Затрещал тревожный колокол, но никто из тех, кто уже проснулся, не собирался возвращаться ко сну. А те, кто спал, ещё не успели очнуться.
Всю ночь они не смыкали глаз. Весть о том, что отряд гноллов вернётся, лишила их покоя.
И вот чудовища и звери вернулись.
На этот раз всё было иначе.
Существа, наступающие с одного края пустоши, отличались от прежних.
Среди них виднелись новые, странные предметы.
Двое или трое монстров несли длинные, необычные орудия с собой.
Это были «инструменты» – длинные брёвна с просверленными по центру отверстиями.
В отличие от прежнего, они не просто неслись вперёд бездумно. В этот раз в их продвижении прослеживался некий порядок.
Существа двигались группами, и их были десятки.
Дойч, вспоминая свою бытность наёмником, оценивал их численность методом, которому его научил бывший военный наёмник.
Он сложил пальцы кольцом, а затем, считая им гноллов, прикидывал, сколько таких колец поместится на общей площади.
— Двадцать...
Примерно двадцать на одно кольцо, и, похоже, всего их было около пятидесяти.
Среди гноллов и гиен ползали также похожие на гулей существа.
Это было ужасное число.
Больше, чем вчера.
Даже вчерашний день был кошмаром.
Ужасающей была вся эта ситуация, но хуже всего – длинные полые инструменты, которые несли твари.
— Лестницы? — пробормотал Дойч.
По спине у него пробежал холодок.
Гноллы принесли лестницы.
Монстры-гноллы использовали оружие, поэтому логично, что они могли использовать и инструменты.
Что было ещё более шокирующим, так это то, что лестницы казались сделанными наспех.
— Они сами их сделали?
Нет, постойте, какого чёрта, гноллы что, действительно сделали лестницы?
Теперь стало очевидно, что за этим кто-то стоит, кто-то дёргает за ниточки.
«Еретики», — мелькнула мысль, и тут же его охватило ещё более глубокое чувство ужаса.
Непосредственное беспокойство вызывали лестницы.
Быстро сколоченные или тщательно сделанные – если они достигнут верха стен, качество уже не будет иметь значения.
— Кипящее масло! — рефлекторно выкрикнул Дойч.
— Неужели такое возможно? — эхом отозвался крик старосты деревни.
Ещё оставались камни для метания, но их было не то чтобы много. Были и стрелы, но можно ли ими одолеть армию, которая, кажется, насчитывает тысячу монстров? Когда они столпятся у подножия стен, стрелы хотя бы попадут в цель.
Но всего двадцать лучников?
Они не могли обливать врага кипящим маслом, как при настоящей осаде.
Может, им собрать какую-нибудь нечистоту и облить их ею?
Неужели немного дерьма или мочи заставит гноллов или гиен отступить?
Это была невозможная мысль.
Если бы они продержались ещё неделю, пришло бы подкрепление, но смогут ли они?
«Если бы только камней было достаточно».
А что, если все двадцать лучников и жители бросятся в бой? Смогут ли они что-то сделать?
Как только камни будут брошены, боеприпасов больше не останется, а использовать жителей в рукопашной схватке – это всё равно что кормить гноллов редким стейком.
За день невозможно добыть достаточно камней, да и рабочей силы для этого нет.
Они принесут, что смогут, но этого не хватит.
Так врага не остановить.
«Невозможно».
Как только лестницы будут установлены, всё будет кончено.
Разница в численности ясно показывала, что одними стрелами и падающими камнями их не остановить.
Даже если за этим стоит культист и действуют проклятия, как от этого защититься?
Было бы чудом, если бы они не рухнули от истощения.
На данный момент у самого Дойча не было способа противостоять проклятию.
Это не тот масштаб, с которым мог бы справиться даже бывший наёмный командир, тем более в таком поселении.
Честно говоря, Дойч просто хотел сбежать.
Победа, одержанная вчера, уже стёрлась из памяти.
Строители, нанятые для возведения стен, в шутку называли их «Стеной Безумца Энкрида», но разве это шутка сейчас? В конце не останется даже фундамента.
Если так пойдёт дальше, это место станет гнездом колонии гноллов.
Это будет их деревня.
Деревня гноллов – какой абсурд.
Если бы был организован крупный экспедиционный корпус, деревня гноллов сгорела бы в мгновение ока.
Но что делать тем, кто умрёт и потеряет всё тем временем?
Дойч вложил всё своё состояние и все свои силы в это поселение.
Если он его потеряет, то останется ни с чем.
Ему придётся снова взять в руки меч и начать всё с нуля.
Так что, стоит ли бежать?
Действительно ли это выход?
«Если я сбегу, куда мне идти?»
Идти некуда.
Если он сбежит со своими наёмниками через каменоломню, куда он направится дальше?
Может, пересечь границу?
Дойдёт ли он вообще?
Путешествие без подготовки было бы равносильно подписанию смертного приговора.
Но его опыт наёмника подсказывал, что бегство может быть лучшим шансом на выживание.
— Чёрт, — вырвалось у него.
И тут это случилось.
— Как там зовут того парня?
— Дойч, — прошептал кто-то рядом.
Герой прошлой ночи, безумный командир взвода с чёрными волосами и синими глазами. Человек, который в одиночку бросился в орду гноллов и с одного удара сразил их вожака.
— Дойч, давай-ка распахнём дверь, — заговорил Энкрид.
Брови Дойча от разочарования сошлись на переносице, эмоции бурлили, как разбивающиеся волны.
Рядом Крайс своим кристально чистым голосом процитировал заготовленные слова.
— Вы ведь не забыли, что командование принадлежит моему командиру взвода? Вы будете выполнять приказы, капитан обороны пограничной деревни.
Это было всего лишь повторение того, что нужно было сказать, но эффект был неоспорим.
Крайс не был высокомерен или напорист в своём тоне.
Но время было выбрано идеально.
Выхода не было, не так ли?
Глядя на ситуацию, количество лестниц, монстров – всё было гораздо хуже, чем когда они только приехали.
К тому же, появились культисты.
Каков их план?
Что он вообще мог сделать?
Если подытожить: это был путь к бегству.
Отказавшись от командования, Дойч мог уйти от ответственности.
С точки зрения Крайса, Дойч был немного медлительным, но хорошим человеком.
«Ему будет лучше сдаться сейчас», — подумал Крайс. Капитан пограничной деревни? Что толку в этом звании?
Будет ли какая-то польза от сохранения такой роли?
В конце концов, это был азарт.
Сколько было неудачных пограничных деревень?
Учитывая, как запутана ситуация, Крайс думал, что сам бы уже разграбил это место со своими наёмниками и убрался восвояси.
Честно говоря.
Конечно, Крайс не мог этого сделать.
Если бы он сделал это, то мог бы получить клинок от Энкрида.
Но это правда.
Командир взвода искренне заботился о людях.
Но мысль об этом вызывала у него лёгкую тошноту.
Энкрид всегда выбирал самые странные вещи, на которых нужно было сосредоточиться.
И сейчас он продолжал в том же духе.
Это произошло сразу после того, как зазвонил тревожный колокол.
— Мы с Луагарн и Эстер выйдем, — сказал Энкрид.
— Куда?
— За стены.
Крайс, честно говоря, вчера задавался вопросом, не ударился ли Энкрид головой во время боя.
— Ты же знаешь, что вчера мы едва не погибли, верно?
Энкрид кивнул.
— Да, это было близко.
Неужели он не заботится о собственной жизни?
— Соберись, Энкрид, — подумал Крайс. В тот же миг Энкрид заговорил, и Крайс, не желая снова получить удар, отвёл взгляд.
— Что, если нам сегодня не повезёт?
— С нами Луагарн.
— Каким бы великим ни был Лягух, что делает Луагарн Рыцарем? Это ведь не так?
— Нет, не так.
— Значит, это опасно.
— Ты знаешь, что делать. Найди себе полезное занятие.
Слова Энкрида были чёткими и краткими, ознаменовав конец разговора.
После этого Крайс начал разрабатывать стратегию самостоятельно.
«Полномасштабная битва только с одним человеком, Лягушкой и пантерой? Что могут сделать остальные?»
Поддержка, конечно, будет.
«Может, я смогу пустить стрелы в нужный момент».
Крайс отбросил эту мимолётную мысль и сосредоточился на том, что нужно было сделать прямо сейчас.
— Тогда я беру командование и говорю: Открыть ворота! — твёрдо произнёс Крайс.
К тому времени, как он закончил говорить, Энкрид, Луагарн и Эстер уже были у ворот.
Крайс видел, как они идут к воротам, а Эстер семенит за ними.
«Только не умирай, прошу», — молча молился Крайс.
Если командир взвода умрёт, ему тоже будет трудно выжить.
Крайс не считал Энкрида дураком.
«Должно быть, он что-то задумал».
Хотя это казалось безрассудным, Крайс доверял ему.
Он вспомнил спину Энкрида, того, кто однажды преградил ему путь на поле битвы.
Тогда они едва выжили.
Энкрид тогда и сейчас были несравнимы.
Дело было не только в повышении с командира отряда до командира взвода.
Выросло его мастерство.
Его мечта стать Рыцарем перестала быть шуткой.
Он стал намного сильнее, до ужаса сильнее.
— Я приказал открыть! Неповиновение карается обезглавливанием, Дойч Пуллман! — Голос Крайса приобрёл новую тяжесть.
Прежнего принуждения не было, но теперь оно стало очевидным.
Он не был наёмным капитаном, как и Энкрид.
Он был всего лишь слабым человеком, и поэтому ему приходилось полагаться на свою Силу.
— ...Да, сэр, — ответил Дойч, бывший капитан обороны, бросивший свои обязанности.
— Отруби головы тем, кто откажется подчиняться, — сказал Крайс Дойчу, хотя на самом деле не ожидал, что тот кого-то обезглавит.
Конечно, этого не произойдёт.
С громким скрипом заработал шкив, и деревянная дверь медленно открылась.
Энкрид, Луагарн и Эстер вышли наружу.
В отличие от вчерашнего безрассудного натиска, сегодня они столкнулись с более организованной силой: гноллы, гиены и отряд гулей приближались с одной стороны.
Где-то внутри, вероятно, прятались и культисты.
Сила, достаточно большая, чтобы называться армией, и всего трое стояли перед ней.
Крайс почувствовал сухость в горле при этом зрелище.
Он тяжело сглотнул, пытаясь скрыть это от других.
Что бы они ни делали, он должен был их поддержать.
— Приведите всех лучников, которые у вас есть! — позвал он.
— И соберите камни вокруг, чтобы в любой момент можно было бросить.
Жители немедленно начали действовать в ответ на приказы Крайса.
Установив бревенчатые баррикады, они приготовились вновь встретить врага.
Энкрид почувствовал облегчение от того, что Крайс взял командование на себя, избавив его от необходимости беспокоиться о мелочах.
«Если бы не сокровище, я бы попал в настоящую беду», — подумал он.
Если бы не карта, Крайс никогда бы не пошёл на эту миссию.
Иначе Энкриду пришлось бы самому заниматься всеми этими мелочами лидерства.
Дойч Пуллман, одноглазый мужчина с глефой, выглядел как человек, потерявший самообладание.
«Он похож на того, кто будет бороться и умрёт. Такое у него лицо».
Это было знакомое выражение – Энкрид видел его много раз.
Отметив это, Энкрид отбросил мысль прочь.
Вместо этого он сосредоточился на своём мече, на себе и на новых осознаниях, которые он обрёл.
Пришло время для этого.
Стоя перед деревянными воротами, он, естественно, вспомнил ночной сон.
Разговор с Перевозчиком и его собственная реакция, всё, что произошло потом, было по-прежнему живо в его памяти.
— Ты пошёл коротким путём, — сказал Перевозчик. В его словах не было эмоций.
«Так уж вышло», — мысленно ответил себе Энкрид.
Каким-то образом Перевозчик понял.
Несмотря на спокойную воду, лодка качалась вверх и вниз, словно отражая внутренние чувства Перевозчика.
Казалось, Перевозчик думал: «Как ты посмел? Пойти коротким путём? Прибегнуть к таким уловкам?»
Тем не менее, Энкрид оставался невозмутимым.
— Правила свяжут тебя, и ты потратишь время на сожаления, но это не конец, — Перевозчик прочитал что-то вроде стиха, предупреждая его, но Энкрид лишь кивнул.
Он не совсем понял, что имел в виду Перевозчик, но что он мог поделать?
Он был слишком сосредоточен на том, что ждало впереди.
И вот сон продолжился, превращаясь в кошмар.
Он оказался в ловушке в колодце, глядя на сияющий вверху лунный свет, не в силах выбраться, как бы ни скребся о стены.
Он до крови ободрал ногти во сне, отчаянно пытаясь вскарабкаться, но это было безнадёжно.
Вот почему он так ворочался во сне.
— Что это был за сон? — спросила Луагарн, когда деревянная дверь открылась.
— Это был сон с прекрасной луной, — ответил Энкрид.
Это не было ложью.
Лунный свет над Чёрной Рекой был прекрасен.
Даже во сне он был опьяняющим.
Не нужно было алкоголя; одного лунного света было достаточно.
— Это не похоже на кошмар.
— Не похоже?
Они обменялись несколькими обыденными словами.
— Ах, — издала звук Эстер, когда дверь открылась.
Энкрид взглянул в сторону и поймал взгляд Эстер.
— Сможешь сегодня снова помочь? — спросил Энкрид.
Эстер была необычной пантерой, и Энкрид это уже понял.
А что насчёт него?
— Хух, — он сделал глубокий вдох и напомнил себе о том, что узнал.
Ах, нужно было проверить кое-что ещё.
Он чуть не забыл.
— Луагарн.
— Говори.
— Покажи, на что способна.
«Как хорошо будет сражаться спровоцированная Лягушка?» — напомнил себе Энкрид о факте, который мог быть забыт.
Луагарн заметно надула щёки.
«Гр-р-р.»
— Ладно, посмотрим, — сказала Лягушка, первой пришедшая в движение.
С громким Бах, она топнула по земле, подняв в воздух пыль, и бросилась вперёд.
Зрелище было невероятно обнадёживающим.
Хотя и любопытным.
Насколько хорошо может сражаться спровоцированная Лягушка?
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942204
Готово:
