Зигга застыл в той позе, почти уткнувшись носом в чёрную панель. Его глаза, красные от бессонницы, не отрываясь смотрели на небольшой участок, который ему удалось отполировать. В нём отразился зелёный зрачок, казавшийся таким же застывшим.
В шатре повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием горящей лампы и тихим, осторожным дыханием Пиджака.
— Начальник? — Пиджак не выдержал и снова тихо спросил. — Эта чёрная глыба… это какое-то сокровище?
— Сокровище… — пробормотал Зигга, повторяя слово. Голос его звучал так, словно доносился издалека. Он медленно выпрямился, огромная ладонь бессознательно гладила холодную внешнюю поверхность. Взгляд его всё ещё был немного отсутствующим, но в глубине зрачков разгорался какой-то жаркий свет.
— Пиджак, — внезапно сказал он, низким и серьёзным голосом, отчего маленький оборванец вздрогнул и вытянулся по струнке.
— Слушаю, начальник!
— Ты сказал, — Зигга поднял толстый палец, указывая на чёрную панель, — эта штука показывает меня, верно?
— Да, да, — растерянно кивнул Пиджак. — Как лужа, только чище.
— А она тебя видит? — Зигга направил палец на Пиджака.
Пиджак замер на мгновение, потом подошёл к отполированному участку, встал на цыпочки и заглянул внутрь. И правда, маленький размытый зелёный пятачок лица мелькнул на краю отражения.
— Видит! Начальник! Видит кончик моего носа! — взволнованно сообщил он.
— А мой гаечный ключ? — Зигга поднёс к панели свой огромный гаечный ключ.
— Видит! Начальник! Целый кусок железа!
— А… мою новую «Ба-бах! Серию Взрывов»? — Зигга указал на устройство, полуприкрытое брезентом в углу шатра, выглядевшее крайне нестабильно.
— Э… угол не тот, не всё видно, но кусочек…
— Заткнись! — внезапно рявкнул Зигга, прерывая болтовню Пиджака. Он резко вдохнул, грудь его тяжело вздымалась, словно он обдумывал что-то одновременно ужасное и невероятно притягательное.
Его взгляд снова упал на панель, но на этот раз в нём была не простое любопытство, а почти безумная жадность и жажда.
— Она может видеть… — его голос окреп от возбуждения. — …Она может видеть меня! Может видеть тебя! Может видеть мой гаечный ключ! Может видеть мою «Ба-бах!»
С каждым словом его голос становился громче, и наконец он почти заорал.
— Тогда она, значит… значит, может показать, как я чиню вещи ключом?! Как собираю «Ба-бах!»?! Как превращаю какую-то дрянь в наших крутых парней?!
Этот рёв, подобный раскатам грома, заставил пыль сыпаться с крыши шатра и испугал Пиджака, который тут же плюхнулся на пол.
Зигга же полностью погрузился в свой мир. Он всё быстрее ходил вокруг верстака, инструменты звенели, а он непрерывно выплёвывал обрывки мыслей:
— Пусть парни видят… не на словах! Не после хвастовства! — Это! Эта блестящая чёрная доска! — Пусть она на меня смотрит! Что бы я ни делал, она покажет! — А потом… потом…
Он резко остановился, его огромное тело дрожало от волнения. Он поднял голову, взгляд его, казалось, пронзил ветхую крышу шатра и устремился к бескрайней и хаотичной планете Гром, и даже дальше, к далёким звёздам.
— …А потом я «отправлю» то, что увижу! Отошлю каждому парню! Чтобы им не пришлось тащиться в мою шаткую лачугу, чтобы увидеть, как я, Большой Зигга, делаю свои технические штучки!
Эта идея была настолько абсурдной, настолько дикой, но в то же время… WAAAGH! Она идеально соответствовала орочьей философии «Если я думаю, что это возможно, значит, это возможно!»
Пиджак разинул рот, его маленький мозг совершенно не мог справиться с таким объёмом информации. — О-отправить? Как отправить? Грузовиками? Сколько же нужно грузовиков…
— Идиот! — Зигга с силой шлёпнул по верстаку, отчего устройство подпрыгнуло. — Не железки отправлять! А «тени»! «Изображения»! Как… как звук может передаваться! Мы должны заставить «тени» передаваться!
Он размахивал руками, пытаясь объяснить эту, самому себе до конца непонятную концепцию: — Эта штука! Эта железка! Она точно мне поможет! Это знак от Братьев-Механиков! Чтобы я придумал что-то новое! Какой-то новый, самый крутой способ WAAAGH!
Когда он упомянул «Братьев-Механиков», для технического парня это означало высшую степень самоубеждения и подтверждения вдохновения.
— О!!! Братья-Механики! — Пиджак, услышав это имя, тут же вытянулся. Хотя он всё ещё не совсем понимал. — Тогда… что нам делать?
— Что делать? — Зигга широко улыбнулся, обнажив ряд больших белых зубов, сверкавших в свете лампы. Улыбка эта была смесью безумия, уверенности и безграничного ожидания. — Починить её! Запустить её! А потом… заставить её служить мне!
Его взгляд снова упал на молчаливое устройство. Теперь он смотрел на него совсем иначе. Раньше это была интересная побрякушка, теперь же – ключ, ключ, открывающий дверь в новый мир!
— Электричество! Во-первых, электричество! — Он снова поднял два крокодила, искрящих электричеством, но на этот раз не пробовал наугад. Он внимательно осмотрел интерфейсы на боковой стороне устройства, затем взглянул на свой опасный «Многофункциональный Зарядник».
— Интерфейсы не совпадают… Чёрт, орки только и умеют делать всё наперекосяк! — проворчал он, но мозг его работал с бешеной скоростью. — Я думаю… нужно сделать переходник! Точно! Переходник!
Он тут же принялся за дело, словно зелёная молния, роясь в шатре, собирая различные мелкие металлические провода, старые разъёмы, и начал свою любимую «я думаю»-сварку.
— Пиджак! Не стой столбом! Держи лампу! Сюда свети! — Принеси ту катушку тонкой медной проволоки! Да! Ту, что почти кончилась! — Плоскогубцы! Самые маленькие!
В шатре снова зазвенели молотки, послышался треск сварки и возбуждённые команды Зигги. На этот раз цель была ясна, а энергия била через край!
После суматошной работы (во время которой чуть не произошёл небольшой взрыв из-за короткого замыкания) появился крайне уродливый, покрытый шрамами от сварки, но, казалось, работоспособный переходник. На одном конце – толстый провод с зажимами для крокодилов, на другом – несколько тонких металлических щупов, грубо выгнутых в соответствующие формы.
— Готово! — Зигга осторожно держал своё новое творение, словно держал святыню. Он затаил дыхание и медленно поднёс щупы к нескольким портам питания на боковой стороне устройства.
— Молись, Братья-Механики… — редко помолившись, произнёс он, затем осторожно вставил щупы в интерфейсы.
Подключено!
Он взглянул на Пиджака, и тот с тревогой посмотрел на него.
Зигга глубоко вдоxнул и другой рукой медленно свёл искрящие крокодилы на другом конце переходника.
— Жжжух… Пи-па!
Взрыв более яркой электрической искры, переходник мгновенно покраснел, и едкий запах гари снова наполнил воздух. Устройство резко вздрогнуло, несколько индикаторов на корпусе тускло, мерцая, загорелись красным, а затем быстро погасли.
— Ай! Горячо! Горячо! — Зигга бросил горячий переходник, тряся обожжёнными пальцами.
— Начальник! Опять не получилось! — разочарованно вскрикнул Пиджак.
— Не получилось, вот ещё! — Зигга возбуждённо уставился на устройство. Пусть индикаторы горели лишь мгновение, но он видел это ясно! — Оно загорелось! Видишь? Оно потребляет электричество! Оно не совсем сдохло!
Хотя реакция была крайне слабой, это доказывало, что его направление было верным! Эта штука нуждалась в электричестве, и его «я думаю»-переходник, казалось… вероятно… возможно… уловил проблеск чего-то?
— Напряжение не то? Слишком большой ток? Или порядок интерфейсов неправильный? — Зигга потёр обожжённые пальцы, но не был обескуражен, наоборот, интерес к исследованию только усилился. — Ничего! У меня полно времени, чтобы с ним побороться!
Он снова поднял слегка деформированный переходник, внимательно изучая следы обгорания, пытаясь определить, где именно возникла проблема.
— Похоже, нельзя просто так… нужно идти по орочьей логике… — пробормотал он, его взгляд становился всё более сосредоточенным.
Пока он был полностью поглощён исследованием, как лучше обеспечить эту человеческую аппаратуру питанием, он не заметил, что во время этого сильного, нестабильного энергетического удара, один крайне незначительный, уже повреждённый компонент внутри устройства, будучи насильно активированным, отправил вовне последний, почти неопределимый, с крайне странной частотой энергетический импульс.
Этот импульс, словно камень, брошенный в бескрайнее море, быстро утонул в повсеместном фоновом излучении WAAAGH! и шуме подпространства планеты Гром.
Однако, в бесконечных, пёстрых глубинах подпространства, непостижимых физическим расстоянием, в области, построенной из чистейшего сенсорного удовольствия и предельных эмоций, пара ленивых, но любопытных глаз, чуть приоткрылась среди бесконечных цветов и мелодий. Взгляд, небрежно направленный в сторону источника импульса.
В этом взгляде была доля игривости, доля скуки и доля… пробудившегося, крайне слабого интереса.
Словно намёк на двусмысленный розовый шёлк, промелькнувший сквозь хаос вселенной.
http://tl.rulate.ru/book/151009/11056936
Готово:
