Какой была та изначальная тьма, которую он должен был преодолеть?
«Претерпеть ранения и превзойти игру лидера».
Лидер был удивительно быстр и вооружён отравленным кинжалом.
«Бой, где даже царапина определит исход».
Поединок, в котором победа или поражение зависели от единственной царапины. Казалось, что эта преграда была уготована именно для него.
Время реакции – увидеть и ответить, а также координация тела, начинающего движение в тот самый миг, когда глаз осознает угрозу.
Не овладев этим, победа казалась невозможной.
Энкрид думал о противнике как о стене, но решил добавить небольшое «изменение» в подход. Это можно было назвать своего рода обманом.
«А что, если столкнуться с ней, не получив ни единого ранения?»
Пусть это и измотает его, но способы управления выносливостью имелись. К тому же, жителям деревни первопроходцев не придётся умирать.
Энкрид поступил именно так.
Теперь настало время проверить результат своих действий. Проще говоря, Энкриду нужно было понять: пересёк ли он ту стену, или просто потратил время впустую.
Подтверждение было простым. Нужно было просто подождать, пока пройдет время.
Итак, вывод был таков:
«Я не возвращаюсь».
Он моргал, моргал, моргал, моргал.
И сколько бы он ни моргал, результат был тот же. Ночь была глубока, и время возвращения уже миновало.
Значит, он пересёк стену.
— Что ты делаешь?
Это был голос Крайса, который наблюдал за ним со стороны. Он лежал рядом.
Он же был обладателем того голоса, который Энкрид слышал ранее.
«Что за мир, что за ситуация, ха. Неужели в этом году мне просто не везёт?»
Пробормотав это, он спросил Энкрида, чем тот занимается.
— Мне кажется, в этом году мне везёт.
— Кажется, это не ошибочное утверждение. Если бы тебе не везло, ты бы, вероятно, не выбрался оттуда живым. Но почему у тебя такие глаза? Выглядишь, будто в тебя вселился злой дух. Это пугает, давай так больше не будем.
— О, неужели?
С этими словами Энкрид моргнул ещё несколько раз. Моргая, он размышлял:
«Возможно ли продержаться день, используя эту «короткую дорогу»? Или это и был изначальный путь? Или же это просто вопрос преодоления так называемых «стен»? Он не знал. По сути, всё это было непонятным сумбуром. С самого начала его к этому привели лишь необъяснимые события.
Появится ли это в моих снах сегодня? Может быть, спросить у Перевозчика? Я не жду приятного ответа, но это лучше, чем не спрашивать вообще».
В конце концов, всё это было бессмысленно. Тратить умственную энергию на подобные вещи было бесполезно. В таком случае, лучше бы он замахнулся мечом ещё раз.
Хлюп!
Посреди его размышлений Эстер, сидевшая у него на руках, прижалась к его груди.
Возможно, из-за радости, которую она испытала ранее, она не покидала его груди с самого возвращения. Даже во время купания они разделили горячую деревянную кадку с водой, которую приготовили рабочие.
— Кьярха.
Она выглядела совершенно довольной, издавая вздох, более похожий на шипение пара, чем на её обычный резкий крик. Она прижалась всем весом к груди Энкрида, мягко мурлыча, пока засыпала.
Он вынес её из ванны, опасаясь, что она может утонуть, хотя это было маловероятно.
В любом случае, Энкрид окончательно осознал, что день полностью прошёл.
Он пересёк стену и выжил.
Сегодня был день, когда он научился чему-то новому, основываясь на своём инстинкте уклонения. Наступило завтра.
— Уже завтра? — пробормотал он, опьянённый ночью, лунным светом и ветром.
— Ещё полночь, — ответила Луагарн. Она вернулась, покрытая грязью с прилипшими к ней листьями, и стояла на фоне луны.
— Ты вернулась?
Энкрид гадал, когда же Луагарн явится, и, казалось, она вернулась, пережив полный день.
Луагарн не знала о нападениях монстров и зверей, происходивших в это время.
— Я убежала далеко за каменоломню. Тот, о ком ты говорил, еретик, – ты был прав. Он сбежал.
Энкрид и Луагарн обменялись разговорами, которые отложили на потом. Тут Луагарн сообщила, что упустила еретика.
— Упустила его?
Слова «Лягух упустил человека? Просто человека? Даже если это священник-еретик? Лягушка, из всех, упустила человека?» вспыхивали и исчезали в глазах Энкрида.
Луагарн почувствовала, как в ней поднимается странное недовольство. Поддавшись этому, она произнесла, не подумав:
— Ну, это было объяснимо.
— О, понимаю. Ясно.
«Должно быть, она ослабила бдительность, или, может быть, Фрёг – немного идиот. Может быть, поэтому она всё ещё здесь. В противном случае, она бы уже вернулась в столицу, не так ли?»
— Прошу прощения?
— Кажется, твои глаза снова говорят что-то другое.
— Я?
Энкрид ответил со своим обычным невозмутимым видом. Он просто смотрел, но его глаза говорили совершенно иное. Лягушка была немного дурой, но её наблюдательность была остра.
— Эй.
— Да?
— Неважно.
Она действительно упустила ситуацию из виду. Возможно, он и не собирался называть её дурой. Его взгляд был довольно неуважительным, но, видимо, непреднамеренным. Хотя, по правде говоря, она упустила еретика. И всё же это казалось странным.
— Вероятно, это как-то связано со зверями и монстрами, — сказал Энкрид, и Луагарн согласно кивнула.
— Те, кто сегодня отступил, могут и не разбежаться.
Луагарн снова кивнула. Если в этом замешан священник-еретик, он вполне может занять место лидера колонии.
Напавшие монстры и звери не были легендарного уровня, а гноллы – всего лишь низкоуровневые твари. Низкоуровневые твари, как правило, глупы. Среди них есть гули. Если учесть, что о гулях говорят, что у них нет мозгов, то и гноллы не очень умны. Они склонны сражаться группами и бить сзади, но на этом всё. Если бы это был просто один гнолл и один гуль, справиться было бы проще.
Конечно, если бы эти звери были вооружены и организованы как армия, это была бы другая история.
— Вот почему гноллы были так хорошо вооружены. Их, должно быть, подготовили еретики. Это означает, что они могут вернуться завтра, — заключил Энкрид.
В этот момент Луагарн подумала, что глаза Энкрида, кажется, говорят что-то ещё.
«Это случилось, потому что ты его упустила, не так ли?»
— Твои глаза...
Луагарн собиралась что-то сказать, когда в самый подходящий момент подошёл Дойч Пуллман.
— Они же не просто отступили, верно?
Дойч стоял неподалёку, и, услышав столь важный разговор, не мог молчать.
— Думаю, что нет, — ответил Энкрид.
— Почему?
Последовавший вопрос Дойча заставил Энкрида мельком взглянуть на Луагарн.
— Вдохновитель, стоящий за группой монстров, всё ещё на свободе.
— Вдохновитель? Да, мне тоже казалось, что что-то не так, — кивнул Дойч.
Всё сходилось: вооружённая группа монстров, ненормальное количество собравшихся тварей. К тому же, среди союзников, особенно среди его подчинённых, были люди, похожие на шпионов.
— О, твой пропавший адъютант был еретиком, — добавил Энкрид, что стало настоящим шоком.
«Этот парень?»
Дойч Пуллман покачал головой, пытаясь избавиться от ненужных мыслей.
— Я отправил голубя, но подкрепление прибудет не раньше, чем через неделю. Поблизости нет никакой поддержки. Сейчас не время для полусырого отряда наёмников.
Даже если бы они могли нанять наёмников, использование их в таком масштабном сражении полностью опустошило бы их запасы кроны. Не говоря уже о том, что собрать такое количество наёмников само по себе было сложной задачей.
У Дойча был только один выход: просить поддержки у знати, которая стояла за деревней. Он уже отправил голубя, но маловероятно, что подкрепление прибудет меньше чем через неделю.
— Это может занять неделю, — пробормотал Энкрид себе под нос.
Это был почти шёпот, не предназначенный для чужих ушей. Взгляд его был отрешённым, словно он погрузился в свои мысли. Дойч не стал пытаться истолковать смысл этих слов. У него было слишком много других забот.
Ему нужно было немедленно бежать на оборонительные стены. Если отступающие монстры связаны с еретиками, придётся готовиться и к магическим атакам. Еретики могли использовать проклятия, истощающие разум. Они были непредсказуемы в своих действиях; некоторые, приходя в горы, начинали контролировать целые деревни, будто боги. И самое главное – если бы еретик остался, нужно было бы предугадать, какие команды он отдаст гноллам. К этому тоже надо было готовиться.
— Я займусь еретиком, — сказала Луагарн Дойчу. Для Дойча это было обнадёживающим известием.
— Спасибо, — искренне произнёс Дойч.
Произнеся это, Луагарн посмотрела на Энкрида. Из-под его чёрных волос глубокие синие глаза светились странным светом.
«Не должна ли она сама расхлёбывать кашу, которую заварила?»
Гр-р-р.
У неё дёрнулся уголок глаза, но возразить было нечего. Она действительно позволила еретику сбежать. Тем не менее, поймать в одиночку того, кто использует магию призыва, – задача не из лёгких.
Он, вероятно, никогда не сталкивался с магией призыва. Для того, кто сражается только сталью, с этим почти невозможно справиться. Без помощи магии блокировать или отразить магию призыва невероятно трудно.
— Почему такое мрачное лицо?
Глаза Энкрида по-прежнему были острыми и ясными. Луагарн решила, что не стоит вступать в разговор с этими синими глазами. Она решила, что если еретик не откажется от деревни и приведёт монстров и зверей обратно на следующий день, она докажет свою состоятельность тогда.
— Значит, сегодня без спарринга? — спросила Луагарн, делая шаг вперёд.
— Сегодня Эстер немного поработала, и вот результат. Так что сегодня будет тяжело, — сказал Энкрид, нежно поглаживая голову пантеры, лежавшей у него на груди.
Больше добавить было нечего.
— Хорошо, — просто кивнула Луагарн, а затем отправилась умыться. Проходя мимо, она заметила ручей. Кажется, это было подходящее место. Лягухи от природы любят воду. Ей захотелось окунуться в прохладный ручей.
— Как думаешь, они продержатся? — спросил Крайс, глядя вслед Лягушке.
Энкрид, стоявший без дела, наклонил голову.
— Продержатся?
— Разве гноллы не вернутся завтра?
— О, вернутся.
Его манера была отрешённой, тон ровным, но мысли, казалось, были далеко. «Что не так с этим командиром отряда?»
Крайс бросил на него оценивающий взгляд, и Энкрид не стал сдерживаться.
«Когда он ведёт себя подобным образом, лучше разобраться с этим позже».
Стук.
Крайс, который лишь приподнялся на локтях, получил сильный удар ногой в грудь.
— Ух!
Крайс отлетел в сторону от удара.
— В чём дело?
— Мне не понравился твой взгляд.
Энкрид сказал, и Крайс знал, что как только его командир отряда принимает решение, он действует без промедления. Что ещё важнее, интуиция Энкрида была столь же острой, как и его собственная. Это Энкрид уловил безмолвное сообщение, переданное глазами. Обычно он отвечал бы шутливой перепалкой, но когда ему что-то не нравилось, он знал, как перейти к действию. Как, например, сейчас.
— Глаза.
— Да, я буду держать их как следует открытыми.
Энкрид наконец выглядел удовлетворённым. Теперь пришло время ложиться спать. Было бы хорошо хорошенько выспаться и подготовиться к завтрашнему дню, чтобы быть в наилучшей форме. Он нанёс мазь на порезы и царапины. Мышцы немного болели, но хороший отдых исправит это к утру.
«Интересно, насколько хорошо будут сражаться Лягухи, если их разозлить».
Этот вопрос не давал ему покоя ночью.
Пока Энкрид спал крепким сном, Дойч, его подчинённые и остальные жители деревни переживали ночь между небом и адом.
Напуганные плакали и бормотали: «Разве они не говорили, что отступили?», «Они вернутся?», «Они связаны с еретиком? О, владыка солнца, господи!», «Присмотри за нами, господи!», «Ух, демон идёт. Демон!»
Напуганные плакали и лепетали. Верующие молились. Спокойные размышляли об опасности ситуации. Лидеры сосредоточились на том, что нужно было сделать немедленно. В ту ночь каждый занимался своими тревогами и обязанностями. У большинства не было выбора, кроме как провести ночь без сна. Часовые несли вахту до самого рассвета.
Благодаря усилиям Энкрида они смогли продержаться этот день. Дойч, наблюдая со стороны, думал, что без Энкрида битва была бы проиграна. Он видел, как сражался Энкрид. Дойч знал, что не сможет повторить того, что сделал Энкрид.
Это всё было результатом ряда несчастливых обстоятельств, которые привели к удачному исходу. В противном случае, кто бы добровольно бросился в одиночку в рой монстров?
Прошёл день, и на рассвете ополченец, охранявший дом Энкрида, увидел, как герой с тёмно-синими волосами выходит наружу. Энкрид начал позже обычного. Он вышел, потянулся и, обливаясь потом, продолжил свою тренировку.
Не слишком ли это? Стоит ли ему тратить столько энергии?
Обеспокоенный, человек из ополчения заговорил:
— Вы не отдыхаете, даже в такой день?
Он измотал себя вчера, а сегодня ещё неизвестно, что произойдёт.
Энкрид кивнул на слова ополченца.
— Мне приснился хороший сон.
Хм? Энкрид лишь ответил своими словами, сосредоточенно продолжая тренировку.
После этого появилась Лягушка.
— Хороший сон, да? Ты много ворочался. Очень.
— Должно быть, я говорил во сне.
Это был разговор между Лягушкой и Энкридом. Ополченец больше ничего не сказал и отступил.
Вскоре после этого появились пантера и солдат с большими глазами. Солдат с большими глазами зевнул, и когда его взгляд встретился со взглядом ополченца, он слегка опустил голову. Ополченец ответил тем же.
Наконец, появилась женщина-следопыт (Финн).
— Фух, — громко выдохнула она, выходя, и по её походке было ясно, что что-то не так.
— Зачем ты выходишь? — спросил Энкрид, увидев её.
— Мне нужно стрелять из лука, — ответила женщина-следопыт.
— Забудь.
— Они снова придут сегодня, не так ли?
— Вероятно.
— Если придут, это хорошо, — сказал Энкрид, за ним Финн, а затем Лягушка.
Ополченцу было трудно следить за их разговором. «Если они придут, это хорошо», — повторила Лягушка ещё раз. В этих словах была сила. Натиск, энергия, решимость — вот что чувствовалось. Один только взгляд на Лягушку заставлял колени ополченца дрожать.
Бум, бум, бум!
В тот момент, когда мужество ополченца слегка пошатнулось, раздался тревожный колокол, достигший ушей всех жителей деревни.
Разве не всегда самое худшее приходит в самый неподходящий момент? Или те вещи, с которыми ты меньше всего хочешь столкнуться, всегда оказываются прямо перед тобой? Казалось, что оба утверждения говорят об одном и том же.
— Это гноллы!
закричал гонец с передовой, пробегая мимо. Пришло время начать реализацию оборонительного плана Дойча, который готовили всю ночь.
Энкрид тоже двинулся. Его тело было размято, и теперь ему оставалось только схватить снаряжение.
Два меча Крайс почистил ещё до того, как лечь спать. Кровь была стёрта, они были натёрты маслом из животного жира. Доспехи были в порядке, хотя немного погнулась кольчуга под кожей. Но в этом не было ничего необычного. Метательных кинжалов могло не хватить, но сегодня он мог сосредоточиться на владении мечом. Подготовка была завершена.
— Тогда что насчёт тебя, Луагарн? — спросил Энкрид Лягушку, надевая доспехи. Лягушка кивнула. Пришло время исправить свои ошибки и показать Энкриду с его высокомерными глазами, чего она стоит.
— Иди, — ответила Луагарн, и вскоре группа двинулась.
Финн тоже пошла с ними. Если она не могла помочь, то по крайней мере её целью было наблюдать. Крайс тяжело вздохнул, пробормотав, что ему не очень везёт, но поскольку ничего нельзя изменить, он поспешил.
Хотя они не знали, что произойдёт дальше, было ясно, что им придётся встретить это вместе.
Бум! Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!
Тревожный колокол безостановочно звонил над их головами.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942203
Готово:
