Всего на мгновение.
«Все стало ясно».
Как поймать Лягуха, как убить его, как победить.
Буквы вырезались на указательном столбе, и путь развернулся прямо перед его глазами.
«Станет ли этот день еще одним плодотворным днем?»
Чтобы подготовиться к еще одному повторяющемуся дню, он хорошо отдохнул и вернулся в идеальное состояние.
Теперь все, что ему оставалось – умереть и начать этот день заново.
Однако меч Лягуха не опустился.
Убийственное намерение и аура сохранились, но...
Клинок не двигался.
Он резко замер в воздухе, словно удерживаемый невидимой силой.
Урч.
Лягух то надувал, то сдувал свои щеки.
«Почему?»
То, что было невидимо взгляду Энкрида – собственный взор Лягуха – было направлено позади человека, отрубившего ему руку.
Там стояла пантера с глазами, словно сапфировое озеро.
Озёрная Пантера.
В некоторых регионах их считали священными существами, которым даже поклонялись как божествам-хранителям.
Но такие вещи не имели значения для Лягуха.
Для них зверь был просто зверем.
Иными словами, остановил его не один лишь взгляд Озёрной Пантеры.
«Какая досада», – пробормотал Лягух про себя.
Его гладкая кожа не потела, но выделяла слизеподобное вещество – физическая реакция на напряжение.
Лягух с белым шрамом на шее был не новичок в битвах и среди своих врагов встречал многих магов.
Маги – те самые странные существа, которые приносили царство заклинаний в реальность.
Хлопотные противники, всегда доставляющие неприятности.
Черная кожа и озерные глаза Озёрной Пантеры источали именно такую ауру.
Благодаря бесчисленному опыту и глазам оценщика талантов, он мог ощущать следы маны.
Сама эта пантера могла либо призывать царство заклинаний, либо, по крайней мере, была с ним тесно связана.
Лягух знал инстинктивно.
Он мог убить человека, нанеся удар мечом прямо сейчас. «Но при этом я рискую и своей жизнью».
Пантера, способная колдовать, была не единственной проблемой.
Человек, сидящий перед ним, тоже не был легкой добычей.
Постоянно целился в его сердце, но в последний момент перевел меч на его руку?
Этот финальный ход.
Меч человека, который скользнул вдоль широкого края его клинка – удар, намерение, аура.
Это не было простое движение.
Благодаря выверенной работе ног человек на мгновение продемонстрировал силу, сравнимую с силой самого Лягуха.
По сравнению с ним, человек был мал ростом, но вывод был очевиден: качество его мышц было выдающимся.
Более того...
«Эти глаза».
Его взгляд не дрогнул. Даже сейчас эти глаза горели яростной решимостью, направленной на Лягуха. Как он мог сохранять такой взгляд, когда у него не было ни единого шанса на победу?
Решимость – казалось, этот человек был выкован целиком из нее.
Он ощущал, будто наблюдает за чем-то несгибаемым, за силой природы, которая ни за что не сломается.
Он не полагался на пантеру-мага, стоявшую за его спиной.
Это была чистая и непоколебимая Воля.
«Этот сумасшедший ублюдок».
Урч.
Щеки Лягуха раздулись сильнее, чем когда-либо.
Он был крайне недоволен сложившейся ситуацией.
В уме он взвешивал варианты.
«Был ли это враг, которого нужно убить, даже ценой собственной жизни? Или стоит приберечь момент для более поздней возможности?»
Он хотел убить его, чтобы избавиться от этого хлопотного типа людей. Но если на кону стояла его жизнь? Приходилось думать иначе.
Оценивающий взгляд снова пристально изучал Энкрида.
Лягух тщательно просчитывал.
Хотя он и жил по прихоти – дрался, когда хотел драться, ел, когда хотел есть, любил, когда хотел любить...
Сейчас на кону стояла его жизнь, и он был связан долгом.
«Стоит ли рисковать жизнью и бросать свои обязательства лишь для того, чтобы убить его?»
Чаша весов склонилась на одну сторону.
Нет смысла чрезмерно обдумывать это.
Этот город, пограничная крепость Пограничье, не был достаточно важен, чтобы оправдать такой риск.
Раздутые щеки Лягуха опали.
Клинок, готовый к удару, снова опустился.
Аура исчезла.
«Это его предел». Таково было его суждение.
Этот человек не станет сильнее, чем он есть сейчас.
Исключительное качество мышц, мгновенная сила, сравнимая с его собственной, превосходное владение мечом, выдающаяся тактика и несгибаемая воля – все это создавало ощущение, будто этот человек был совершенно новым видом.
И все же...
Лягух инстинктивно понял: «Половина этого была удачей».
Несмотря на то, что в этом финальном движении он почти лишился руки, в ответ он сокрушил правое запястье человека.
Гамбит человека опирался на удачу.
В следующий раз он сможет убить его. Если они встретятся снова, он, несомненно, покончит с ним.
— Запомни это, человек. Меня зовут Мейлун.
С этими словами все было кончено.
Аура исчезла, будто ее смыли, и Лягух отступил.
Мейлун скрестил взгляды с Эстер, стоявшей позади Энкрида.
«Я ухожу, так что успокойся и ты». Таково было послание в его взгляде.
Эстер не ответила. Она лишь молча смотрела, ее озерные глаза были непоколебимы.
Мейлун подобрал свой брошенный плащ и удалился. Лягух непринужденно вышел из особняка, не встретив сопротивления.
Хотя некоторые члены гильдии и колебались...
— Не стойте столбом. Отойдите и дайте гостю уйти, — вмешался Крайс.
Даже с одной недееспособной рукой Лягух оставался Лягухом.
И вот, Лягух удалился.
Благодаря магическому тому, который принес Энкрид, Эстер обнаружила лазейку, позволяющую снять оковы, сковывавшие ее тело.
Хотя она не могла немедленно вернуться в человеческую форму, теперь она могла проявлять части царства заклинаний, даже находясь в обличье пантеры.
«Конечно, я буду страдать каждый раз, когда делаю это».
Ей придется использовать накопленную ману.
И существовал риск заражения частей царства заклинаний.
Это был метод, описанный в томе того сумасшедшего, который использовал трупы для построения своего царства заклинаний.
Крайняя лазейка.
И все же...
«Когда-нибудь это может понадобиться».
Об этом было полезно знать. Вот почему она это выучила.
И сейчас, возможно, настал тот момент.
Эстер притворилась спокойной, лишь слегка обозначив свое присутствие.
Она дала понять Лягуху, что является магом.
Если бы он ударил мечом, она пронзила бы его сердце чем-то взамен.
Сила воли – что это такое? Сила воли могла стать маной.
На короткое мгновение Эстер заставила себя выглядеть не пантерой, но Эстер, магом.
И это дало результат.
Тот, кого звали Мейлуном, или как его там, отступил.
Если бы ее тело было в идеальном состоянии, история могла бы быть иной.
В нынешнем состоянии, даже если бы Энкрид и Эстер объединили силы, их шансы были всего пятьдесят на пятьдесят. Этот вывод был сделан после взвешивания всех возможностей.
Так что причина, по которой их противник сейчас отступил, была проста: «Это удача».
Это было единственное объяснение, имевшее смысл.
Заметно ли улучшились навыки Энкрида? Удивительно, но да, даже Эстер могла это сказать.
Но одного этого было недостаточно, чтобы Лягух отступил.
Конечно, прежде чем списать все на удачу, нужно учесть одну особенность ситуации. Эта особенность была создана человеком, который случайно оказался рядом с ними по определенным причинам.
«Левая рука».
Не сердце, но рука.
Если бы он продолжал целиться в сердце, Лягух продолжал бы терпеть.
Но с левой рукой, рассеченной наполовину...
В этом случае приживление руки может занять больше времени, чем просто позволить ей регенерировать заново.
Мечник с отсутствующей рукой.
Шансы наконец-то оказались на их стороне.
«Черт возьми».
Как дошло до такого?
Эстер вздохнула, слегка постучав по спине того, кто едва не стоил ей всей накопленной маны.
Почему этот парень не встает?
— Эст... Кх!
Казалось, Энкрид едва держался на ногах и его рвало на землю.
Эстер отпрыгнула назад.
Крайс подошел к ним.
— Ты в порядке? Э-э, погоди, ты нашел Рагну? Ты же понял, что я говорил, верно?
— Ха.
Рванув еще раз, Энкрид, чей желудок немного успокоился, приподнял верхнюю часть тела и произнес:
— Ты заперся здесь на шесть дней, не выходя на поле, и даже не знаешь, где твой отряд? И ты еще занимаешься информацией? Ты?
— А?
Только тогда Крайс осознал, что упустил из виду. Если подумать, члены его отряда были знакомыми лицами, которых он видел всякий раз, когда возвращался. Конечно, он слышал об отправках, но кто бы осмелился вывести отряд без Энкрида?
Ни один здравомыслящий командир не посмеет тронуть этот отряд изгоев... Убийца начальников, хронический лентяй без чувства направления, странник, который исчезает без предупреждения, фанатик, утверждающий, что им нужно божественное разрешение на бой.
Серьезно, кто захочет связываться с такой группой? Естественно, Крайс предположил, что они будут ждать своего командира отряда в казармах. Он просчитался.
— Они ушли. Все они были отправлены.
— Что ж, этого я не ожидал. Значит, остались только ты и Эстер?
— Да.
Крайс просунул руку под мышку Энкрида, помогая ему встать.
— Ты сильно ранен?
— Если не считать правой руки, я бы сказал, что терпимо, — ответил Энкрид. Он подумал, что его состояние не так уж плохо, как он ожидал.
Но настоящий вопрос не давал ему покоя...
«Почему Лягух просто ушел?»
Одним взмахом клинка он мог бы убить его или Крайса.
«Почему?»
Взгляд Энкрида обратился к Эстер, пантере. «Что именно ты сделала? Серьезно? Против, мать его, Лягуха?»
Он полностью осознавал вес этих двух слогов – Лягух.
Что могла сделать эта молодая, маленькая пантера? Ни малейшего понятия. Он не мог этого понять.
— Нья.
Почувствовав его взгляд, Эстер открыла пасть, словно ругая его, будто спрашивала, как он мог так легко рухнуть.
Энкрид глубоко вздохнул и привел мысли в порядок.
«Я не знаю».
Размышления о неизвестном не дадут ответов. Никогда не давали.
Он знал это по опыту – нужно принимать неизвестное как данность и сосредотачиваться на том, что можно извлечь для будущего.
«Это сработало».
Как это описать?
На мимолетное мгновение он почувствовал, будто одолел Лягуха.
Он втянул Лягуха в свой план и нанес удар. Он отсек руку – не сердце, но руку.
Она, конечно, восстановится.
Но не во время их боя.
Если бы он только увернулся от того последнего удара, нацеленного в его правое запястье... «Если бы только».
Бой мог бы пойти по другому руслу.
Эта стычка дала массу уроков для размышлений. С этой мыслью Энкрид направился к казармам. Крайс поддерживал его, а Эстер, вместо того чтобы прыгнуть ему на руки, лишь коротко оглянулась, прежде чем последовать рядом.
***
Они только прибыли обратно в свои покои и собирались отдохнуть, как вдруг...
— Где вы были?!
Это был командир 2-й роты, непосредственный начальник Вендженса.
Было очевидно, что он искал Энкрида; лоб командира блестел от пота.
«Что это за командир, который сам бегает, вместо того чтобы послать гонца?» – подумал Энкрид, готовясь отдать честь...
Командир прервал его.
— Я получил некоторые ранения, — ответил Энкрид.
«Если бы у него была такая роскошь, он предпочел бы отдохнуть день или два. Его отсутствие не сильно изменило бы общую картину на поле боя. В конце концов, он был всего лишь командиром отряда, который недавно вернулся. Конечно, ему можно было бы дать какую-то отсрочку».
— Что? Как это произошло?
Уже было известно, что он вернулся с миссии невредимым.
— Схватка с каким-то бродягой.
— В такое время?!
Хотя командир и отругал его, в конце концов он покачал головой, признавая неизбежность.
— Сейчас нам не нужно твое мастерство владения мечом. Если ты можешь двигаться, мы просто просим тебя отправиться.
Тон был не приказным, а скорее умоляющим. Энкриду это прозвучало так, будто на передовой вспыхнули серьезные проблемы.
«Почему?»
Его до сих пор не проинформировали о ситуации на поле боя. После возвращения он провел целый день в отдыхе, а на следующий день столкнулся с Лягухом.
— Следопыт Финн будет сопровождать тебя. Ты можешь отправиться немедленно?
— Какова срочность? — спросил Крайс, который тихо слушал.
Как человек, знакомый с командиром, он получил прямой ответ:
— Что ж, твой взвод заявил, что не будет больше сражаться, пока их лидера не вернут...
Командир замялся, но Энкрид все сразу понял.
— Мой взвод?
— Они настояли на этом. Эта отправка, по сути, нужна для того, чтобы убедить их. Ты будешь дислоцирован в тылу, так что достаточно будет просто находиться на поле боя. Это прямая просьба твоего командира роты.
Казалось, у него не было выбора. Больное запястье – недостаточная причина, чтобы отсиживаться. В конце концов, он все еще мог держать меч.
«Рем».
Одно только это объяснение оставило Энкрида в тревоге. Он решил, что сможет получить информацию о ситуации по пути.
Все, что ему теперь нужно, – это обработать раны и выдвигаться.
— Да, — отсалютовал Энкрид, сигнализируя о своей немедленной готовности отправиться.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8791629
Готово:
