорите, государственный наставник, — сказал Чжоу Син.
Цзюмочжи поджал губы, а затем медленно произнёс:
— Если вы захотите изучить какие-либо из этих техник после просмотра, это зависит только от вашего желания. Я не скажу ничего лишнего и приму это как благодарность за спасение моей жизни. Но среди них есть одна техника, которая имеет большое значение. Прошу вас, не рассказывайте о ней.
Цзюмочжи говорил о технике «Без следа».
Он изучил семьдесят две уникальные техники Шаолиня, и ничего страшного. Он и не думал скрывать это. В конце концов, после тренировки он всегда сможет сказать, что это боевое искусство, переданное из Индии. Всё это буддизм, какая разница, чьё оно?
Если Шаолинь явится к нему, у него будет множество оправданий.
Но с техникой «Без следа» действительно трудно справиться. Это ведь божественная техника даосизма, к тому же принадлежащая Ли Цинлуо и Дин Чунцю из усадьбы Манто. Если об этом станет известно, разве не подтвердится его вина в краже?
Цзюмочжи не хотел, чтобы это произошло.
Кроме того, он это не кражей называет. Просто он не хотел, чтобы Ли Цинлуо, слабая женщина, выносила всё это. Что, если новость о технике «Без следа» просочится, и мастера боевых искусств направятся прямиком в усадьбу Манто? Что тогда делать?
Его сердце, Цзюмочжи, доброе и не терпит подобных ситуаций, поэтому он решительно забрал технику «Без следа».
Да, вот так!
Чжоу Син медленно кивнул, слушая слова Цзюмочжи. Он тоже догадался, что Цзюмочжи, скорее всего, говорит о технике «Без следа».
Этот парень так рано заполучил технику «Без следа»?
Видя, что Чжоу Син только кивает и не задаёт вопросов, Цзюмочжи тоже довольно кивнул. Чжоу Син хорошо понимает ситуацию.
Ему это нравится.
Чжоу Син всё ещё немного ошеломлён.
Некоторое время назад он жаловался, что уровни «Следов на снегу» и «Тысячи разрывов подсолнуха» не так уж и высоки, и только «Девять мечей Догу» чего-то стоят.
А теперь появился Цзюмочжи, который собирается поделиться с ним всеми своими знаниями и умениями?
Чжоу Син всё ещё немного ошеломлён.
Кажется, всё это сон.
http://tl.rulate.ru/book/151321/8998965
Готово:
