Отель «Пенинсула Шанхай».
Это величественное здание, расположенное по адресу Чжуншань Дун Илу, 32, возвышается на пятнадцать этажей. Его архитектурный стиль полностью воссоздает облик старого Шанхая: стоит переступить порог, как возникает полное ощущение погружения в атмосферу 1920-х годов.
Однако сейчас перед входом в отель красовалась заметная табличка:
«Временно закрыто для посещения»
Рядом с табличкой молодой человек лет двадцати в парадной ливрее швейцара вежливо останавливал желающих войти.
─ Извините, господин, мы еще официально не открылись, сейчас проходит проверка освещения. ─ Он терпеливо объяснял каждому встречному: ─ Дамы, отель временно не предоставляет услуги. Если вы хотите посетить «Пенинсула Шанхай», следите за обновлениями на нашем официальном сайте. ─ На очередной вопрос последовал привычный ответ: ─ Прошу прощения, сэр, отель еще не открыт.
Расположение отеля было исключительным: из окон открывался панорамный вид на Вайтань и реку Хуанпу. Это было единственное здание класса ультра-люкс, построенное на набережной за последние десятилетия.
Пока швейцар спроваживал зевак, на террасе ресторана «Sir Elly’s» на четырнадцатом этаже группа безупречно одетых мужчин и женщин звенела бокалами. Их лица уже раскраснелись от выпитого.
─ Поздравляю менеджера Тао с успешным привлечением двух миллиардов юаней! ─ Сказал худощавый, интеллигентного вида мужчина в золотых очках. ─ Вы побили рекорд скорости подписки за всю историю Huaxia Fund. Мое почтение! ─ Договорив, он осушил стопку байцзю и продемонстрировал пустое дно Тао Юйану, сидевшему во главе стола.
Тут же подхватили остальные:
─ Я тоже пью за менеджера Тао! Желаю финансового процветания и стремительного карьерного роста!
─ Менеджер Тао – настоящий пример для подражания. Едва устроившись, он так точно поставил на концепцию гриппа H1N1… Я просто преклоняюсь перед вашим талантом!
─ Еще по одной за менеджера Тао! Если в будущем у меня возникнут вопросы, прошу, наставляйте меня, я буду прилежным учеником.
Крепкий алкоголь лился рекой, и некоторые гости уже по нескольку раз бегали в туалет. Схема «выпил – вырвало – снова выпил» была привычным делом для подобных банкетов.
Тао Юйан, находившийся в центре внимания, расстегнул ворот рубашки, на его шее красовались следы губной помады. По обе стороны от него сидели красотки. Та, что справа, была с каштановыми кудрями и в платье с таким глубоким декольте, что все ее прелести были как на ладони.
Спутница слева выглядела не менее эффектно, но в другом стиле: строгое черное платье с закрытым воротом и бриллиантовое колье создавали образ «благородной дамы». Однако под столом ее длинные ноги в черных шелковых чулках то и дело задевали брюки Тао Юйана, давая недвусмысленные намеки.
Обе девушки начинали как модели, а затем перешли в финансовую сферу. В этой индустрии, пропитанной запахом денег и роскоши, диплом – лишь входной билет. Оказавшись внутри, каждый начинает мериться ресурсами.
Связи семьи – это ресурс. Деньги родителей – это ресурс. Высокая самооценка и эффектная внешность – тоже ресурс. Взаимный обмен этими ресурсами и составлял негласные правила финансовой тусовки.
Подставляя лицо вечернему бризу с реки Хуанпу и чувствуя тепло женских тел под боком, Тао Юйан окончательно расслабился. Алкоголь начал туманить рассудок.
Почувствовав, что момент настал, Ван Бохань, тот самый мужчина в очках, снова встал с бокалом:
─ Еще разок за менеджера Тао, до дна! ─ Осушив бокал и снова показав пустое дно, он сел и как бы невзначай спросил: ─ Менеджер Тао, как вам вечер? Душа поет?
─ Конечно, конечно, поет! ─ Тао Юйан, казалось, был уже в изрядном подпитии. Отвечая, он притянул к себе «благородную даму» слева и впился в ее губы поцелуем. Он больше не мог сдерживаться после долгих заигрываний под столом.
Остальные гости, привыкшие к подобным сценам, лишь одобрительно загалдели:
─ Ха-ха, менеджер Тао – человек страстей!
─ Сяо Фан сегодня повезло.
─ Прямо завидую Фан-цзе… Если бы менеджер Тао так обласкал меня, я была бы на седьмом небе.
У каждого в голове были свои планы, взгляды так и лучились лукавством, но вслух произносились только льстивые слова. Когда поцелуй закончился, Ван Бохань взглядом подал знак Мяо Фанг и закинул удочку:
─ Эх, жаль только, что мы обделены талантами. Куда нам до способностей менеджера Тао – мы даже краткосрочные тренды уловить не можем.
─ Тао-гэ, научи нас, а? ─ проворковала Сяо Фан.
─ Да, Тао-гэ, просвети нас, мы готовы учиться чему угодно. ─ Девушки защебетали, перемежая лесть с недвусмысленными намеками, и Тао Юйан окончательно поплыл в этом «нежном омуте».
Недолго думая, он выпалил:
─ Я изучил этот краткосрочный хайп. Лекарства – вот главная тема будущего. Слышали про шикимовую кислоту? Я планирую зайти по-крупному в акции этой концепции.
─ О? И какая именно бумага? ─ Ван Бохань ковал железо, пока горячо.
─ Какая же? ─ Мяо Фанг прильнула щекой к груди Тао Юйана. Тот в этот миг напрочь забыл, что дома его ждет беременная жена.
─ Цзяньфэн Груп, Haizheng Pharmaceutical, Jiao Da Onlly, Neptunus… ─ Тао Юйан начал машинально перечислять позиции для закупа, но внезапный порыв прохладного ветра хлестнул по лицу. Одурманенный мозг вдруг прояснился. Он резко прикусил язык, и вспышка боли окончательно привела его в чувство.
Он посмотрел на двух красавиц в своих объятиях: в их глазах не было страсти – только жажда наживы.
─ У меня еще дела сегодня. ─ Тао Юйан отстранил девушек и, превозмогая слабость, поднялся на ноги.
Видя это, Ван Бохань поспешно подошел, поддержал его под локоть и незаметно сунул в ладонь записку:
─ Здесь контакты генерального директора Фэна из Huahai Pharmaceutical. Он не пришел, чтобы не вызывать подозрений, но этот банкет – его угощение. ─ Прошептав это, он окинул взглядом присутствующих: ─ Так, ладно, все уже порядком нагрузились, пора расходиться. Завтра всем в офис на работу.
─ Ах да, ─ Ван Бохань вспомнил еще кое-что и намекнул Тао Юйану: ─ Хоть отель официально и не открыт, если захотите остаться здесь на ночь – это вполне возможно.
Здесь собрались взрослые люди, и все прекрасно поняли подтекст. Девушки, которые весь вечер «сопровождали» процесс, только и ждали команды. Но протрезвевший Тао Юйан потерял всякий интерес. Хоть он и побил рекорд Huaxia Fund, он еще не закрепился в кресле «ведущего управляющего».
Ради карьеры он выбрал сдержанность и сухо отказал: ─ Не стоит, у меня дела.
С этими словами он направился к выходу. Как только главный герой покинул сцену, гости начали разбредаться. Вскоре на террасе ресторана «Sir Elly’s» остался один Ван Бохань.
Он не спеша налил себе вина, мельком глянул в сторону камеры наблюдения в углу и подошел к краю террасы, любуясь ночным видом на Вайтань.
Сейчас Тао Юйан был для всех «жирным боровом» с двумя миллиардами в кармане, от которого каждый хотел откусить кусок, включая того самого генерального директора Фэна.
Многие инвесторы полагают, что фонды менее рискованны, чем акции. Но так ли это на самом деле?
Когда паевой инвестиционный фонд завершает сбор средств и входит в период закрытия, открывается бездна способов набить собственные карманы. «Крысиные норы», выкуп чужих неликвидных позиций, скрытая передача выгоды – схем великое множество. В итоге в убытке всегда остается инвестор фонда, а фондовый управляющий продолжает получать огромную зарплату.
Частные фонды в этом плане еще жестче – они просто выкачивают деньги из богатых, причем порой в самой грубой форме. Но там и порог входа выше: богачи теряют и теряют, часто не поднимая шума, а иногда убытки и вовсе создаются намеренно.
Допив вино, Ван Бохань почувствовал, что чего-то не хватает. Он достал телефон и набрал номер:
─ Сяо Фан, вернись-ка. Есть один «заказ», который нужно обсудить.
\*\*\*
Финансово-экономический университет Худу.
Проводив Пэн Гэ, Сюн Синхуая и других коллег, приехавших для обмена опытом, Бао Синвэй с облегчением вздохнул и посмотрел на Чжун Боханя, куратора специальности «Инвестиции».
─ У Чжан Яна правда живот прихватило? ─ Его тон был скептическим.
Очевидно, он уже навел справки. Камеры наблюдения зафиксировали, как Чжан Ян в гордом одиночестве, катя за собой чемодан, покинул территорию университета.
Разве для болезни нужен чемодан? Это госпитализация или отпуск?
К тому же, острый гастрит – штука болезненная, при сильном приступе люди еле ноги волочат. Но на записях Чжан Ян выглядел если не бодрым, то уж точно вполне здоровым и румяным.
─ Он именно так и сказал, ─ ответил Чжун Бохань. Он не был глуп и понимал, что Бао Синвэй задает вопрос, на который уже знает ответ, поэтому просто процитировал версию студента.
─ Он сказал, а ты и поверил?
─ Признаю, я проявил неосмотрительность.
─ Ты не неосмотрительность проявил, ты вообще об этом не думал, верно?
─ Да-да, моя вина.
После того как Чжун Бохань покорно признал ошибки, Бао Синвэй не стал его донимать. Сейчас ему было куда интереснее узнать, что за дело оказалось для Чжан Яна важнее, чем встреча ведущих вузов страны.
Бао Синвэй вспомнил про Хэ Цзин. Она наверняка знала правду. Ведь когда он предложил ей стажировку, ее первой реакцией было не согласие, а рекомендация Чжан Яна. Из этого можно было сделать вывод, что их отношения выходят за рамки обычных.
«Этот паршивец Чжан Ян в открытую прогулял лекцию по обмену опытом. Совсем не уважает старика. Надо будет расспросить Хэ Цзин», ─ пробормотал про себя Бао Синвэй.
Тем временем в уезжающем автобусе Коастер ректор финансового факультета Пекинского университета Сюн Синхуай перестал церемониться и в присутствии коллег из Цинхуа начал распекать своих подопечных:
─ Теперь-то вы поняли, что на каждого мудреца довольно простоты? Не думайте, что раз поступили в Пекинский университет, то вы – венец творения. В этом мире талантов пруд пруди. Что Хэ Цзин, что Чжан Ян… особенно этот Чжан Ян. Их понимание финансов уже на несколько голов выше вашего.
─ Знаете, почему он сегодня не пришел? ─ Он обвел студентов тяжелым взглядом. ─ Потому что ему у вас учиться нечему, понятно? Возвращайтесь и грызите гранит науки, а лучше – сразу в магистратуру.
В университете Худу он еще держал марку, но теперь, когда остались только свои из Цинбэй, Сюн Синхуай слов не выбирал. Студенты Пекинского университета понуро опустили головы. Их коллеги из Цинхуа втихомолку злорадствовали.
Но не тут-то было. Как только Сюн Синхуай закончил, эстафету перехватил декан финансового факультета Цинхуа Чжао Яньфэн:
─ А вы чему лыбитесь? Думаете, очень умные? Когда в воскресенье нужно было выступать, и слова из себя выдавить не могли. Если бы не ваши документы у нас в Цинхуа, я бы вообще не признался, что вы мои студенты. Я преподаю полжизни, и вы – худший выпуск на моей памяти!
Беспощадная критика эхом отдавалась в салонах трех плавно идущих автобусов. После деканов за дело взялись профессора, а за ними – и рядовые преподаватели.
\*\*\*
На следующее утро в Ханчжоу зарядил мелкий дождь. Современные высотки окутала дымка, похожая на призрачный туман. Туманный пейзаж Цзяньнани для многих был пределом мечтаний, но для Чжан Яна, уроженца Юэдуна, в этом не было ничего особенного.
Разве что местный дождь был мягким и тонким, идеально подходящим для фотосессий в старинном стиле. В Юэдуне же дожди обычно лили стеной, а раз в несколько лет можно было ощутить весь драйв от прохождения паводка.
Чжан Ян, как обычно, умылся, позавтракал в закусочной и отправился прямиком на верхний этаж здания Хунъюэ.
«Дзинь!»
Двери лифта открылись. Чжун Цифэн, подгадавший время, поджидал его с подобострастной улыбкой, потирая ладони:
─ Господин Чжан, вы пришли!
─ Что случилось, Чжун Цифэн?
Чжан Ян окинул взглядом холл. Там стоял не только менеджер Чжун, но и другие трейдеры – казалось, они все караулили его.
─ Видите ли, господин Чжан, я хотел спросить ваше мнение о шикимовой кислоте. ─ Чжун Цифэн тут же добавил: ─ Вчера в новостях читал, что брат Сунь и Глава союза Чжан работают по этой концепции. Вот и хотел узнать: есть ли еще потенциал у шикимовой кислоты?
─ Да, господин Чжан, укажите нам путь, помогите сэкономить несколько лет каторжного труда!
─ Я вчера только зашел на сто тысяч в Цзяньфэн Груп. Господин Чжан, объясните ситуацию, я для вас что угодно сделаю!
─ И я тоже!
Чжан Ян спокойно вышел из лифта. В этот момент Чжун Цифэн и остальные менеджеры казались ему ходячими скелетами.
Почему скелетами? В инвестициях жадность – это первородный грех. Тот, кто поддается ей, рискует заплатить жизнью. Однако он не мог не поразиться наглости этих людей: они каждое утро сторожили его, выпрашивая инсайд.
─ Когда актив достигает ваших ожиданий – фиксируйте прибыль. Не я управляю рынком. ─ Бросив эту фразу, Чжан Ян направился к офису заместителя директора.
Он не страдал комплексом «хорошего парня» и не собирался помогать чужакам зарабатывать. Если они заработают – деньги останутся у них. Если потеряют – придут предъявлять претензии ему. Зачем ему это? Если уж приспичит заняться благотворительностью, лучше сорвать куш на бирже и отправить часть денег детям в бедные горные районы.
Слово «жадность» буквально читалось на лице Чжун Цифэна. Глядя в спину Чжан Яну, он размышлял:
─ «Когда достигнет ожиданий – фиксируйте прибыль»… Господин Чжан имеет в виду, что рост продолжится, надо еще подождать!
─ Так вот оно что!
─ Ну, тогда еще подождем.
─ Еще немного подрастет, и я смогу купить квартиру и машину в Ханчжоу!
─ И я!
Слыша за спиной эти обсуждения, Чжан Ян лишь обреченно покачал головой. Он ускорил шаг, стараясь не думать об участи этих «хомяков».
В кабинете его уже ждал Чжан Сяолун.
─ Привет, младший брат, ─ поздоровался он.
─ Доброе утро, старший брат Чжан.
Чжан Ян уже думал, что тот пришел помочь с входом в систему, но Чжан Сяолун спросил:
─ Слушай, я вижу, концепция гриппа H1N1 сейчас в самом разгаре. Твои Цзяньфэн Груп и Райн Биотех еще будут расти?
─ … ─ Чжан Ян промолчал.
Фондовый рынок легко кружит голову, превращая людей в рабов их желаний. Сейчас и Чжун Цифэн, и Чжан Сяолун, ослепленные серией краткосрочных взлетов, казалось, потеряли рассудок.
Чжан Ян вздохнул. Если бы спрашивал кто-то другой, он бы промолчал, ведь рынок – это механизм перераспределения денег от жадных к терпеливым. Но, помня, что Чжан Сяолун при первом займе сделал ему скидку в 10% годовых, он решил сделать исключение:
─ Рост возможен, но вершина уже близко. Если ты в позициях, мой совет – полная фиксация прибыли и переход в более консервативный банковский сектор.
Вчера после закрытия торгов на рынке поползли рыночные слухи о том, что компания «Central Huijin» планирует увеличить доли в банках. Четыре крупнейших банка хранили молчание. Однако вечером, в 19:45, Банк Китая первым опубликовал официальное заявление, подтвердив слухи и раскрыв детали.
В течение следующих двенадцати месяцев «Central Huijin» будет через торговую систему Шанхайской фондовой биржи наращивать долю в акциях класса А четырех крупнейших банков.
http://tl.rulate.ru/book/147243/9503126
Готово:
