Лучшей похвалы для Этри быть не могло.
Но Безумец, ковавший железо, просто поднялся, ничуть не улыбнувшись.
— Истинное Железо, — просто произнес он.
— Понял, — так же лаконично кивнул Энкрид.
Обменявшись этими краткими фразами, он вышел из кузницы и ускорил шаг.
Особой срочности не было. Он просто хотел как можно скорее вернуться и опробовать свой новый Меч.
Технически, это был меч «Мукгымджин-ынчхоль», но такое название было слишком громоздким.
«Было бы лучше придумать имя, как у Кривоглазого», — подумал он. — «Что-то столь же интуитивное и броское».
«Меч из Трёх Железок?»
Если бы у меча была собственная Воля, он, вероятно, выскочил бы из ножен и сбежал в знак протеста. Но поскольку Воли у него не было, ничего подобного не произошло.
«Мне нравится», — Энкрид восхитился собственным даром именования.
Хотя Истинное Железо было основным материалом, называть его просто «Мечом Истинного Железа» казалось неточным.
Истинное Железо различалось по качеству. То, с которым работал Этри, обладало особенным свойством: будучи заточено, оно было хрупким, но при ковке в монолитную основу его твёрдость увеличивалась, а вес распределялся равномерно.
Не зря Чёрный Змей использовал его для доспехов. Оно гораздо лучше подходило для защитного снаряжения. Тем не менее, Этри умело превратил его в хребет меча.
Оставшийся материал был отложен для исследований.
К тому времени, как Энкрид покинул кузницу, обменявшись по пути несколькими словами и мыслями, рынок начинал оживать.
Он ещё не был переполнен, поскольку разделение районов, установленное Крайсом, предотвращало чрезмерную давку, да и время было раннее.
Пока он шёл по рынку, его шаги следовали ровному ритму: левая нога вперёд, правая нога вперёд.
Затем, прежде чем его левая нога вновь коснулась земли, его рука легла на рукоять меча.
Развернувшись на левой лодыжке, он естественным образом отступил правой ногой на полшага, останавливаясь.
За это короткое движение Энкрид успел охватить взглядом всё вокруг.
Справа вверху он увидел скатанные брезенты и деревянный каркас нового здания, а также гвозди и молотки, оставленные плотником.
Слева — необычайно рано проснувшийся ребёнок, бездумно сидевший на ступеньках перед домом.
Солнечный свет струился с чистого неба, отбрасывая тени на здания и палатки, среди которых двигались люди.
А за перекрёстком, в центре рынка, стояла мечница.
Она не пряталась в тени и не пыталась себя скрыть.
Её доспехи представляли собой смесь железных пластин, сшитых вместе в кирасу, с кожаной защитой, покрывающей её от пояса до бёдер.
В её облачении чувствовалась непоколебимая уверенность.
Губы её шевельнулись.
— Это ты, верно? — спросила она. Это был вопрос, но на самом деле нет.
Она уже знала ответ. Вот почему она не стала ждать, а начала действовать.
Легким толчком от земли она пересекла перекрёсток.
Дзиньк.
Её клинок был вынут на полпути, рассекая воздух, пока она лавировала среди покупателей.
Сверху траектория её движения напоминала бы Плавную дугу.
Она наступала, как хитрая змея, без усилий скользя сквозь толпу.
Её клинок, словно клыки готовящейся к броску змеи, был направлен прямо в центр лба Энкрида.
Дзынь!
Естественно, он промахнулся.
Энкрид отступил в сторону и взмахнул Пенной вверх.
Новый меч ещё не привык к его руке.
Это была не та схватка, где он мог позволить себе испытывать незнакомое оружие.
Вж-жух.
Пенна тоже промахнулась.
Он прочитал идеальный момент, нанеся удар по неизбежной траектории, но она в ответ прочитала его движение и отступила.
В следующее мгновение она уже была под тентом, брезент которого был закатан, а конструкцию поддерживали деревянные столбы.
Глубокая тень падала на половину её фигуры.
Едва заметно изогнутые губы красноречиво говорили о её настроении.
«Она улыбается».
Она выглядела довольной.
Затем она снова двинулась.
Её скорость была впечатляющей — наравне со скоростью самого Энкрида.
Клинки сталкивались, за ними следовали уклонения.
Ни одна из сторон не могла нанести решающий удар, да и, похоже, не пыталась.
Их движения были настолько отточены, что даже предсказать следующий шаг было непросто. Они читали движения друг друга на одинаково высоком уровне.
Хлыст, Щёлк., пронзание, Вжик.
Словно по молчаливому согласию, они вели дуэль посреди движущейся толпы.
И при этом ни один посторонний не пострадал.
Пенна пронеслась прямо над головой ошеломлённого ребёнка, сидевшего на ступеньках.
Контролируемая сила взмаха вызвала лишь лёгкий ветерок, взъерошивший его волосы.
Он поколебался, затем рефлекторно погладил голову — к тому времени оба бойца уже миновали его.
Клинок мечницы проскользнул прямо над плечом пожилой женщины.
Старушка, слегка смущённая, приостановилась и наклонила голову, но осталась невредимой.
— А?
Не все не заметили боя.
Но понять, что происходит, было совсем другое дело.
Пекарь, рано проснувшийся, чтобы приготовить товар, моргнул в замешательстве.
Что-то промелькнуло мимо него? Трудно сказать.
Ни один из бойцов не остановился.
То, что пронеслось перед его глазами, исчезло так же быстро, как появилось.
На первый взгляд, это выглядело почти как игра в догонялки.
Проблема была в том, что в их «догонялки» были замешаны мечи.
Их непрерывные, стремительные движения делали для прохожих понимание происходящего почти невозможным.
— Это... драка? — Таким был единственный вывод, к которому они могли прийти.
Энкрид знал, что сражаться здесь для него невыгодно.
Если его противница решит нацелиться на мирных жителей, ему придётся защищать их и одновременно сражаться.
Она умело использовала толпу как щит.
Его сила была превосходящей, но это поле битвы не позволяло использовать её в полной мере.
«Это плохая тактическая позиция».
В прошлой битве он сделал всё, чтобы внимание «Одного Убийцы» было сосредоточено исключительно на нём, не позволяя врагу нанести сопутствующий ущерб.
Женщина перед ним, однако, обладала превосходным пониманием тактики.
Разве в индивидуальных дуэлях нет тактики?
Отнюдь.
На самом деле, они полны ею.
Любое усилие по использованию факторов окружающей среды и получению даже малейшего преимущества относится к сфере тактики.
«Она в этом лучше, чем я».
Нескольких обменов ударами хватило Энкриду, чтобы убедиться в этом.
Она знала, как использовать окружение.
Она заявила права на местность, сделав её своим преимуществом.
Каждый человек рядом с ней становился её щитом.
И наоборот, каждый человек рядом с Энкридом становился ответственностью, которую он должен был защищать.
Это не означало, что он видел в них обузу.
Если бы это было так, он бы не дал клятву защищать всё, что находится за его спиной.
«Мне нужно это рассчитать».
«Меч Рассекающий Волну» — это не просто блокирование.
Это техника меча, которая оттачивала разум, доводя высокоскоростное мышление и принятие мгновенных решений до предела.
С момента возвращения в Пограничье Энкрид проводил время в схватках с членами своего отряда.
Неужели он ничего не извлёк из этого времени?
Это было не так.
Даже если медленно — настолько медленно, что Рем счёл бы это досадно странным, — Энкрид всё равно двигался вперёд.
И тем самым он что-то приобрёл.
Он расширил область применения «Меча Рассекающего Волну».
Отчасти это было вдохновлено особенностями Джаксена.
— Всё дело в расширении сенсорного поля для установления собственной территории, — говорил Джаксен, и Энкрид делал нечто подобное.
Что он видел, что слышал, что обонял, что ощущал языком и что касалось его кожи…
Он конденсировал все эти входные данные в свою интуицию, предсказывая, что должно произойти.
Он мгновенно воспринимал всю окружающую информацию, снова и снова обрабатывая и рассчитывая.
«Сверло пробивает круг».
Продукт совершенствования «Меча Рассекающего Волну» — он слил свой образ мышления с техникой.
Другими словами, посредством расчёта он мог видеть будущее.
«Высокоскоростное мышление позволяет видеть дальше оппонента».
Его глазные яблоки горели, а из носа капала кровь, касаясь верхней губы.
Чтобы выполнить это, должны были быть соблюдены несколько условий.
Во-первых, место должно было быть знакомым.
В противном случае количество факторов в его расчётах взорвалось бы, и его мозг попросту лопнул бы.
Во-вторых, он должен был знать свои пределы.
«Слишком много, и я потеряю сознание».
Даже человеческий мозг перегревается и выходит из строя.
Он уже испытал это на собственном опыте.
Прямо сейчас Энкрид идеально соблюдал оба условия.
Может быть, он не часто посещал рыночную площадь Пограничья, но его улицы были ему знакомы.
А что касается контроля своих пределов — он бесконечно практиковал это, повторяя сегодняшний день снова и снова.
Ключ был в контроле.
А когда дело доходило до контроля Воли, Энкрид был самым безумным мастером среди всех.
Он резко топнул носком — специально.
Это привлекло внимание.
Расчёты были игрой вероятностей.
Он предварительно прочертил несколько линий.
Вместо того чтобы просто уклониться для получения небольшого преимущества, он вызвал будущее, в котором они столкнутся, загоняя противницу в безвыходное положение.
Энкрид перенёс будущее, которое видел в своём сознании, в настоящее.
Почувствовав прикованные взгляды, он сместил стойку в сторону.
По сравнению с тем, что было раньше, его движения были поразительно медленными.
Увидев разрыв в его высокоскоростных движениях, противница расценила это как возможность.
Клинок полетел к нему слева сзади.
Энкрид плавно изогнул талию, вытягивая меч самым минимально необходимым движением.
«Новый меч здесь».
Левой рукой он полуобнажил меч, используя его как щит.
Если бы противница отвела атаку, он бы немедленно рванул вперёд, преследуя её клинком.
Зная это, у неё не осталось выбора, кроме как завершить атаку.
Лязг!
Звук раздался намеренно.
Как только эхо столкновения мечей прокатилось по площади, кто-то наконец крикнул…
— Драка!
Крайс когда-то настаивал на проведении учений по эвакуации для жителей Пограничья на случай чрезвычайных ситуаций.
Тогда граждане проклинали его за то, что он заставлял их проходить через такие «бессмысленные» тренировки.
Но что теперь?
В тот момент, когда они услышали крик, они бросились бежать — ныряя в дома и магазины.
— Стража! — крикнул кто-то ещё.
— Наше время здесь будет недолгим, не так ли? — пробормотала мечница, понимая, что её атака провалилась.
Однако она не выказала разочарования потерей живых щитов.
Она никого не брала в заложники.
Она была Рыцарем.
Или, по крайней мере, кем-то с сопоставимым мастерством.
Вместо того чтобы ответить словами, Энкрид просто вложил свой полуобнажённый меч обратно в ножны.
Щёлк.
Плавный при извлечении, плавный при возвращении.
Воистину, прекрасный меч.
Даже ножны рассматривались как часть оружия.
Они были тщательно проработаны до самого конца.
Если бы он не был уверен в победе или если бы ситуация стала опасной, он бы без колебаний обнажил новый меч, пусть даже и незнакомый.
«Пенны хватит».
Но поскольку он не думал, что проиграет, он не стал этого делать.
Что-то казалось странным — лицо противницы было смутно знакомым.
Но откуда?
Он не мог вспомнить.
Как бы хорошо он ни запоминал лица, невозможно было вспомнить каждую мимолётную встречу из прошлого.
— Ваше тактическое мышление превосходно. Вы оценили это поле боя как неблагоприятное и устранили его недостатки, — снова заговорила женщина-мечник.
Энкрид просто кивнул.
Тот факт, что он не атаковал убегающих людей, был достаточно красноречивым ответом.
— И вы уверены, что сможете одолеть меня, не так ли? Этот полуобнажённый меч — вы только что его получили? А другой меч, вы недавно сменили оружие? Судя по его длине, он компенсирует определённый недостаток. И по одностороннему лезвию, он специализируется на рубке.
В её словах содержались ответы.
Она не требовала ответа.
Она слегка опустила меч — клинок с необычайно белым блеском.
Даже после их краткого столкновения Энкрид понял — это не обычный меч.
— Интересно, что сейчас делают остальные? — затем она внезапно заговорила снова.
— Вы думаете, я пришла сюда одна?
Возможно, это привычка — каждое предложение было вопросом.
— Нет, вероятно, нет.
Даже когда она не ждала ответа, её слова всегда имели подтекст.
— Кто вы? — на этот раз спрашивал Энкрид.
Если она была не одна, значит, другие тоже попали в засаду.
Это означало, что их целью был не только он, но и само Пограничье.
Её личность было трудно угадать.
Информации было слишком мало.
Но если он не знал, то должен был просто спросить.
Конечно, выбив это из неё.
— Как вы думаете, кто я? — спросила она, снова двигаясь.
Теперь, когда посторонние исчезли, она казалась более раскованной — её работа ног была быстрее, чем раньше.
Её меч оставлял послеобразы, превращаясь в полосу света, рассекающую пространство.
Энкрид ни на секунду не прекращал расчёты.
Чтобы видеть раньше противника, он «разогнал» свой разум ещё сильнее.
Он рассчитывал вероятности и искал самый рациональный путь.
Возможно, это был истинный путь, чтобы каждый удар был правильным ответом.
Его перегревшийся мозг лихорадочно искал решение.
Посреди траектории приближающегося клинка он прочитал намерения противницы и выбрал лучший ответ.
Его натренированные мышцы были идеальными инструментами для поддержки высокоскоростного познания.
Лязг!
Сила удара была такой, что рукоять Энкрида задрожала.
Его противница была мощна.
— Чёрт, ты силён, — пробормотала противница в удивлении, но её голос странно растянулся.
Даже говоря, она двигалась — её шаги были динамичными, и она снова бросилась вперёд.
Среди сверкающих клинков Энкрид продолжал свои расчёты.
Даже когда кровь хлестала из его носа…
Он был в восторге.
Честно говоря, эта драка была чертовски весёлой с самого начала…
Его мозг будто плавился от возбуждения.
***
http://tl.rulate.ru/book/150358/8945354
Готово:
