Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
— Всё дай.
— Э?
— Белых медяков шесть, верно?
— П-постойте, пожалуйста! «Серебряные Кувшины» ведь остаются в Дженосе до конца месяца, да? Куда вам столько сушёного мяса?
— Другой город, продавать.
Шумирал слегка наклонил голову, будто в недоумении, почему я вообще удивляюсь.
— В Дженосе еда дешёвая. Мы покупаем еду, другой город, продаем.
Перепродажа, значит.
Ну да, логично. Не только привозят товар из своей родины — по дороге скупают местные продукты, чтобы сбывать дальше. Так и ведут свои дела.
— Гиба-вкус редкость. Наверное, другой город, много продастся. Сушёное мясо,хорошо возить.
— Понимаю… А какой объём вам конкретно нужен?
Шумирал ненадолго опустил взгляд, обдумывая.
— Если есть, хочу на белых медяков шестьдесят.
Белых медяков шестьдесят — простая арифметика: около сорока кило.
Но в родах Ву и Лутим мяса всё ещё слишком много, так что трудностей тут никаких.
— В таком случае, как насчёт того, чтобы я подготовил всё прямо перед вашим отъездом? Если изготовить партию накануне, то сохранится она потом все полгода.
Шумирал чуть прищурил глаза — по его меркам это выглядело почти как радость.
— Такой способ, очень помогает. Спасибо.
— Нет-нет, благодарить должны мы! Вы каждый день покупаете у нас лёгкую еду, а теперь ещё и такое прекрасное предложение делаете!
— «Серебряные Кувшины» и Асута — очень хорошая связь. Благодарность, приношу Сим Востока.
Сказав это, Шумирал скользнул взглядом к моей напарнице. Вина Ву смотрела куда-то в сторону, словно вообще не слушала.
— Асута, Вина-Ву, звали. Вы — Вина-Ву?
— Ну… а тебе что до этого…?
Вина Ву одарила гостя ленивым, чуть раздражённым взглядом. Шумирал молча покачал головой.
— Нет. Только подумал — красивое имя. …Тогда, до свидания.
Он снова натянул кожаный капюшон и ушёл. Вина Ву скрестила руки, а я тихо выдохнул.
— Хм… как-то грустно даже. Шумирал становится для меня довольно важной фигурой.
— Для тебя — может быть, а для меня — нет… Я же говорила, что людей, чьи чувства не поймёшь, терпеть не могу…
— Не знаю… Но ставить его в один ряд с Камуей, который реально непонятно что за человек — это несправедливо, честно говоря.
— Он не такой, как тот человек, но… всё равно я предпочитаю тех, кто, как ты, не прячет эмоции…
При этом Вина Ву всё же украдкой взглянула назад.
Ай Фа, как и раньше, спокойно отдыхала в тени дерева в пяти шагах позади.
— …Вот поэтому мне и трудно с такими людьми, как Ай Фа, которые прячут чувства…
— Хм. Но если такой человек иногда всё-таки показывает настоящие эмоции, от этого можно ощутить особенную радость, знаете?
— …Так значит, тебе нравятся такие женщины, как Ай Фа…?
— Н-не в этом дело…
Пока мы вели наши безмятежные разговоры, улица постепенно снова становилась оживлённой.
Начиналась вторая половина торгового дня — и как раз в этот момент к нам одновременно подошли две знакомые фигуры.
— Асута-ониичан, два, пожалуйста!
— Асута, мне тоже два, ладно?
Даже голоса прозвучали синхронно.
Тара и Юми.
Девочка с тёмной кожей и девочка с цветом слоновой кости, различающиеся почти на две головы по росту, удивлённо глянули друг на друга.
— А! Ты же та девочка с того раза! — выкрикнула Юми, но Тара лишь моргнула.
— Э… того раза?
— А, ну да, ты не помнишь… Не важно. Но ты, я смотрю, с Асутой так запросто общаешься.
— Угу! Асута-онийчан мне жизнь спас!
Выражение чересчур громкое, но действительно: с Тарой я встретился вместе с Доддой Сун, а с Юми — вместе с Мидой Сун.
Да, удивительно всё это переплелось.
Я разжёг жаровню и принялся обжаривать арию.
— Хм. Даже настоящих детей Дженоса, загорелых от солнца, в клиенты себе завёл… Неплохо. Вон в прошлый раз ты пьяным дядькам гиба-бургеры впаривала, помнишь?
— «А ты» — это, конечно, про Вину Ву.
Вина Ву изящно пожала плечами.
— Нет, правда, впечатляет. Место у вас в самом конце улицы, а всё равно зарабатываете больше всех остальных, да? Даже западники уже стали захаживать, не так ли?
— Да, благодаря всем вам. Ваши друзья тоже вот только что двое приходили, покупали.
— Хе-хе. Я же везде расхваливаю. Молодёжь, думаю, именно из-за этих слухов и приходит.
Юми важно сказала это, и тут же Тара радостно выкрикнула:
— Тара тоже всем-всем рассказывает!
Но, сказав это, она тут же поникла.
— …Но, знаешь, все говорят, что гиба страшная, и не едят. Ещё папа и мама ругают…
— Тут уж ничего не поделаешь. Чем дольше человек живёт в Дженосе, тем труднее ему решиться попробовать гиба. Со временем это изменится — но только со временем.
Помешивая поджаривающееся мясо гибы, я попытался подбодрить Тару.
Тут Юми резко подалась вперёд:
— Эй! Она ведь тоже покупатель, да? А ты так вежливо разговариваешь только со мной — это нечестно, между прочим!
— Э? Но… есть же разница в возрасте… да и вообще, мы с Тарой знакомы ещё до того, как я открыл лавку. Правда же, Тара?
— Угу! — Тара сразу оживилась и энергично кивнула.
— Эх, всё равно как-то несправедливо, — пробурчала Юми.
— …Кстати, Асута. А сколько дней ты уже держишь эту лавку?
— Э? Соседнюю лавку — седьмой день, а эту — третий.
— Понятно. А дальше что? Не собираешься же ты свернуть торговлю ровно через десять дней?
Я кивнул, удивляясь её осведомлённости о делах в зоне ларьков.
— Да что вы, продолжать хочу столько, сколько получится.
— Тогда давай заключим следующий контракт с нашим заведением?
— А?
— У хозяина «Хвоста Кимюса» будто личная обида на людей Морихена, вот он и ведёт себя с вами так себе, верно? У нас, конечно, отец тоже упрямый как камень, но вот мама давно уже знает, какая вкусная гиба. Вас бы у нас считали обычным торговым партнёром.
— П-погодите… а как вы узнали, что я сейчас в контракте с «Хвостом Кимюса»?
— Так это же на вывеске написано.
Ах да. Там действительно маленькими буквами выбито название таверны.
— Наша семья держит постоялый двор «Западный Ветер» и занимается управлением торговой зоны. Мы и ларьки сдаём. Если уж выбирать, то лучше работать там, где тебя нормально принимают, не?
— Н-но не нарушит ли это каких-нибудь правил постоялого города? Я бы не хотел создавать лишние волнения…
— М? Да кто вообще будет возражать? Хозяин «Хвоста Кимюса» только обрадуется, что избавился от хлопот.
Возможно, так оно и есть.
Но — кое-что в её словах меня зацепило.
— …Хозяин «Хвоста Кимюса» правда имеет обиду на морихонцев?
— Ага. Точно не знаю деталей, но вроде бы кто-то из его семьи или друзей был убит людьми Морихена. Хотя доказательств не нашли, и дело замяли.
Глаза Юми блеснули боевым огоньком.
— Такие истории и случаются время от времени. Вот потому людям и трудно доверять жителям леса. Я бы сама не стала с тобой вот так общаться, если бы не видела, как ты разговаривал с тем чудовищным мужиком. …Но, как ты говорил, всё это можно решить только временем.
— …Да. Полностью с этим согласен.
Подавляя тяжёлый вздох, я приготовил четыре порции «Мяаму-жаркого».
— Что касается контракта… я поговорю с Милано Масом. Но я не хочу специально от него отдаляться — так что можно я сперва узнаю его мнение?
— Конечно. Делай так, как тебе самому хочется. Мне лишь бы есть твою вкусную еду — и никаких претензий.
Юми снова улыбнулась своей светлой, непосредственной улыбкой и взяла заказ.
Тара тоже радостно воскликнула «Ура!» — и побежала к соседнему ларьку за гиба-бургером. Юми округлила глаза.
— Э? Ты ещё покупать будешь?
— Угу! Мяаму — это для дяди из лавки тканей и дяди из кузни! А Тара с папой едят гибу-бургер!
— Хм… мелкая, но шустрая, — пробормотала Юми и почему-то дождалась, пока Тара купит бургер, после чего они ушли вместе по южной улице.
Разный цвет кожи — а выглядят почти как сёстры с большой разницей в возрасте.
Глядя им вслед, я мельком подумал:
(…Три дня осталось. И первые десять дней торговли будут позади.)
Я ведь рассчитывал, что за это время смогу продавать двадцать-тридцать порций в день… а в итоге продаем почти полторы сотни.
Угроза от рода Сун — по крайней мере временно — снята. Теперь нужно сосредоточиться на торговле.
До совета глав осталось шесть дней.
Если до того мы укрепим свои результаты, на совете мне будет проще показать людям Морихена светлое будущее.
(Никогда не позволю роду Сун распоряжаться нами как им вздумается.)
И так началась вторая половина сегодняшнего торгового дня.
http://tl.rulate.ru/book/149243/8890799
Готово:
