Когда Ланселот удалился от нас, к нам устремились вельможи, что имели интерес к Святой Деве. Были среди них и те, что таили коварные замыслы в отношении своей чести, желая заполучить Святую Деву в свой род, и благородные девы, что не желали, дабы провинциальная девушка была столь обласкана почестями.
Поскольку я обязан охранять ее, я не мог уклониться от сих встреч, как бы ни было сие утомительно. Я отвечал льстивыми речами, от коих ныли зубы, и, думаю, сумел уберечь Святую Деву. Когда же силы мои иссякли, я предложил ей отдохнуть в саду.
«При Свете Волшебных Светил даже ночной сад прекрасен».
«Пусть же я смогу отдохнуть!» — сию мысль я утаил. Святая Дева тотчас согласилась на мое предложение.
«О, как славно! …У меня некое дурное предчувствие относительно покоев для отдыха дам, ежели я пойду туда одна».
Я разумел ее опасения. Поистине, было бы лучше отдохнуть в тишине, но в ее случае покоя не будет. Некоторые благородные девы глядели на нее с таким напором, словно звали ее за угол на расправу. Потому-то я и предложил Сад.
«Надобно беречь такие предчувствия. Ибо сие, чую я, не ложно».
Пока мы направлялись к великому окну, что вело из Зала в Сад, нас окликнули. Будь сие простолюдин, я бы сделал вид, что не слышал, и удалился, но сие были мои родители.
«Ах, Отец, Мать, давно не виделись».
«Что?! Это родители Командора Жюстана?! Э, э-э… Приветствую вас, Отец, Матушка. Меня зовут Элеонора. Надеюсь на ваше благоволение!»
Погодите-ка, сия форма обращения может повлечь неверное толкование! Вот, взгляните, Отец уже подает мне знак оком, выясняя суть наших отношений!
Я кратко, но поспешно качнул головой.
«Приветствуем вас, Святая Дева. Рады, что вы столь дружны с нашим сыном. Надеемся на дальнейшее согласие».
«Да! Сие взаимно!»
Я был совершенно беспечен, надеясь на отдых, и тут мне сбросили сию бомбу! Святая Дева, конечно, говорила о дружбе, но родители, должно быть, помыслили о большем.
Мы немного побеседовали, но, уловив пробел в беседе, я тут же покинул их, дабы дать отдых Святой Деве.
Коли сие продолжится, слухи о моих отношениях со Святой Девой неминуемы. Но, к счастью, по завершении сего Пиршества, мы вряд ли встретимся вновь, если не случится чего-то из ряда вон.
«Ох… Как же холодно! В Зале было жарко!»
«В Зале регулируют тепло в угоду дамам в легких платьях».
Ныне же, когда светло померк, было холодно так, что дыхание оборачивалось паром. В отличие от мужчин в верхнем облачении, дамы в платьях выглядели весьма зябко. Я снял свой плащ и набросил его на плечи Святой Девы.
Я сам, еще до обретения памяти прошлой жизни, стремился к удобству, посему и рубашка, и плащ мои наделены Волшбой, регулирующей температуру.
«Как тепло… Благодарю вас!»
«Мое облачение наполнено Волшбой. Хоть будет жара, хоть снег, ты выдержишь в нем».
«Хи-хи, вы словно дитя, что хвастается сокровищем».
«…! Сие не сокровище, но я люблю Волшебные Артефакты, да, и такие Заклинания».
Сие не изменилось ни до, ни после обретения памяти. Коли бы я не был пригоден в рыцари, я бы, вероятно, занялся ремеслом Волшебных Артефактов.
Сия способность проникать в суть моего сердца — быть может, особый дар поздней героини?
Эрнест, кажется, увлекся ею по внешнему виду, но другие герои в романе почитали Святую Деву, ибо она даровала им покой и открывала им глаза на многое.
Истинные вельможи не говорят о сокровенном и не позволяют другим проникать в свою душу. Они лишь скрывают свои чувства и дружелюбно общаются — сие и есть Светская Игра.
Коли бы я, Жюстан, не обрел памяти, я, быть может, тоже увлекся бы Святой Девой. Говорил бы, мол, «лишь эта дева разумеет меня» и тому подобное. Но нынешний я не таков.
В Саду, от холода, не было ни души. Лишь поскрипывание наших шагов по траве доносилось до ушей. Мы легко передвигались благодаря свету из Зала и Светилам-Артефактам.
«Святая Дева, грядет время, когда тебя чаще будут брать с собой для похода на Злого Божества. Хоть тебя и будут оберегать Святые Рыцари, тебе стоит тренироваться, дабы уметь обороняться в непредвиденных случаях. Ибо среди Святых Рыцарей нет дам, и миг одиночества настанет, верно?»
Я дал ей сие из чистой доброты, но она оглянулась и искривила уста в той самой гримасе обиды, что была в Зале. Неужто она не желает идти на бой со Злым Божеством? Или ей противна тренировка?
«Му-у-у! Отчего ты вернулся к “Святой Деве”?! Должно быть, именно наедине и следует звать по имени!»
«Ах, вот, значит, в чем дело!» — сие чуть не сорвалось с моих уст, но я едва удержался.
«Ладно, ладно. Прости меня, Элеонора. Так лучше?»
«Хи-хи, именно так! Как же радостно говорить без принуждения! Ах, если бы у меня стало больше друзей!»
Мне жаль ее, но те благородные девы, что я видел в Зале, не годились в подруги. Похоже, в Храме ее сильно сдерживали, и ей надобно найти того, с кем она могла бы развлечься. Но не меня.
http://tl.rulate.ru/book/149596/8519465
Готово:
