Ли Линю ничего не оставалось, как сказать:
— Ну, чертовка, поблагодари девятого брата.
Юань Тао наконец вздохнула с облегчением и поспешно поклонилась:
— Благодарю вашу светлость.
После этого инцидента Юань Тао поспешила выбежать из зала.
Муэр побежала за ней, запыхавшись:
— Юань Тао, ты меня напугала! — Она тяжело дышала, прижимая руку к груди. — Я так перепугалась. Ты не видела, каким мрачным было лицо князя Чжуна, когда ты танцевала. Я впервые видела его таким. Твой танец же не опозорил его.
Но Юань Тао знала причину. Если бы Ли Син догадался, что это тибетский танец, беды было бы не избежать.
Она тоже вспотела от страха, решив, что в следующий раз лучше дать Ли Линю выпороть её, чем снова танцевать.
Муэр, ничего не подозревая, продолжала:
— Юн-ван тоже... Я думала, он хороший человек, а он так тебя унизил. — Она положила руку на плечо Юань Тао. — Но это было опасно.
Юань Тао немного успокоилась:
— Да, очень опасно.
Муэр надула губы:
— Ещё бы! — Она пнула землю носком туфли и серьёзно сказала: — Тебе нужно быть осторожной, не попадайся на глаза князю Аню. Если он тебя заметит и возьмёт, как ту наложницу-чужестранку, будет беда. — Она оглядела Юань Тао. — Хорошо, что сегодня ты разукрасила себя, как чертовку, он не разглядел твоё лицо.
— Правда? — равнодушно ответила Юань Тао.
— Конечно! — Муэр снова предупредила её. — В будущем держись от него подальше, ни в коем случае не попадайся ему на глаза. Ни одна девушка, которую он заметил, не закончила хорошо.
Сказав это, Муэр поспешила обратно в зал.
Юань Тао тоже должна была вернуться, но сейчас она хотела побыть на улице. Здесь было так тихо, что её сердце успокоилось. Ночной ветер охладил её разгорячённую душу.
— Так это ты. — Пэй Юнь играл с нефритовым подвесом на поясе и с улыбкой подошёл к ней. При лунном свете он окинул её взглядом с ног до головы.
— Что ты смотришь? — Юань Тао почувствовала себя неловко и с презрением спросила.
Пэй Юнь сказал:
— Так это ты, Юань Тао. За столом ты показалась мне знакомой. — Увидев, что у неё все конечности на месте, без травм, и тело уже не такое худое, как раньше, он продолжил: — Девочка, ты неплохо устроилась, даже поправилась.
Юань Тао даже не взглянула на него, равнодушно ответив:
— Спасибо тебе, господин Пэй.
Пэй Юнь сказал:
— Это князь Чжун привёз тебя сюда? Какой добрый. А ты... действительно живучая.
— Ты думал, я умру в доме тибетского принца? — в её голосе звучала насмешка.
Да, её жизнь стоила не больше травинки, она давно должна была умереть. Она выжила только благодаря Ша Е. Ли Шао не стал бы заботиться о ней. Добрый? Если бы не Ша Е, который обменял свою жизнь на её, она бы уже сгорела в доме тибетского принца.
Ей не хотелось спорить с Пэй Юнем. Он никогда не считал её человеком.
— Господин Пэй, у тебя ещё есть дела? Если нет, я вернусь в зал.
Пэй Юнь преградил ей путь:
— Зачем тебе туда возвращаться? Ты же видела, как Юн-ван скрипел зубами, глядя на тебя? — На этот раз он, казалось, был искренне добр. Он похлопал её по плечу: — Поверь мне, лучше спрячься в своей комната и не создавай больше проблем.
Увидев её настороженность, Пэй Юнь спросил:
— Ты правда хочешь вернуться?
Юань Тао и не хотела возвращаться, ей бы только убежать подальше. Она воспользовалась моментом:
— Хорошо, пусть будет по-твоему. Если князь Чжун спросит, скажи, что это ты так решил.
— Ах ты, плутовка, — многозначительно посмотрел на неё Пэй Юнь, затем добавил: — Тяжёлые времена у тебя ещё впереди. Юн-ван мстителен, он не оставит тебя в покое. Ты сама напросилась, лучше бы не танцевала, а семь дней послужила ему. Но раз уж так вышло, иди и выспись.
Выспаться? Лицо Юань Тао побелело.
***
Пир продолжался до часа Свиньи. Все разошлись по своим домам, только Пэй Юнь остался.
Оглядев разгром в зале, он смущённо улыбнулся:
— Ворота квартала закрыты, я не могу вернуться, князь Чжун.
Ли Шао выпил немало, его нефритовое лицо порозовело, но он не был пьян. С лёгкой улыбкой он молча встал и направился в свои покои.
Пэй Юнь поспешил за ним:
— Князь Чжун, на улице комендантский час, я не могу вернуться домой. Я же не Юн-ван и другие, кто живёт в Десяти домах князей, может выйти через восточные ворота и войти через западные. — Он схватил Ли Шао за рукав, умоляя: — Князь Чжун, вы же не хотите, чтобы меня забрала стража?
Ли Шао улыбнулся ещё шире, поддразнивая его:
— Что в этом плохого? Завтра твой отец-канцлер после аудиенции заберёт тебя по пути.
Пэй Юнь сделал несчастное лицо:
— К утру весь Чанъань будет знать, что пьяницу Пэй Шестого арестовала стража.
Ли Шао остановился и перестал шутить:
— У нас найдётся для тебя комната.
Пэй Юнь сложил руки в благодарственном жесте и радостно сказал:
— Благодарю князя Чжуна за заботу.
Он огляделся и, убедившись, что вокруг никого нет, сказал:
— Ещё кое-что.
Ли Шао, увидев его серьёзное выражение, открыл дверь в покои и спокойно сказал:
— Заходи.
Пэй Юнь вошёл, сел на подушку, скрестив ноги, наклонился вперёд и тихо сказал:
— Сегодня я подслушал, как мой отец говорил, что Его Величество намерен лишить наследного принца титула.
Огонь в руках Ли Шао погас.
Его лицо в свете лампы было неразличимо. Несмотря на винный запах, его взгляд был ясен. Он спросил:
— Когда это случилось?
Пэй Юнь ответил:
— Сегодня утром, после аудиенции. Его Величество оставил наедине чжан-сяна, моего отца и Ли Линьфу. Похоже, наследный принц втайне выражал недовольство князем Ин и князем Юэ, и эти слухи дошли до ушей Его Величества. Плюс наложница Хуй подлила масла в огонь, и Его Величество уже задумался о лишении наследного принца титула.
Ли Шао молчал, его полуопущенные веки лишь изредка вздрагивали.
Пэй Юнь продолжил:
— Чжан-сян сразу же выступил против, приводя разумные доводы в защиту наследного принца, прямо заявив, что это происки клеветников.
Взгляд Ли Шао упал на белый фарфоровый сосуд на столе, в котором стояли свежие сливы, источающие густой аромат.
— Лишение наследника престола может поколебать основы государства, — его голос был ровным, как вода.
Пэй Юнь же был возмущён:
— Именно! Мой отец, как ты знаешь, всегда был трусоват, не такой смелый, как чжан-сян, но он тоже понимает, что правильно. Чжан-сян подал пример, и он тоже встал на защиту наследного принца.
На его лице появилось выражение гордости. Его робкий старик наконец-то проявил твёрдость. Но тут Ли Шао спросил:
http://tl.rulate.ru/book/148513/8317579
Готово:
