Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
— Ладно, пошли. Времени жалко, выбирай, что купим, по дороге.
— Ага. Возьмём то, от чего запах самый аппетитный.
Мы вернулись той же дорогой, что пришли, по пути купив немного каменной соли и фруктового вина.
Соль положили в мой мешок, а вино Ай Фа привязала к ремню и понесла, как обычно — будто это ничего не весило.
Через пару минут мы наткнулись на лавку с овощами и остановились приглядеться.
Покупать что-то незнакомое наугад — рискованное дело, так что выбор очевиден: тино или пра.
Я спросил цену у девушки-продавца — та аж глаза отвела. За одну медную монету можно было взять два тино или три пра.
Кстати, ария или пойтан стоили вдвое дешевле. Ну да, выходит, это продукты для тех, кто живёт на широкую ногу.
Рядом продавали и арию, но я посмотрел на Ай Фа — мол, стоит ли тратить деньги на что-то другое. Она, не говоря ни слова, бросила короткое «делай, как хочешь».
Ну, раз так, я выбрал тино.
Этот овощ чем-то напоминал капусту или китайскую капусту — мягкий, сочный.
А вот пра — горьковатый, как перец. Оба хороши, но тино всё же универсальнее.
Когда я запихнул два листа в мешок, он раздулся так, что теперь не уступал по объёму мешку Ай Фа.
— Идём, — коротко сказала она, резко повернувшись, а я поспешил за ней, покачиваясь под тяжестью ноши.
Хотя мешки и выглядели одинаково набитыми, их вес, очевидно, сильно различался. Ай Фа тащила примерно двадцать четыре килограмма и шла так, будто несла перышко. Восхитительное равновесие, сила и выносливость — вот что значит настоящая охотница из Морихена.
Ну что ж, осталась последняя остановка — время для лакомства.
— О, может, вот это? — я ткнул подбородком в сторону ларька, возле которого уже стояли люди.
Это был тот самый прилавок, откуда по пути сюда шёл соблазнительный запах.
Сейчас перед ним стояла маленькая девочка, ожидая свой заказ, и выглядело, что дело у хозяйки идёт бойко.
Ай Фа молча кивнула и подошла к прилавку.
— Сколько стоит это блюдо? — спокойно спросила она.
За стойкой стояла полная женщина средних лет с чёрными волосами. Увидев Ай Фа, она едва заметно дёрнула щекой.
— ...Маленькое — одна красная, большое — две, — ответила она коротко.
— Тогда маленькое, — сказала Ай Фа.
Женщина даже не ответила, просто опустила взгляд на своё рабочее место.
Я тем временем, перегнувшись через голову девочки, заглянул внутрь прилавка.
В глубокой железной кастрюле бурлила коричневатая масса — полужидкое тесто, из которого то тут, то там выглядывали кусочки мяса и овощей.
Запах был необычайно насыщенным: что-то вроде пиры, но с примесью чесночного аромата — острого, пряного, совсем не похожего на привычные запахи Морихена.
Всё это перемешивалось с мясом и жиром, так что воздух над лотком буквально звенел от аромата.
Рядом на столе лежали стопками белые лепёшки, похожие на запечённый пойтан, только мягче и плотнее.
Диаметром они были сантиметров двадцать или тридцать, толщиной около полсантиметра.
Продавщица клала на них начинку из кастрюли, собирала края в кучку и завязывала сверху, превращая всё это в неуклюжий, но аппетитный мешочек.
Если уж подыскивать название, то «мясной пирожок» подошёл бы идеально.
— Держи. Осторожно, горячее.
— Спасибо! — звонко сказала девочка, протягивая обе руки.
Я чуть подвинулся, чтобы она могла пройти, и тут девочка, уже повернувшись к нам, встретилась взглядом с Ай Фа — и в тот же миг застыла.
Пирожок выскользнул из её рук.
— Ой! — успел я только выдохнуть и чудом поймал лакомство прямо перед землёй.
Если бы не успел поставить мешок, точно бы не справился.
— Вот. Будь осторожна, ладно? — я улыбнулся и протянул пирожок обратно.
Девочка всё ещё смотрела на нас с испугом, но всё же кивнула и, коротко поклонившись, схватила угощение и убежала прочь.
— ...Маленький, значит? — буркнула продавщица уже без тени дружелюбия.
Она ловко собрала новый пирожок, завязала и подала Ай Фа.
Работала она умело, не поспоришь, но в её лице не было ни капли радушия.
Мы расплатились и уселись на свободное место неподалёку.
— Ешь быстрее. Поели — и возвращаемся, — коротко сказала Ай Фа.
— Есть, мадам. Тогда, с вашего позволения...
Прошло, наверное, дней двадцать с тех пор, как я в последний раз ел что-то, приготовленное не мной.
Хотя запах был многообещающим, я помнил урок с тем самым «супом из гибы», так что заранее приготовился к худшему — и осторожно откусил пирожок.
На вкус он был...
Хм.
— Вкусно? — без особого интереса спросила Ай Фа.
Я пожал плечами.
— Ну... нормально.
И правда — ничего особенного. Ни вкусно, ни невкусно. Просто... безопасно. Безлико и безопасно.
Как и ожидалось по запаху, пряностей тут было щедро — похоже, смесь чеснока с чем-то вроде кориандра. Аромат яркий, но не противный.
Мясо светлое, без жирных прожилок, с мягким, даже немного сухим вкусом, будто отварная курятина.
Красные и зелёные кусочки овощей мягкие, как тушёная ария — может, ария там и правда была.
Коричневая паста, в которой всё это варилось, походила на овощное пюре, уваренное почти насухо. Лёгкая сладость, мало соли, никаких сильных акцентов — из тех соусов, которые «просто есть».
А тесто — белое, плотное, чуть липковатое. По ощущениям скорее как индийская лепёшка, чем как привычное тесто пирожка.
Все ингредиенты честно старались не мешать друг другу и производили... безупречно вежливое впечатление.
— Да, — сказал я наконец, — вполне съедобно. Любопытство удовлетворено.
Порция небольшая, есть не тяжело. И всё же за цену одной бутылки фруктового вина, двух тино и четырёх пойтанов — дороговато для такого... нейтрального опыта.
— Хочешь попробовать? — предложил я Ай Фа.
— Не хочу, — без колебаний отказалась она.
— Хм. Знаешь, странно выходит: эти люди едят такие пресные вещи — и при этом морихонцев называют дикарями за то, что мы едим гибу. Ну честно, гиба вкуснее в сто раз.
— Асута, — спокойно сказала Ай Фа, — ты ведь помнишь вкус той первой похлёбки, что попробовал в ночь прибытия?
— Эм... ну да, — я почесал щеку. — Но то ведь потому, что тогдашние охотники просто не умели готовить мясо. Без кровоотведения, без правильной обработки — естественно, оно воняло.
А жители каменного города разве не могли придумать, как приготовить гибу вкусно?
— Говорят, — ответила она после короткой паузы, — ещё до переселения людей Морихена, лет восемьдесят назад, гибы расплодились в таких количествах, что нападали на людей и поля. Для жителей Дженоса они стали символом бедствия.
— Значит, «есть гибу» считалось неприличным, потому что она символ опасности? — я вздохнул. — Какая нелепая трата мяса.
— Подробностей я не знаю, — сказала Ай Фа, — но, вероятно, в мясе они и не нуждались. Эти огромные тротосы, птицы-ужасы... выглядят ведь сытно, не правда ли?
— Бр-р-р. Есть птицу размером с телёнка... хотя, если подумать, не так уж и ужасно.
— Так или иначе, жители города боялись гибу. А значит, и людей, которые убивают гибу и едят её. Сейчас о страхе перед гибой почти забыли, и остался лишь страх перед нами, людьми Морихена. Так, по крайней мере, говорит бабушка Джиба.
— Отлично. Значит, всё-таки чистой воды предвзятость, — сказал я мрачно. — Но почему вы ничего не делаете, чтобы это изменить?
— Потому что бояться нас — никому не мешает, — спокойно ответила Ай Фа.
Я нахмурился.
Да, может, для них это удобно — не объясняться, не оправдываться. Но разве можно вот так позволять людям и дальше видеть в вас чудовищ?
Получалось, что несправедливое отношение к морихонцам — отчасти их же собственная вина. И мне эта мысль совсем не нравилась.
— Всё же, знаешь... — начал я, но внезапно осёкся.
В краю зрения мелькнуло знакомое движение.
Девочка. Та самая, что уронила пирожок.
Она сидела прямо напротив, через каменную улицу, и тоже ела свой мясной пирожок, аккуратно, с серьёзным видом.
Если бы не одно «но» — она каждые пару секунд бросала взгляды в мою сторону. Как только наши глаза встречались, мгновенно отворачивалась, будто белка, заметившая хищника. Потом снова — краем глаза — поглядывала.
Дорога между нами была широкая, метров десять, так что я не мог разглядеть выражение её лица, но любопытство в позе читалось явственно.
— Её, наверное, удивляет белокожий человек в одежде морихонца, — спокойно заметила Ай Фа, которая, похоже, заметила девочку уже давно.
— Похоже на то, — кивнул я, продолжая наблюдать краем глаза.
Похоже, ей лет семь, ну, может, восемь — примерно как Рими Ву.
Волосы до плеч, тёмно-каштановые, кожа — тёплого янтарного оттенка. На ней оранжевое платье-тубус, вроде упрощённого сарафана, и кожаные сандалии.
Руки и ноги тоньше, чем у Рими Ву, да и сама она миниатюрная — сидит прямо на земле и с азартом уплетает мясную булочку. Зрелище… обескураживающе милое.
Я повернул голову и посмотрел прямо на неё.
Девочка замерла, не в силах ни отвести взгляд, ни пошевелиться.
Я улыбнулся — широко, без задней мысли.
Она чуть не подавилась, но, кажется, в конце концов робко попыталась улыбнуться в ответ.
Хотя, может, мне и показалось — расстояние было приличное.
— …Что ты делаешь? — спросила Ай Фа.
— Да вот, подумал: милая девчушка, — честно ответил я.
— ………
— Эй, погоди. Что за взгляд? Не говори, ты же не думаешь, будто я… —
— Тише. Не кипятись. …Тебе нравятся дети?
Вопрос прозвучал спокойно и обыденно, будто разговор о погоде.
Моё возмущение она просто пропустила мимо ушей.
— Если выбирать между “нравятся” и “нет” — то да, нравятся, — пожал я плечами. — У отца в лавке полно малышей бегало, семьи часто заглядывали.
— Понятно, — кивнула она.
Хм. Кажется, я опять свернул куда-то не туда.
Вспомнив вчерашний разговор с Ай Фа, я внутренне поёжился.
Пожалуй, пока лучше не касаться темы моего прежнего мира.
— Впрочем, если подумать, тащить всё это обратно — мрачная перспектива. Двадцать порций — не слишком ли много?
— Я всегда покупала столько, — спокойно ответила Ай Фа, но вдруг отвела взгляд. — …Или ты хочешь сказать, тебе не нужно столько еды?
— Эй, Ай Фа… —
Я ведь и сам не знаю, сколько мне вообще нужно — и надолго ли я здесь.
К счастью, я не выдал это криком.
Но и ответить не смог.
Ай Фа опустила глаза, словно опасаясь, что я прочитаю в них её чувства.
— Ай Фа, я… — начал я.
Нужно было сказать хоть что-нибудь.
Мысли путались, но я всё же попытался заговорить —
— …и тут мой голос утонул в грохоте и крике.
— Если есть претензии, говори прямо! — заорал кто-то. — Или вы не жители гордого Каменного города!?
Молодой мужской голос, потерявший самообладание.
Звук чего-то разбитого.
Женские визги.
Среди тех криков — голос той самой девочки.
— Что?.. Что происходит? — выдохнул я.
Картинка складывалась смутно.
На дороге валялись щепки от ящиков, а вокруг — россыпь жёлтых фруктов.
В центре этого хаоса двое мужчин сцепились в яростной драке.
Прямо рядом с той девочкой.
Люди расступились, образовав круг, боясь попасть под горячую руку.
Одна только малышка осталась на земле, дрожа и глядя на дерущихся.
— Эй… это же… — начал я.
Но Ай Фа и без того уже поднялась.
Её взгляд стал холодным и опасным — она не спускала глаз с мужчин.
Драка посреди бела дня, прямо на дороге.
Один из них — в меховом плаще, с тёмной кожей.
Без сомнений, он был из людей Морихена.
http://tl.rulate.ru/book/149243/8563598
Готово:
