Среди континентальных жителей, говоря о восточниках, ходило такое общее высказывание:
«Они выносливы, непреклонны и упрямы до мозга костей».
Ганс был одним из таких восточников.
А те из них, кто остался в Мартаи, разделяли одно особое убеждение:
«Посмотрим, чего ты на самом деле стоишь».
Это означало, что они затаили обиду на нынешнего лорда Мартаи. Ганс не был исключением.
— Остановили «колонию»? Черт, разве это не подстроено? — Ганс, имевший богатый опыт в игре в кости, дал волю своему воображению.
Ведь когда в игре в кости жульничают, всегда выигрывают одни и те же, не так ли?
Раньше, всякий раз, когда Мартаи угрожала опасность, было обычным делом просить помощи у восточного Короля Наёмников.
Но после проигранного сражения лорд был убит. Власть принял новый командующий, и с тех пор земли попали под контроль Пограничья.
Вскоре после этого область поразил крупный кризис, который, как утверждалось, был побежден всего лишь горсткой солдат Пограничья.
«Черт, ничего здесь не сходится».
Для Ганса вся эта ситуация была раздражающей до крайности.
Если чудовищ можно прогнать силами всего нескольких солдат, то насколько они вообще были опасны?
Ганс не был свидетелем битв Энкрида.
Пока другие сражались на поле боя, он пил и спал, считая безопасность этой земли отдельной от своей собственной.
Между восточниками и континенталами возникло – едва заметное, но явное – разделение.
Тем не менее, знающие люди понимали, что произошло на самом деле. Но Ганс? Он слышал только то, что хотел слышать.
Образцовый дурак.
Его работой было давать свои кулаки в аренду и получать взамен скудные серебряные монеты.
«Если бы там сражался я, – подумал он, – разве я бы не справился с горсткой упырей? А эти так называемые псоглавые твари? Это же просто дворняга с человеческим лицом. Один Выпад! – и готово».
В конце концов, восточники были известны тем, что убивали львов одним мечом.
Сам Король Наёмников совершил это в восемнадцать лет, убив льва-людоеда в восточных равнинах – это был его первый легендарный подвиг.
— Должно быть, использовал какие-то артефакты или трюки, — пробормотал один из собутыльников Ганса, подталкивая его.
Мужчина протянул Гансу бокал вина.
Ганс сделал Глоток.
Сладкий вкус был почти медовым, теплым и жгучим. Легкое головокружение быстро прошло, но он сжал челюсть, не желая выглядеть опьяневшим.
— Неплохо, сладко, но легко, — заметил Ганс.
— Хорошее, не правда ли? Свежая партия, — усмехнулся друг.
Не заметив едва уловимого изменения в движениях Ганса, разговор перешел на оскорбления.
— Говорят, этот парень ничего, кроме смазливого лица, не имеет. Женщины так и вешаются на него.
Кровь Ганса вскипела при упоминании Лени, дочери трактирщика, которая ему нравилась.
Когда Ганс подслушал, что так называемый «Очаровательный Командир» и его отряд находятся в ее таверне, он решил, что пришло время действовать.
«Этот ублюдок сегодня получит по заслугам».
Подпитываемый жидкой храбростью и уязвленной гордостью, Ганс ворвался в таверну.
В тот момент, когда он увидел Энкрида, его ярость возросла.
Разве так должен выглядеть благородный солдат?
А тут еще Лени: ее глаза прикованы к Энкриду, и она почти не отводит взгляда.
Ганс резко вскочил. С визгом его стул опрокинулся с громким Грохотом!
Энкрид наблюдал за сценой со спокойным весельем.
«Так вот она, проблема?»
Он обменялся взглядом с Ремом, который поднял бровь.
Затем Рем окинул взглядом их отряд – Аудина, Данбакель и Терезу.
Любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, дважды подумал бы, прежде чем ввязываться в драку с этой группой.
И все же перед ними стоял этот человек, сжав кулаки, смердящий показной храбростью.
Энкрид внутренне вздохнул.
«Что за идиот?»
Одним мимолетным взглядом, подкрепленным обостренными чувствами, Энкрид оценил Ганса.
Было ясно, что мужчина прошел некоторую подготовку. Его тело показывало признаки регулярных нагрузок, мышцы были хорошо развиты, а в том, как он располагал руки и переступал с ноги на ногу, чувствовалась привычка. Даже последовательность движений, когда он оттолкнул стул и встал, намекала на опыт.
Завершив оценку, Энкрид незаметно выставил вперед левую руку, одновременно отводя правую ногу назад.
Всякий наблюдательный человек распознал бы намерение, стоящее за стойкой Энкрида. Однако его противник не проявил ни малейшего признака понимания – ни единого проблеска.
Абсолютно ничего.
— Эй, не думаешь, что слишком задираешь нос на чужой территории? — прорычал мужчина.
— Мне его убить? — буднично спросила Данбакель. Внезапно Энкрид вспомнил инструкции лорда: полегче.
— Я сам справлюсь, — сказал Энкрид, поднимаясь на ноги. Никто из его спутников не обратил на это особого внимания, но глаза его противника налились кровью – пугающе сильно. Они были насквозь пропитаны яростью.
Впрочем, это не имело значения.
— Ублюдок! — взревел мужчина, бросаясь на Энкрида.
С пластичностью и точностью Энкрид увел тело в сторону, чтобы уклониться от удара, подтолкнул предплечье Ганса и слегка пнул его по бедру. Вся последовательность развернулась без швов, одно движение, перетекающее в другое, подобно Плавному потоку.
Даже Рем и остальные не могли не восхититься исполнением.
Это была практическая адаптация техники в стиле Валах, использующая ее принципы в физической форме – навык, которым Энкрид недавно увлекся.
Нападавший споткнулся вперед, едва не врезавшись головой в стол. Но Энкрид, вместо того чтобы дать ему рухнуть, поймал его за шею и поднял.
Ошеломленный, мужчина огляделся, пытаясь понять, как все так быстро обострилось.
Энкрид оттолкнул его, и мужчина, шатаясь, встал на ноги, кипя от ярости.
— Что... что, черт возьми, только что произошло? — пробормотал он, его гнев усилился еще больше.
Не в силах сдержаться, мужчина потянулся к ножу на поясе.
— Если вытащишь его, ты мертвец, — пробормотал Рем, небрежно жуя сухарик. Сахар, прилипший к его губам, делал его предупреждение на удивление комичным.
Но слова не дошли до мужчины. Все, на чем он мог сосредоточиться, было непреодолимое желание ударить ножом самодовольного ублюдка перед собой.
К этому моменту рациональная часть его мозга полностью отключилась, и его ярость вышла из-под контроля.
Энкрид заметил что-то странное в поведении своего противника. Пока он размышлял, не сломать ли ему пару конечностей, чтобы положить этому конец, в воздухе раздался резкий Щёлк!
Мужчина рухнул, нож все еще был зажат в руке, а глаза закатились, когда он обмяк на полу.
Стоявший позади него Джаксен схватил обмякшее тело, перевернул его и принюхался ко рту.
— Ты чего? Обзавелся странным фетишем? — съязвил Рем.
Игнорируя замечание, Джаксен повернулся к Энкриду.
— Его кто-то накачал наркотиками, — заявил он.
— Накачал?
Джаксен подробно объяснил, что мужчине ввели смесь, предназначенную для нарушения рассудка и вызова гипнотического состояния – нечто, что могло оставить необратимые повреждения при неправильном введении.
Медленные аплодисменты прервали разговор.
— Впечатляет, — прозвучал голос. — Подумать только, вы разобрались в этом так быстро.
Группа обернулась и увидела приближающегося мужчину. Его самодовольная походка сопровождалась звоном. На поясе у него висела кожаная фляга, к правому боку были привязаны два ножа, а короткий меч свободно болтался в ножнах на левом бедре.
Уже по его манере ходить было ясно – этот человек не дилетант.
Энкрид молча смотрел на новичка, внимательно изучая его.
Острые, похожие на крысиные черты лица мужчины дернулись в нервной улыбке, когда он поприветствовал их.
— Приветствую.
Никто не ответил. Даже Рем, который редко хранил молчание, скрестил руки и просто наблюдал с легким презрением. Сладкие остатки на его губах ничуть не умаляли его напряженного присутствия, словно он мог в любой момент замахнуться своим неуклюжим боевым топором или пикой, конфискованной им у вождя кентавров.
Энкрид чувствовал, что Рем готов к действию.
Это могло закончиться быстро.
— Ты кто такой? — наконец нарушил молчание Джаксен.
Мужчина театрально развел руками, делая вид, что обдумывает ответ.
— Я пришел от «Чёрного Клинка».
Это название немедленно вызвало напряжение. «Чёрный Клинок» был печально известной бандой воров.
Руки Энкрида свободно свисали по бокам. Ничего хорошего от дел с ними никогда не жди.
Мужчина защитно поднял руки.
— Я пришел не драться! Я всего лишь гонец, чтобы передать сообщение.
Персонал таверны и оставшиеся посетители замерли, нервно наблюдая за развитием событий.
— Вы никогда не думали о смене сторон? — спросил мужчина, и по его лицу поползла хитрая ухмылка.
Энкрид нахмурился.
— Значит, ты просишь смерти?
— Ну-ну, — забормотал мужчина, — уверяю вас, я пришел с самыми лучшими намерениями! «Чёрный Клинок» не принимает отказа, знаете ли. А тот маленький трюк с наркотиком? Считайте это небольшой демонстрацией.
Мужчина жестом указал на Ганса, словно подчеркивая свою мысль.
— Это искреннее предложение – отличная возможность. Подумайте об этом, — настаивал он, его тон становился все более отчаянным.
Энкрид ожесточился.
— Так ты действительно просишь смерти, да?
Позади него Рем издал фырканье, явно наслаждаясь предсказуемым обменом репликами.
Мужчина попытался сохранить самообладание, хотя на лбу его уже выступали бисеринки пота.
— «Чёрный Клинок» не отступит. А Данбакель – разве у тебя нет долгов, которые нужно уладить?
Он бросил взгляд на женщину-зверя, и в его словах сквозила скрытая угроза.
Данбакель спокойно кивнула, выражение ее лица было нечитаемым.
«Этот псих стал еще безумнее», — мрачно подумал гонец.
Вздохнув, он попытался снова.
— Послушайте, это золотая возможность. Проблемы Данбакель можно уладить, и мы можем дать вам все, что вы хотите – даже место в ордене Рыцарей, если это ваше стремление.
Энкрид оставался невозмутимым, хотя было ясно – «Чёрный Клинок» проделал домашнюю работу.
Улыбка мужчины стала хитрее.
— Ну? Что скажешь на это?
Мужчина спрашивал глазами.
Энкрид говорил обдуманно.
— Ты хочешь умереть? Или нет? Почему ты не отвечаешь на вопрос?
Пфф.
Лишь когда Рем хмыкнул во второй раз, выражение лица гонца изменилось.
«Эти ублюдки… Стоит ли показать им, на что я способен?»
Он едва заметно пошевелил пальцами, скрывая движение.
Пришло время упасть нескольким убийцам с крыши.
Наступила тишина.
Хм? Мужчина снова несколько раз щелкнул пальцами, скрывая движение. Только тогда что-то Вжухнуло с крыши.
— Кья!
Раздался крик официантки, ставшей свидетелем этого.
Бум. Бум.
Два трупа.
Их шеи были проколоты. Стоявший рядом с ними мужчина с рыжими волосами произнес:
— Похоже, это все ваши трюки.
«Ах, черт возьми. Что это такое?»
«У каждого есть свой шанс, но как можно так легко обнаружить и уничтожить высококлассных убийц?»
Лицо гонца помрачнело еще сильнее.
— Если вы убьете меня, «Чёрный Клинок»...
Вжух, Бум. Взмах, Хруст! Бах!
— Кьяяя!
Гонец потянулся за дымовой шашкой, говоря при этом.
Но прежде чем он успел что-либо сделать, Рем метнул свой топор, даже не переводя дыхания.
Его правая рука двигалась так быстро, что была едва видна. Обостренные чувства Энкрида уловили каждый этап этого процесса.
Несбалансированный топор без рукояти пронесся по воздуху, обнажая лезвие, и вонзился мужчине в голову. От удара член «Чёрного Клинка» отлетел, ноги его взметнулись вверх, а тело с грохотом врезалось в стену таверны, прежде чем рухнуть на пол.
Это было всё.
Гонец «Чёрного Клинка» теперь был трупом.
Раздался еще один крик официантки, а Джаксен, невозмутимый, с привычной легкостью начал рыться в вещах мужчины.
Сложенные клочки бумаги, кожаный мешочек, дымовая шашка, Яд, нож – вот что он нашел.
Внутри аккуратно сложенного кусочка бумаги был странный порошок.
Похоже, это был наркотик, способный околдовывать людей.
— Не паникуйте слишком сильно. Если вы свяжетесь с гарнизоном, они придут и все уберут, — сказал Энкрид, все еще стоя на ногах. Для него это было не более чем муха, прервавшая их трапезу.
Конечно, это был переполох, но ничего слишком серьезного.
Что действительно выделялось, так это мастерский бросок топора Рема и точные движения Джаксена.
— Ха-ха, похоже, даже бандиты дьявола подают признаки жизни, Брат, — небрежно заметил Аудин, и группа двинулась дальше.
Независимо от того, какие интриги плел «Чёрный Клинок», их целью была встреча с дварфом.
В конце концов, это была первоначальная цель.
Дварф сидела в углу кузницы, ела вино, сыр и хлеб.
Лязг! Лязг!
Звуки металлообработки и жар, казалось, не имели к ней отношения. Дварф окунала расплавленный сыр пальцами и начисто облизывала их.
Судя по всему, новости в округе распространялись быстро. К тому времени, когда они вернулись с осмотра рынка, слухи о действиях Энкрида уже разлетелись повсюду.
Дварф оглядела группу и сказала:
— Кажется, вы умеете драться.
Ее тон был дерзким. Энкрид изучал ее.
Сколько ей лет?
Ее сородичи часто выглядели моложе своих лет, так что, возможно, она была старше него. Но внешне она походила на маленькую девочку лет пятнадцати.
Конечно, она была не просто девочкой. Это был мускулистый юноша с шеей, которая выглядела толще его собственной.
Тем не менее, ее лицо было изящным и аккуратным – она была довольно симпатичной.
Крейс не лгал, когда говорил, что она красива.
И все же, по общепринятым стандартам, ее было трудно отнести к настоящим красавицам.
— Ты считаешь это красивым? — пробормотал Рем с оттенком пренебрежения.
Дварф пробормотала в ответ:
— Я тебя слышу, седовласый идиот.
Ее манера говорить была пылкой.
А Рем был, ну, Ремом.
Варвар тихо усмехнулся и спросил Энкрида:
— Думаешь обзавестись чучелом дварфа в качестве трофея? Похоже, я только что подобрал свежего мертвеца.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942386
Готово:
