Краткая вспышка озарения.
Эстер прекрасно понимала, что задумали пять вражеских магов, каковы их намерения — она понимала всё.
Это потому, что она сама была странницей, погружённой в мир магии. А главное, вражеская группа состояла из магов, которые были ниже её по рангу.
«Магия иллюзий и ментальная магия».
Это была комбинация двух школ.
Хотя она не знала точных названий заклинаний, ей был понятен их рабочий механизм.
Это была магия «Сна Бездны».
Она вызывала атмосферу комфорта как иллюзию, за которой следовал дар безмятежности.
Идея была умна.
Свести кого-то с ума тяжело, но предложить спокойствие тем, кто уже находится под ментальным давлением, невероятно легко.
Вероятно, они жаждали мира и комфорта, поскольку ментальные заклинания, как правило, должны были именно это и дать.
Чем больше человек чего-то желал и жаждал, тем легче ему было это принять.
Разрушить заклинание было просто. Ей достаточно было рассеять магию. Но Эстер решила этого не делать.
Она решила позволить спящим оставаться спящими.
Она не собиралась раскрывать, что может принимать человеческий облик.
Конечно, она не хотела никого убивать только для того, чтобы заставить замолчать.
«Я всё ещё человек, так что ничего не меняется».
Она была приверженкой мира магии.
Она решила идти по пути, отличающемуся от пути обычных людей.
Поэтому, даже если другие обнаружат, что леопард на самом деле человек, в конечном итоге они всё равно окажутся в объятиях Энкрида. Она не собиралась этому мешать.
«Забавно, что я беспокоюсь об этом в такой момент».
Не было причин отказываться от Силы, которая сглаживала проклятие.
Она не могла не волноваться по поводу женщин, слетающихся вокруг него.
Обычные люди склонны испытывать ревность и зависть, поэтому, если вокруг него появятся другие женщины, он может отдалиться от неё.
В таком случае ей придётся силой пробиваться в его объятия.
Правильный ход — заблокировать это до того, как это произойдет.
«Если не сработает, применю силу».
Она даже подумывала о том, чтобы вырубить Энкрида и занять его место.
Мгновенно в голове Эстер промелькнули самые разные мысли, и она всему нашла логическое объяснение.
В конце концов, она пришла к выводу, что неважно, кто знает.
Её голубые, глубокие глаза, похожие на глаза леопарда, но отличающиеся, повернулись в сторону владельца голоса.
«Я думала, что стану твоей великолепной спасительницей».
Появился Рем с хитрой ухмылкой. Это был красивый мужчина с седыми волосами, невысокий, но влиятельная фигура, чьи способности нельзя было игнорировать.
«О?»
Эстер ответила небрежно.
В то же время она быстро поняла, почему противник сопротивлялся заклинанию.
«Он освоил мистические искусства».
Это была не магия, а иная дисциплина.
Она не чувствовала необходимости делать вид, что знает об этом.
Она была не единственной, кто бодрствовал.
«Похоже, сюда пришли поиграть забавные ребята».
Аудин, гуманоидный монстр с телосложением, способным соперничать даже с медведем, бодрствовал. У него были бледно-желтые глаза, и его внешность также была выдающейся.
Глядя на его сбалансированное телосложение, она подумала, что если бы у неё был такой голем, как он, это было бы весьма полезно.
«Я даже не успела вызвать Болвана».
Вспышка-голем, которого она получила от прошлого Энкрида, всё ещё отдыхал внутри её мира. Конечно, это была ещё незаконченная работа, поэтому он не был готов к использованию.
В любом случае, она примерно поняла, почему Аудин бодрствовал.
«Божественная сила».
Это была нежеланная Сила, та, что исходила от богов.
Позже Джаксен и Рагна также проснулись, по-видимому, не затронутые предыдущим обмороком.
«Пойду-ка я спать».
Рагна, похоже, пробудил в себе немного Силы воли.
Джаксен? Он был загадкой. Казалось, он превзошёл свои пределы, тренируясь до крайности.
Пока они все по очереди просыпались...
«Хм».
Энкрид застонал во сне.
«Спишь ты крепко».
«Как скучно. Наверное, из-за недостатка тренировок».
«Спящего не стоит тревожить. Лучше хорошо сражайся, когда бодрствуешь».
«Хех, похоже, наш Брат командир роты устал. Это потому, что его физическая Сила ещё не до конца проявилась».
Начиная с Рема, затем Джаксена, Рагны и Аудина, все они комментировали спящего командира роты.
Среди этого Рем добавил комментарий, глядя на спящую звероженщину.
«Если мы оставим её так, будут проблемы».
Но как она могла так спать в такой ситуации?
Неужели зверолюди не обладают естественным сопротивлением магии?
На самом деле, это было неизбежно.
У Данбакел было очень низкое чувство собственного достоинства, и заклинания комфорта и покоя были для неё словно роковым недостатком.
Конечно, Рема это не беспокоило.
Он просто думал, что с этим нужно что-то делать.
Эстер не собиралась выставлять напоказ свою магию, но и оставлять трупы тоже не собиралась.
Она махнула рукой в воздухе.
Используя невидимую силу — базовое заклинание телекинеза, обычно применяемое магами, — она покатила пять трупов к входу в палатку.
— Заклинание, нарушающее восприятие, скоро развеется, — обратилась она к остальным.
Пока Рем что-то отвечал, оставшиеся трое, казалось, даже не заметили её присутствия.
Заметили ли они заранее?
Возможно, отчасти это так.
— Я собираюсь поспать.
В конце концов, были такие, как Рагна. Превратится ли она в человека, леопарда или покрытого мехом Гиганта, таким людям, как он, было бы всё равно.
«Как странно».
Эстер почувствовала искреннее недоумение.
Она ожидала хотя бы какого-то удивления — если не полного шока — при виде себя.
Или, возможно, она тайно на это надеялась.
Все эти люди были связаны в одном круге, в центре которого находился черноволосый мужчина, который даже в такой ситуации крепко спал.
Когда лимит времени истёк, Эстер снова превратилась в леопарда и прильнула к Энкриду. Чёрная мантия, покрывавшая её, рассеялась, как дым, исчезнув, словно впитавшись в землю.
Только после того, как она вернулась в облик леопарда и заклинание, нарушающее восприятие, развеялось,
Вендженс, вероятно, часть патруля, вошёл в палатку и воскликнул:
— Что это такое?
Вонь крови и вид трупов лишили его дара речи.
— Раз уж ты здесь, помоги убраться, ладно?
Командиру, проигравшему битву, можно простить, но тому, кто потерпел неудачу в бдительности, — нет.
Вендженс не мог понять, как эти люди проникли на территорию.
Он не мог знать, что здесь были замешаны маги.
— О? Э-э, хорошо, — ответил он.
Он просто предположил, что на них напали убийцы.
Однако, осмотрев мёртвых, он не нашёл их особенно хорошо обученными.
Это была просто сбивающая с толку ночь.
Сообщить об этом, вероятно, разозлило бы командира батальона Маркуса, но не сообщить было нельзя.
Итак, Вендженс передал сообщение через охрану капитана ночью.
А на следующее утро, когда Маркус проснулся:
— Оставь. Любой убийца, который сюда придёт, просто свалится в яму муравьиного льва, — небрежно отмахнулся он.
По правде говоря, Маркус намеренно разместил отряд Энкрида по периметру.
Он подозревал, что силы Мартая могут послать убийц в последней отчаянной попытке.
В то же время он считал это бесполезным занятием.
«Мы ведь даже того эльфа-полукровку поймали раньше».
Тот убийца был довольно известен, не так ли?
Маркус был дотошен в сборе разведданных, полагая, что такие детали ведут к победе на поле боя.
— Пусть шлют ещё. Некоторые люди учатся, только обжигая руки о горячую сковороду, — усмехнулся Маркус. Хотя он не знал, что здесь был замешан маг, теперь он питал необъяснимое, абсолютное доверие.
Он верил, что Энкрид выживет и преодолеет любые испытания.
Тем не менее, у него была ещё одна мысль.
— Рыцарь, значит.
Тот сон, о котором упоминал Энкрид.
Тогда Маркус счёл это вычурной ерундой. Но теперь это казалось вполне правдоподобным.
Если так, какова была роль Маркуса?
Если Энкрид станет Рыцарем — присоединится к рыцарству…
«Под началом Сайпруса?»
Это не очень вписывалось в картину.
Кто знает? Это дело будущего, и они разберутся, когда придёт время. А до тех пор Маркус будет делать то, что должен.
В конце концов, он мог и не дожить до того, как Энкрид станет Рыцарем.
Он был на грани того, чтобы шагнуть во что-то столь же опасное.
— Так что пусть каждый сам позаботится о своей шее, — закончил Маркус.
Маркус делал то же самое.
Насыщенно-чёрная тьма, полотно, написанное тенями. Ни звёздного света, ни лунного, никакого света.
Только рябь реки, лодка и Перевозчик, сидящий на ней.
Единственное отличие от прежнего:
«Теперь я могу видеть глаза».
Энкрид заметил что-то похожее на глаз на части лица Перевозчика. Только с одной стороны.
Если бы его спросили, похож ли он на человеческий глаз, он, вероятно, ответил бы, что не знает.
Всё, что он знал, это то, что, увидев его, он признал его глазом.
Это был сон.
Перевозчик пристально смотрел на него, и через этот взгляд Энкрид почувствовал присутствие глаза.
Чтобы ощутить такой сильный взгляд, глаза должны существовать.
— Ты и впрямь странный, — заметил Перевозчик.
Энкрид чувствовал себя так, словно его губы были зашиты ниткой. Он изо всех сил пытался открыть рот.
Поэтому он собрал силы, раздвигая губы, словно разрывая воображаемые швы.
— Так когда Стена снова появится?
— Абсолютная константа. Передается на 100%.
Стена — это проклятие, предназначенное для того, чтобы причинять страдания людям, загонять их в угол и мучить.
Вот что такое проклятие, Стена.
Перевозчик знал это слишком хорошо. Но противник перед ним на самом деле просил о Стене.
«Что за Безумец», — пробормотал Перевозчик про себя, а затем обратился к Энкриду взглядом:
— Ты безумен.
С этим знакомым титулом Энкрид открыл глаза. Сон расплылся. Река, Перевозчик и кромешная тьма — всё исчезло.
Урч...
Как только он открыл глаза, в его руках почувствовалось тепло. Это была Эстер.
Стоило ему открыть глаза, как леопард тоже открыл свои. Почему-то казалось, что её глаза стали ещё более человечными, чем вчера.
— Хорошо спала? — поприветствовал он и поднялся, приступая к утренней тренировке. Только потому, что вражеский город был окружён, не было причин прекращать тренировки.
— Хорошо спал? — Рем редко спрашивал о его собственном сне.
Он лёг, заснул и как следует выспался. Это означало, что он хорошо спал.
Сны не имели значения. Даже если это был кошмар, он просто стряхнёт его, когда проснётся.
— Есть ли причина, по которой я мог бы плохо спать?
— ...Ты удивительно раздражаешь.
О чём он сейчас говорит?
— Твоя сенсорная тренировка хромает, — вставил Джаксен, который ворчал с самого утра, а также Аудин, который был более воодушевлён, чем обычно, высказывая свои комментарии.
***
— Ещё один! Ты можешь! Брат!
Неужели он забыл, что это поле боя? Неужели Аудин хотел так перенапрячь его?
Это было повторение приседаний с большим камнем на спине, а затем подъёмов.
Мышцы его бёдер, казалось, вот-вот разорвутся, но, как сказал Аудин, он мог это сделать.
— Ты что-нибудь почувствовал прошлой ночью? — снова спросил Рем, подойдя ближе.
— Это была хорошая ночь.
Было не слишком жарко и не слишком холодно, так что это был хороший сон.
Когда он проснулся, в казарме был лёгкий запах крови, но он подумал, что это просто следы поля боя.
Энкрид узнал об убийце после обеда.
Благодаря Вендженсу он получил эту новость.
— То есть я не проснулся?
— Это был маг, маг, — тут же начал Рем и принялся дразнить Энкрида за то, что тот не проснулся, задаваясь вопросом, что не так с его нервными окончаниями. Энкрид не мог не почувствовать беспокойства по этому поводу.
«Почему я не проснулся?»
Заклинание? Какой-то снотворный запах?
Тогда что насчёт его команды? Почему они проснулись?
В нём чего-то не хватало. Чего-то, что отличало его от других.
Он уже знал, что это.
«Воля».
То, что люди называли Силой воли.
Он не торопился, но всё же хотел этого. Он знал, что нужно делать, чтобы получить это.
Каждый день он тренировался с мечом.
Тренируя и закаляя своё тело посреди поля боя. Никто на это не хмурился.
Знать о своих недостатках означало желать стать лучше.
Энтузиазм и страсть вспыхнули снова. Жар, который колотил его сердце, охватил Энкрида.
Именно этот жар заставил его внезапно спросить пришедшую Эльфийку-командира роты:
— Когда мы будем сражаться?
— Мы пойдём в наступление сегодня днём.
— Будем использовать Лестницы? А что насчёт ворот?
— Просто передай сообщение как есть. Ты поведёшь атаку?
Энкрид кивнул.
Он не был уверен, что Ольф делал внутри Мартая, но теперь, когда они заняли эту позицию, почему бы не выбрать стратегию прорыва ворот?
Вопреки его ожиданиям, битва была довольно скучной.
— Поднять щиты!
Энкрид, Рем, Аудин и остальные подняли щиты и двинулись вперёд.
Это были большие квадратные щиты. Они были сделаны наспех, но достаточно, чтобы блокировать несколько стрел.
Затем они пошли в наступление.
Битва была скучной по одной причине.
Бум, бум, бум... Урч...
По мере их приближения, со звуком вращающегося шкива, ворота открылись.
Стрелы, выпущенные со сторожевых башен и стен, потеряли свой смысл, поскольку они держались близко к воротам и стенам.
Держась близко к стенам, они оказывались вне зоны досягаемости стрел.
— Почему они открыты? — пробормотал Рем.
Энкрид тоже был озадачен. Войска по обе стороны ворот разделились.
— Это магия командира бригады, — ответил Энкриду командир первой роты, следовавший за ними.
Это действительно казалось магией.
Энкрид мог примерно догадаться о причине.
«Он посадил зерно».
И это было не просто зерно, а достаточно мощное, чтобы открыть ворота.
Навык впечатлял.
Нет, дело было не только в этом.
Когда Энкрид вошёл через ворота, его осенило краткое осознание.
Он учился как на мечах своих союзников, так и на мечах врагов, но кое-что он также почерпнул из стратегии Маркуса. Короткое, но пронзительное озарение ударило его.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942312
Готово:
