Многозадачность больше не была проблемой для Лекса.
Способность разделять сознание, чтобы каждая его часть сосредоточивалась на отдельной задаче, позволяла это сделать.
К тому же текущая ситуация требовала от него всего двух параллельных потоков мыслей: один — на гонку, другой — на беседу в кабинете.
Впрочем, на мгновение ему пришлось создать третье разделение, чтобы безжалостно подавить внезапно пробудившуюся в нём жадную капиталистическую натуру.
Мысль о трёхстах миллионах солдат, проходящих через его Гостиницу, и о том, что за ними последуют другие, будоражила его воображение — он уже представлял, сколько ПО сможет «напечатать».
Но причина, по которой ему пришлось обуздать себя, заключалась в том, что он не был логистически готов к такому объёму.
Все налаженные им системы внезапно оказались бы переполнены и перегружены.
Как бы он ни любил Нью-Йорк, переполненное метро в час пик было не тем, что он хотел бы воссоздать у себя.
К тому же в этой ситуации у Лекса были и другие возможности для выгоды.
В конце концов, эта мистическая пагода была связана с Малым царством, вход в которое он контролировал.
Ничто не мешало ему самому отправиться туда на экскурсию.
Но сначала нужно было узнать о ней побольше.
У него было предчувствие, что Марло умалчивает о многих деталях, касающихся этой пагоды.
— Если ваша единственная цель — приумножить силу человеческой расы, я не вижу причин, по которым вам нужно закрывать доступ в это Малое царство для других. Если внутри пагоды есть наследие, подходящее людям, то пользу от него смогут извлечь представители человечества откуда угодно.
— В самой пагоде нет какого-то конкретного наследия, поджидающего внутри. Напротив, наследие, которое она дарует, подстраивается под того, кто в неё входит. Пагода, в которую я вошёл в юности, была частью тренировочных угодий одной секты. Помимо людей, пользу от неё извлекали многие другие расы, пусть и формально.
— Но причина, по которой я хочу сделать это Малое царство эксклюзивным, не в том, что я не хочу делиться.
— Когда я наконец достиг верхнего этажа пагоды и прошёл её испытания, она превратилась в обычное здание и перестала даровать наследия.
— Именно это финальное наследие я и хочу зарезервировать для человечества.
Опыт общения Лекса с иномирными расами был весьма необычным.
Всех, кого он встречал из империи йотунов, переполняла огромная преданность делу процветания человеческой расы, хотя на Земле люди доказали, что далеко не святые.
История Земли была полна ужасающей жестокости, доказывающей, что его раса более чем способна быть злодеем в чьей-то истории.
Поэтому он не понимал их фанатичного стремления укреплять всю расу вместо привычного пути — оставлять все блага только себе или близким.
Возможно, межрасовые войны были слишком обычным делом во вселенной, и он просто ещё не сталкивался с ними.
А может, они просто были на редкость альтруистичны.
Так или иначе, возможности, предоставляемые пагодой, казались превосходными, и Лекс не собирался просто так от них отказываться.
Если слова йотуна были правдой и даже те, кто не добрался до последнего этажа, могли получить наставления, это могло стать идеальным способом обучить его собственных работников.
Или, по крайней мере, дать им опыт за пределами того, что могла предложить Гостиница.
Но для начала ему нужно было узнать о пагоде чуть больше.
— Как вы думаете, сколько времени потребуется кому-либо, чтобы достичь верхнего этажа пагоды, если оставить её открытой для публики? — спросил он.
— Это… нелегко оценить. Поскольку я знаю ценность пагоды, я обязательно пришлю лучших из лучших. Но само по себе это ничего не значит. Пагода, в которую вошёл я, была настолько древней, что никто не знал точно, как долго она там простояла. Подозреваю, что все это — реликвии далёкого прошлого, которые ещё не выполнили своё предназначение.
По сути, это означало, что в ближайшее время никто вряд ли достигнет верхнего этажа.
Лекс не был настолько самонадеян, чтобы верить, будто сможет пройти все испытания и добраться до вершины — по крайней мере, без должной подготовки.
Впрочем, это не мешало ему попытаться.
— Я понимаю. Ваше стремление улучшить положение собственной расы весьма чисто и достойно похвалы, но факт остаётся фактом: в Гостинице сейчас проходит мероприятие, ориентированное на широкие массы. Скажите, что ещё есть в этом Малом царстве, кроме пагоды? Известны ли его размеры?
Лекс мгновенно почувствовал, как напряжение в комнате снова возросло — чего он и добивался, — но последовала и нежелательная реакция.
Лекс рассчитывал, что император попытается торговаться или вести переговоры с Хозяином Гостиницы, что позволит ему заработать приличную сумму ПО, сохранив при этом доступ для себя и персонала Гостиницы.
Но вместо попыток договориться Лекс почувствовал, что троица уже готовится к реализации заранее спланированных запасных вариантов.
— Мы ещё не проводили тщательного сканирования, но по предварительным оценкам площадь Малого царства составляет от одного до двух миллионов акров. Ландшафт разнообразен и поддерживает местную фауну, хотя зверей или культиваторов пока обнаружено не было.
— В целом, похоже на неплохое место для отпуска, — с улыбкой заметил Лекс.
— Было бы досадно, если бы я предоставил полные права доступа только Империи, особенно во время этого мероприятия. Ведь если я сделаю это сейчас, мне придётся поступать так же, когда другие обратятся с подобными просьбами. Я не могу отдавать предпочтение одним гостям перед другими.
— Я понимаю, — сказал император, полагая, что получил отказ.
— Что касается переговоров?
Он провёл очень много времени с Хенали.
Он лучше кого-либо понимал, что не стоит слишком много о себе воображать и рассчитывать на одолжения перед существами такой мощи.
— Но, полагаю, кое-что можно предпринять. В конце концов, я не могу игнорировать и давних гостей.
Лекс на мгновение взглянул на Рагнара, прежде чем продолжить.
— Как насчёт такого? Раз только вы нашли вход в Малое царство и никто другой туда ещё не входил, я сделаю так, чтобы это Малое царство было эксклюзивным только для людей. Я перенесу вход в Оплот Бессмертных, чтобы к нему было легче добраться. Разумеется, за всё это придётся заплатить.
Троица была искренне удивлена таким поворотом событий, а затем преисполнилась крайнего воодушевления.
Цена не имела значения — они были в состоянии заплатить.
На самом деле Лекс понимал, что в этот момент мог бы выудить за это несколько триллионов ПО, и они бы не колеблясь согласились.
Но глубоко укоренившееся понимание престижа Хозяина Гостиницы и шестое чувство подсказывали ему, насколько вульгарно будет выглядеть обмен услуги на деньги.
Поэтому вместо этого он сосредоточился на том, что принесёт пользу ему самому, но втайне.
— Я уже заявлял, что не буду вмешиваться в происходящее внутри Малых царств. Поскольку вы просили об этом месте как о наследии для человеческой расы, а вход в него осуществляется через Гостиницу, вам придётся обеспечить безопасность тех людей, которые входят туда ради доступа к пагоде.
Он знал, насколько сильны кровные линии его работников.
Если он собирался отправить их в пагоду, он должен был убедиться, что никто не попытается тайно навредить им, чтобы извлечь их кровные линии или изучить их.
Кстати говоря, у него внезапно возникла идея.
Возможно, ему стоит найти относительно безопасное Малое царство и попробовать позволить работникам колонизировать его.
Они ни в чём не нуждались, но, будучи настоящими, живыми людьми, Лекс хотел, чтобы у них была жизнь и за пределами Гостиницы.
К тому же это стало бы для них хорошей возможностью для обучения.
Новый опыт был неотъемлемой частью формирования личности.
Император был ошеломлён тем, какую «цену» назвал Хозяин Гостиницы, но, с другой стороны, это было вполне логично.
Хозяин Гостиницы был превосходным принимающим.
Разумеется, он будет заботиться о благополучии своих гостей.
Группа начала обсуждать детали, в то время как каждый мысленно строил планы на будущее.
Тем временем на гонке… Лекс шёл хорошо и уже приближался к финишу.
Жерар был уже в поле зрения, как и несколько других финалистов.
Но настроение у него было не самым лучшим.
Он превзошёл самого себя, отыграв столько позиций и одновременно осадив тех, кто вырвался вперёд.
Его невероятная интуиция также сыграла огромную роль, помогая ему избегать почти всех усилений.
Однако того, которого ему не удалось избежать…
Лекс повернулся налево и одарил Ксэмаса в чёрном капюшоне, ехавшего прямо рядом с ним, смертоносным взглядом.
К сожалению, с куриным гнездом, приклеенным прямо к макушке, в котором спала наседка, он выглядел не слишком устрашающе.
Над его тележкой возвышался целый курятник, полный яиц и живых кур — это не только отвлекало его, но и увеличивало вес повозки.
В тот момент, когда он узнает, кто придумал такое абсурдное усиление, он… он… Бог знает что, но он что-нибудь да сделает!
http://tl.rulate.ru/book/148202/9511088
Готово:
