Использование духовного восприятия для изучения равного себе считалось грубостью, а некоторые и вовсе могли счесть это за тяжкое оскорбление.
Но в царстве Земного Бессмертного — зачем им намеренно задействовать свои чувства?
На таком расстоянии одного их зрения хватало, чтобы собрать куда больше информации, чем просто визуальный образ.
Когда они сосредоточились на Лексе — в основном инстинктивно из-за шокирующих новостей, которые услышали, — то тут же заметили: перед ними лишь проекция.
Его истинного тела не было поблизости!
Это вновь их поразило!
Как возможно создать столь совершенную проекцию, не оставив ни следа связи с настоящим телом?
Если бы они не присмотрелись внимательно, то ничего бы не заподозрили.
Но прежде чем они успели разобраться в своем замешательстве, легкое, едва уловимое покалывание в затылке привлекло их внимание.
Это был знак предупреждения.
Их тела инстинктивно перешли в защитный режим, реагируя на нечто крайне, запредельно опасное!
Лекс по-прежнему улыбался, но исходящее от него тепло на краткий миг сменилось леденящим холодом.
Секунда миновала, и Лекс вернулся к своему обычному состоянию, а чувство неминуемой угрозы исчезло.
Однако теперь все вели себя настороженно.
Очевидно, это было мягкое предупреждение от Лекса.
Никто здесь не собирался дерзить, ведь никто не мог тягаться с мощью, исходящей от письма.
И все же каждый из них был крайне уверен в себе и имел козырь в рукаве на случай беды.
Их глубокое наследие и секретное оружие были источником этой уверенности, но им быстро напомнили, что не только у них есть свои тайны.
Лекс был вполне доволен реакцией бессмертных.
Для него было крайне важно сохранять контроль над ситуацией, что было непросто в комнате, полной не просто бессмертных существ, а лидеров своих рас.
Чтобы пробудить в них чувство опасности, он на мгновение активировал формацию «Пробуждение Дракона».
Мощная и угрожающая аура, которую она излучала, намного превосходила пределы этого мира, а потому обычно служила надежным сдерживающим фактором.
На этот раз Лекс не стал включать её на полную мощь, так как не знал, как они отреагируют, осознав, что эта сила выше лимитов их мира — ведь если кто и мог заметить такую деталь, так это присутствующие здесь.
Но даже простого импульса формации хватило, чтобы передать тонкое предупреждение.
— Да, как я и сказал, они попытались убить меня в тот самый миг, когда я поделился с ними новостями. В итоге я даже не успел передать им приглашение. Трудно хранить секреты, когда приглашения разосланы столь многим, но, если только кто-то специально не сообщил им, они, скорее всего, даже не знают об этой встрече.
В комнате воцарилась тишина: каждый обдумывал, что это значит не только для текущего собрания, но и для общей ситуации в их царстве.
Пока они предавались раздумьям, в Гостиницу прибыли два последних ожидаемых гостя.
Страж был гуманоидом в чем-то, напоминающем рыцарские доспехи, но вместо металла они были сделаны из материала, похожего на кость.
Рядом с ним находилось приземистое, но тучное насекомоподобное существо, похожее на большого упитанного кузнечика.
Это и был Полоид.
Лекс телепортировался к ним и, поприветствовав, проводил в зал заседаний.
Как и прежде, Корнелиус первым поприветствовал новоприбывших.
— Абрас, гляжу, ты ещё не загнулся, — произнес Корнелиус, глядя на Стража со злорадством.
— Твой кулак не так силён, как ты возомнил. Тебе придётся постараться получше, если хочешь убить меня, — ответил Страж, вновь обращаясь напрямую к разуму.
Стражи были уникальным духовным видом: будучи по большей части духовными существами, они также обладали физическими телами, что выделяло их в этой категории.
К несчастью, их тела оказались их же величайшей слабостью.
Но несмотря на столь очевидный изъян, их нельзя было назвать слабой расой, ибо в вопросах контроля и манипуляции духом они намного превосходили всё, на что когда-либо были способны люди.
— Криттер, я давно ждал встречи с тобой, — сказал Корнелиус, переводя взгляд на Полоида и не утруждая себя ответом Абрасу.
Криттер зашевелил усиками, и его мысли передались окружающим.
— Корнелиус, ты, мерзавец! Я прекрасно знаю, что ты зажарил одного из наших герцогов, чтобы отведать его как деликатес!
Все в комнате посмотрели на Корнелиуса со странным выражением лица, и лишь Эдвард взирал на него с некоторым восхищением.
Совершенно не смутившись обвинением, тот ответил:
— Полно тебе, Криттер, будто Полоиды никогда не нападали на людей. Не говоря уже о том, что всем известно, что происходит, когда Полоиды утаскивают тела своих жертв в улей. Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала.
Однако ему нужно было на ком-то выместить гнев, и его жертвами стали Кравены.
— Кто-нибудь, чёрт возьми, может сказать мне, что происходит с этим новым вторжением Кравенов? Они ещё не достигли наших новых границ, но если мы не остановим их сейчас, всё царство станет их игровой площадкой! Эта игра затянулась! Нам нужно объединиться, иначе кто-то из вас скоро повторит историю Полоидов!
В послании Криттера сквозили агрессия и гнев, но Лекс внезапно кое-что осознал.
Его слова… казалось, они отсылали к неким общим тайнам.
Он мгновенно вошел в состояние потока и заметил странности в речах различных лидеров.
На первый взгляд они значили одно, но глубокий анализ выявлял скрытые смыслы.
«…ибо когда в последний раз история видела, чтобы представители столь многих рас собирались на встречу…» — сказал Корнелиус, восхваляя его, но это утверждение также оставляло место для иного толкования.
Подобная встреча, где собрались лидеры различных рас, могла происходить и раньше.
Кто обладал властью созвать все расы, кроме Кристальной — но те казались слишком незаинтересованными во внешних делах, чтобы делать это.
«…нечасто доводится получать приглашение, излучающее такую мощь. У меня есть привычка заводить влиятельных друзей…» — произнесла Елена по прибытии, но её слова также намекали на то, что она не впервые видит столь могущественную ауру!
Но аура Хозяина Гостиницы была глубокой и властной, и лишь Повелители Дао могли претендовать на равенство с ней, однако в этом царстве Повелители Дао существовать не могли!
Где же она чувствовала подобную ауру прежде?
Но постойте…
«…я хочу знать, откуда взялось столько бессмертных…» — спрашивал Сабр, говоря о Кравенах, но Лекс вспомнил, что никто прямо не ответил на его вопрос и даже не упомянул об этом снова.
Вместо этого Елена сразу перевела разговор на продолжающуюся борьбу Трелопов с ними.
Позже, когда Сабр спросил о возможности вмешательства Кристаллов, Корнелиус и Елена не восприняли это всерьез и даже не потрудились объяснить, почему такая затея обречена на провал.
Столько намеков, а Лекс их все упустил.
Только когда наконец прибыл Криттер и в открытую назвал войну с Кравенами игрой, Лекс наконец заметил странную атмосферу.
Казалось, в этой комнате велись два совершенно разных разговора.
Один был на поверхности, где слова воспринимались буквально.
Второй разговор, казалось, был скрыт за искусными фразами и специфическими формулировками, понятными лишь тем, кто уже был посвящен в определенные дела.
Нет, погодите, возможно, тайных бесед велось даже больше двух, просто Лекс их еще не уловил.
Насколько он мог судить, Сабр был не у дел и не знал тайны.
Существовала также вероятность, что Абрас тоже ничего не знал, хотя он пока мало говорил, так что судить о его положении было трудно.
Лекс быстро прокрутил в голове все уроки политики и истории в академии, чтобы вспомнить, что ему известно о Сабре.
Поскольку Варны были союзниками людей и имели протяженную общую границу, сведения о них были весьма распространены, и их изучали во всех подробностях.
Точно, он вспомнил: на одном из занятий говорилось, что нынешний монарх Варнов, Сабр, пришел к власти лишь около ста лет назад, унаследовав трон от своего дяди, который был тяжело ранен в битве с Кравенами.
Старый Король с тех пор находился в уединении, залечивая раны.
Глаза Лекса блеснули; он стоял в молчании, позволяя беседе течь своим чередом.
Чем больше говорили эти лидеры царства, тем больше секретов Лекс мог раскрыть.
— Даже если мы объединимся, за какое поле боя нам браться в первую очередь? Чьи земли первыми получат подкрепление, а чьи останутся без защиты? Совместные действия нереалистичны. По крайней мере, так было раньше, но теперь у нас за столом новый игрок.
Абрас, который только что закончил говорить, повернулся и посмотрел на Эдварда.
До этого момента Монстры рассматривались исключительно как враги всего живого.
Может ли это измениться?
http://tl.rulate.ru/book/148202/9557129
Готово:
