Рост (2)
Шли дни, и Чон Ён Син с головой ушёл в тренировки.
Иногда Чхон Мён, глядя на него, делал странное лицо, но Чон Ён Син не придавал этому значения, зная, насколько тот был свободолюбив и отрешён от мирской суеты.
Да и не было времени отвлекаться на что-то другое — техника передвижения Клана Мён, которую он осваивал день за днём, была слишком пленительной.
Техника лёгкости — это искусство стремительного бега. И овладение техникой передвижения не могло не сказаться на ней.
Вдохновение, почерпнутое из движений Чхон Мёна, быстро обрело форму тайной формулы.
Пока что он ухватил лишь самую суть управления ци, и впереди было ещё много работы, но создатель школы боевых искусств обязан досконально понимать её основу.
— Практикующий, что учится и осваивает, и Великий Основоположник, что создаёт и познаёт. Даже если оба овладели лишь одной десятой основ, их достижения нельзя ставить в один ряд, — сказала Пэк Ми Рё.
Выслеживая культиста и охраняя уезд от нового вторжения, отряд Крыла Демонического Света чувствовал, как с каждым днём меняются движения Чон Ён Сина.
Хотя самому Чон Ён Сину было всё равно, наблюдает за ним кто-то или нет, остальные старались не подглядывать за его тренировками.
Они лишь догадывались о его успехах, ведь согласно законам боевых искусств, чем выше уровень мастерства, тем больше меняется осанка воина.
— Задатки Великого Основоположника… Не могу отрицать, но всё равно не верится. Даже наш командир предпочёл сосредоточиться на своей собственной технике перемещения.
Это сказал Чхон Мён, который с тех пор, как увидел Чон Ён Сина под своим гамаком, стал спать в здании управы.
Прошёл месяц. Месяц с той самой встречи с культистом.
И всё впустую. Нет, дело было не в том, что они больше не видели негодяя.
В деревне продолжали понемногу гибнуть коровы, лошади, свиньи и куры.
Отряд ясно чувствовал, что целью культиста было не истребление скота, а планомерное истязание нервов местных жителей.
При этом на поля он не совался, потому что Чхон Мён не спускал с них глаз.
Чхон Мён, которому было плевать, сколько скота погибнет, вполне довольствовался ролью грозного пугала.
Из-за этого порой вспыхивали ссоры.
Пэк Ми Рё составляла маршруты для выслеживания и патрулирования, а Чхон Мён забирался в свой гамак, заявляя, что ему нужно впитать немного солнечного света.
Оставшись одна, Пэк Ми Рё в ярости брала с собой то Хонвон Чхана, то Чон Ён Сина.
— Этот негодяй… Кажется, он и впрямь не один. Он знает все наши маршруты патрулирования. На этот раз погибла лошадь.
Проблема была в том, что местный глава уезда, не выносивший запахов, распорядился построить конюшни вдали от управы.
А ведь лошадь — это целое состояние. По крайней мере, здесь, в уезде Чжэньпин, она ценилась дороже любого другого достояния.
Подошедший Хонвон Чхан взглянул на гамак.
Выражение его лица было недовольным. За это время он получил от Чхон Мёна несколько уроков по основам боевых искусств, и теперь обращался к нему куда свободнее.
— Почему вы так спокойны? Вы точно из Клана Мён? Лошадь погибла!
— Вчера была свинья, — бросил на ходу Чон Ён Син.
— Наш Клан Мён — друзья леса, а не лошадей и свиней.
— Вот если бы ты умер, тогда другое дело, — добавил Чхон Мён. — Тогда я бы во что бы то ни стало истребил весь его род до третьего колена.
Чон Ён Син усмехнулся и направился к месту для умывания.
Говорили, что большинство воинов Клана Мён, выросших в Императорской Крепости, как и Чхон Мён, были такими же свободолюбивыми, и их мечи не были отягощены лишними сантиментами.
Это совсем не походило на тот образ небожителей, что рисовало себе воображение простых людей.
Чем дольше Чон Ён Син служил в Императорской Крепости, тем лучше он узнавал Поднебесную.
Когда он вернулся после умывания, их ждал роскошный ужин. Пухлый глава уезда подобострастно потирал ладони, опасливо поглядывая на них.
«С такой-то физиономией он, попади в столицу, точно станет вероломным царедворцем», — подумал Чон Ён Син, но тут же нашёл ему оправдание: вероятно, на него так подействовал вид воинов, что вот уже месяц носились над его полями, словно летая.
— П-прошу к столу.
Глава уезда выдавил из себя неестественную улыбку. Долгое время он избегал их, но, похоже, наконец на что-то решился.
Чон Ён Сину, впрочем, было не до него. Он сидел за столом вместе с остальными членами отряда, обсуждая дальнейшие действия.
Как изменить схему патрулирования, сколько у врага может быть пособников, и не пора ли, несмотря на обширность окрестных гор, начать полномасштабные поиски и зачистку.
За месяц, проведённый в подобных обсуждениях, Чон Ён Син понял одну вещь.
В Поднебесной существует множество видов сражений, и быстрые, решающие схватки, которые так любят мастера, в реальности случаются нечасто.
После ужина и очередной тренировки он лёг в свою уже привычную постель.
Крик филина, похожий на короткую трель бамбуковой флейты, наполнил спокойную ночь новичка в мире боевых искусств.
На следующий день Чон Ён Син отправился действовать в одиночку. Получить разрешение от Пэк Ми Рё и Чхон Мёна оказалось на удивление легко.
Они невысоко оценивали боевые возможности пособников культиста, которые боялись показаться из-за страха перед мастерами Императорской Крепости.
Оба мастера сходились во мнении, что в прямом столкновении с культистом шансы Чон Ён Сина на победу очень велики.
Просто быстроногому негодяю будет нелегко одолеть нынешнее Искусство Вспышки.
«Странно».
Для семьи Чон Императорская Крепость была чем-то вроде обители небожителей.
Иногда это чувство полного признания со стороны воинов в синем казалось ему совершенно невероятным.
«Хотя это и неплохо».
То ли благодаря технике передвижения, в которой он делал огромные успехи, то ли просто из-за настроения, но ему казалось, что ноги стали гораздо легче.
В отличие от Чхон Мёна, он не мог позволить себе праздность.
До вчерашнего дня он усердно тренировался, чтобы овладеть техникой передвижения, но так не могло продолжаться вечно.
От отчаяния он решил подняться на вершину горы и осмотреть оттуда весь уезд.
Совмещая это с оттачиванием техники, он пробирался по горным тропам, которые отряд ещё не исследовал.
И лишь когда солнце коснулось западных гор, он наткнулся на странную хижину, построенную перед входом в пещеру.
Она явно служила входом или проходом. Усилия отряда, длившиеся больше месяца, наконец-то принесли плоды.
«Так вот оно что. Дым выходил через другой ход. Я же говорил, что такого не может быть, если только они не питаются одними пилюлями бессмертия. Вот почему мы не могли их найти».
Недолго думая, он развернулся.
В безвыходной ситуации он не колеблясь поставил бы на кон свою жизнь.
Но когда был выбор, он не собирался намеренно создавать себе проблемы.
Ведь он вступил в Крепость, чтобы выжить, и жаждал плода Древа Поднебесной.
Если он погибнет бессмысленно, то ни плод, ни что-либо ещё не будет иметь значения.
Он уже спускался вниз, осторожно ступая по земле со смешанным чувством напряжения и азарта, когда ему пришлось изменить своё решение.
— Ты ещё кто?
Он столкнулся лицом к лицу с рыжеволосым мужчиной, впившимся зубами в шею мёртвого мальчика.
Незнакомое лицо, потрёпанная одежда, но волосы были безошибочно кроваво-красного цвета.
Кровавый Культ.
Всё было именно так, как он и слышал. Говорили, что среди них есть и те, кто пьёт жизненную силу детей, чтобы увеличить свою мощь.
Даже будучи объявленным еретическим учением в Империи, этот культ не терял своей силы.
Говорили, что Кровавые Техники Кровавого Культа можно развивать самыми разными способами. Настолько жуткими, что от них содрогались даже мастера Императорской Крепости.
Столкнувшись с воплощением этих слухов, Чон Ён Син оценил телосложение, стойку и ауру противника.
«Пособник. Тот самый культист, что прикрывал первого».
Он медленно потянулся к рукояти меча.
— Мальчишка с мечом. Острая, как лезвие, аура, на белых одеждах вышит иероглиф "Император"…
Пробормотал негодяй, смерив Чон Ён Сина взглядом с ног до головы, и уголки его губ поползли вверх.
— Всё, как мне и говорили. Благодаря сопляку из Императорской Крепости я смогу отличиться. Я не такой, как мой брат, что сбежал от такого, как ты. Можешь проклинать свою несчастную судь…!
Вжик!
В тот миг, когда вспыхнул ослепительно-белый свет, голова негодяя слетела с плеч.
Тело мальчика безвольно выпало из его рук. Обезглавленный труп ещё мгновение стоял на ногах, а затем рухнул навзничь рядом с юным телом.
Чон Ён Син, оказавшийся рядом с ним, одним движением стряхнул кровь с клинка.
— Покончу с этим сейчас, — пробормотал он.
Из-за такой мелочи говорить о несчастной судьбе? Он не знал, сколько их ещё там, но какая разница, если они даже среагировать на скорость его меча не в силах?
Пусть это и было его первое задание, связанное с Кровавым Культом — одним из Тринадцати Небес, — но оно явно не стоило того, чтобы возиться с ним целый месяц.
Этим тварям нельзя было позволить жить.
Используя Канон Начального Преодоления, он вырыл яму. Закрыв мальчику глаза, он похоронил его. Земли он насыпал немного.
Похоже, жертва была не из уезда Чжэньпин, но он собирался, покончив с делом, попросить главу уезда найти его родителей.
С мечом в руке Чон Ён Син развернулся. В сторону хижины.
Лёгкий ветерок начал обвивать его ноги, движимые ци.
С каждым шагом его поступь становилась всё легче и легче.
Трава под ногами выпрямлялась, словно не чувствуя веса Чон Ён Сина.
Вместе с походкой Клана Мён его шаги стали практически бесшумными. Так он и дошёл до самой хижины.
БУМ!
Но когда он топнул сотрясающей землю поступью, всё было иначе. Мирно стоявшая трава была втоптана в землю.
В стремительный удар Узла Демонического Света была вложена чудовищная мощь, и Меч Ипхван, обратившись в белую молнию, разорвал на куски хижину вместе с находившимся внутри культистом.
ТР-Р-РЕСК!
— А-а-ах!
— Что, что такое?!
В облаке пыли и щепок виднелись двое.
Один, разрубленный пополам, хрипел, хватая ртом воздух, а другой, стоявший позади, смотрел с ужасом на лице.
Каждый из них обнимал по трупу. Дело было не только в уезде Чжэньпин.
«Канон Начального Преодоления».
Разговаривать он не собирался.
Ци, закалённая во внутренней киновари, уплотнилась, приумножая силу, и эта мощь, пронёсшись по всем каналам его тела, наполнила остротой его лёгкие, как лист, движения.
ХРУСТЬ! КРАК!
Рука, сжимавшая Меч Ипхван, что крушил, пронзал и рубил, высвобождала достаточную для бойни силу меча.
Вибрация клинка, доходившая до самого локтя, отражала ярость, которую Чон Ён Син больше не скрывал.
В брызгах крови отразились картины из поместья Чон.
— Поклоняетесь закону джунглей, где сильный пожирает слабого? Что ж, прекрасно.
Негодяи падали на землю, превращаясь в то же, что и трупы, с которыми они забавлялись.
За проломом в задней стене хижины виднелся вход в пещеру, освещённый редкими факелами.
Это было похоже на целый филиал Кровавого Культа. Культист из Чжэньпина и впрямь был никем.
«Справлюсь ли я один?»
Прежде чем войти, он оценил свои шансы. Кипящая в жилах кровь — это одно, а выживание — совсем другое.
Но, видимо, из-за шума, который он поднял у входа, было уже поздно.
Из глубин пещеры уже исходила мощная аура.
Волны ци, хлынувшие наружу, были зловещи и могучи.
[Убить!]
Прогремел старческий голос, от которого, казалось, забилось само сердце. Одновременно с этим со всех сторон донеслось эхо шагов.
«Двое, трое… пятеро».
Пятеро прихвостней и один, по-видимому, глава филиала.
Он слышал, что главы филиалов Кровавого Культа — это, как правило, настоящие мастера, именуемые Кровавыми Наставниками-Мечами.
Меч, что учит и ведёт. Но не успел он прикинуть, сможет ли одолеть его, как из пещеры выскочили культисты.
— Как ты посмел явиться сюда!
— Ты заплатишь кровью!
Среди пяти рыжих голов был и тот самый тип из уезда Чжэньпин.
На его лице мелькнуло удивление, но тут же сменилось злорадством, и он, сжав меч, бросился вперёд.
Похоже, присутствие товарищей по бокам придало ему смелости.
Чон Ён Син не отступил, а сделал ещё один шаг навстречу.
БАМ!
Грохот его сокрушающей поступи, от которой треснул каменный пол, полностью заглушил топот ног противников.
Не обращая внимания на то, как вздрогнули культисты, мчавшиеся на него с жаждой крови, он вложил в Меч Ипхван силу Канона Накопления и Истирания.
Развернувшись в вихре, он ощутил, как вокруг его тела закружился ветер Клана Мён.
Первым, кого он убил в поместье Чон, тоже был культист Кровавого Культа, но удар, который он наносил сейчас, был несравним с тем, что был тогда.
ВЖУХ!
Среди пляшущих в волнах силы Канона Накопления и Истирания факелов прочертилась длинная серебристая дуга.
Один росчерк меча разрубил тела троих. Клинок передал ему это ощущение.
Культисты же рухнули на землю с тем же выражением, с каким бросались в атаку, даже не осознав, что произошло.
Ужас достался двоим выжившим.
Культист из Чжэньпина спешно применил свою технику перемещения, но Чон Ён Син, уже ставший листком, подхваченным тайфуном, обрушивал на него второй удар Канона Накопления.
Чавкающий звук меча, вгрызающегося в плоть, положил конец его мести.
— Что за…!
Последний, попятившийся было назад, не успел даже осознать последовавший за этим стремительный удар и рухнул с рассечённой грудью.
Стряхнув кровь с меча, Чон Ён Син вгляделся в непроглядную тьму.
Какой будет реакция, если воин Императорской Крепости в белом убьёт Кровавого Наставника-Меча? Сейчас ему было не до этого.
Шаг.
Вместе с его медленной поступью раздался чистый звон меча.
Меч Ипхван загудел, словно желая удачи в бою своему единственному спутнику.
#
http://tl.rulate.ru/book/147442/8104631
