Общежитие делегации Федерации в Западных королевствах.
Бывший король Роберто Пирло, глава делегации, беседовал с капитаном охраны Гроуном.
Итак, выборы Папы начинаются завтра?
— Так точно. Все кардиналы и архиепископы будут изолированы в так называемом Зале Безмолвия, где проведут голосование для избрания Папы. Избираться будут только из числа кардиналов, но правом голоса обладают и архиепископы. Кардинал, набравший более половины голосов, станет следующим Папой. Говорят, в сложных случаях это может занять до месяца.
— Если память не изменяет, прошлые выборы длились более трёх недель? Среди них наверняка есть и старики вроде меня… Тяжкое испытание.
Роберто Пирло произнёс это с горькой усмешкой. Гроун, не зная, что ответить, молча покачал головой.
Будь то глава делегации или Папа — выбирать людей всегда непросто.
На следующий день все кардиналы и архиепископы собрались в Зале Безмолвия при Папском дворце для избрания сто первого Папы.
Изначально должны были собраться двенадцать кардиналов и двадцать четыре архиепископа. Однако даже среди кардиналов уже двое отсутствовали.
Кардинал Камило обезглавил Папу топором и был лишён сана. Кардинал Захария превратился в нечто нечеловеческое и был уничтожен авантюристами Центральных земель.
Таким образом, присутствовало десять кардиналов. И среди них трое считались явными фаворитами, что было очевидно для всех.
Основной претендент — кардинал Оскар, его соперник — кардинал Адольфито, и возможный тёмный конь — кардинал Грэхем.
Именно эти трое.
После событий во время интронизации Папы репутация кардинала Грэхема была невероятно высока. Это касалось не только архиепископов, но и рядового духовенства.
Но он был слишком молод. Сорок три года Грэхема — возраст куда меньший, чем средний возраст архиепископов, составлявший пятьдесят лет…
Среди самих архиепископов, которых должно было быть двадцать четыре, также было три вакансии.
Старейший среди оставшихся двадцати одного архиепископа, архиепископ Бодлер, выступил в роли председателя, руководя выборами Папы.
Метод был прост.
Тридцать человек, кроме председателя Бодлера, анонимно писали имя подходящего кардинала и опускали в урну для голосования. Кардиналы и архиепископы имели по одному голосу.
Кардинал, набравший более половины голосов, становился сто первым Папой.
Если никто не набирал большинства, голосование повторялось до тех пор, пока кто-то не получал необходимого числа голосов. В таком случае голосование проводилось раз утром и раз после полудня.
Время вне голосования отводилось на собрания и дискуссии… время для борьбы за голоса… то есть для увеличения числа сторонников.
Результаты первого тура голосования были оглашены председателем Бодлером.
— Кардинал Оскар — двенадцать голосов. Кардинал Адольфито — одиннадцать голосов. Кардинал Грэхем — пять голосов. Пустых бюллетеней — два. Никто не набрал абсолютного большинства.
Раздался сдержанный гул голосов.
Ещё до собрания здесь каждый кардинал и архиепископ составили свои прогнозы. И большинство осознавало, что вряд ли кто-то получит большинство с первого раза.
И, как и ожидалось, решения не состоялось. Более того, то, что основной претендент Оскар и его соперник Адольфито набрали почти равное число голосов, также совпало с ожиданиями большинства.
В такой ситуации обе фракции — Оскара и Адольфито — действовали одинаково.
Привлечение на свою сторону двух нейтральных голосов. А также раскол фракции Грэхема и привлечение его сторонников.
Конечно, в силу анонимности принадлежность к фракциям официально не объявлялась. Но догадаться было нетрудно.
Состав собственной фракции был известен точно. Состав фракции соперника в целом был ясен из предыдущих движений в Папском дворце. Следовательно, все остальные были нейтралами или сторонниками Грэхема.
Ключевым был вопрос: как поведут себя лидеры? То есть как поступят кардиналы Оскар и Адольфито?
Активность проявил кардинал Адольфито. Он приблизился к Грэхему, который сидел в одиночестве, потягивая воду.
— Ваше Высокопреосвященство Грэхем, можно Вас на мгновенье?
— Ваше Высокопреосвященство Адольфито, что привело Вас ко мне?
Уж не сейчас было спрашивать «что привело»… — вероятно, подумали те, кто подслушивал вокруг.
Адольфито шёл в решительную атаку. Если бы кардинал Грэхем заявил о присоединении к фракции Адольфито, это принесло бы сразу пять голосов. Итог — шестнадцать голосов, абсолютное большинство и избрание Папой.
В этом и был расчёт Адольфито.
— Я прошу Вас проголосовать за меня во втором туре.
Адольфито высказал свою просьбу прямо и открыто.
Услышав эти слова, Грэхем выразил лёгкое удивление. Наполовину это была игра, наполовину — искреннее чувство.
Как когда-то я объяснял Рё, кардинал Адольфито был мастером закулисных интриг в Церкви. Как показало наблюдение за Рё, он также преуспел в шпионаже.
И потому его прямая атака без хитросплетений оказалась неожиданной. Скорее такой метод был характерен для открытого и праведного фаворита Оскара…
— Что ж… Это затруднительно. Похоже, есть те, кто поддерживает меня, и я не могу предать их ожидания.
— Не примите за грубость, Ваше Высокопреосвященство, но Ваших пять голосов недостаточно для победы. Не следует ли использовать их с наибольшей пользой?
— То есть Вы предлагаете мне проголосовать за Вас, Ваше Высокопреосвященство Адольфито, и в случае Вашего избрания Вы не забудете моих людей?
— Это… как будет угодно Господу…
Адольфито уходил от прямого ответа, не давая конкретных обещаний. Грэхем внутренне усмехнулся, ожидая подобной уловки.
— Но разве то же самое не предложит мне и фракция кардинала Оскара?
— Кардинал Оскар пьёт лишь чистую воду.
На вопрос Грэхема Адольфито чётко ответил без изменения выражения лица.
То есть Оскар не чувствовал бы себя обязанным за голоса и не предоставил бы никаких привилегий после избрания.
Грэхем был склонен согласиться.
Кардинал Оскар был праведен. Никто не оспаривал этого.
Вопрос был в другом: подходил ли такой человек для управления огромной структурой Западной Церкви со всеми её сложностями?
Простые верующие и низшее духовенство, несомненно, ответили бы утвердительно. Но, поднимаясь по иерархии от священников к епископам, аббатам и далее к архиепископам, человек против воли познавал, что мир не столь прост.
Пропасть между идеалом и реальностью.
Возможно, это пропасть между Богом и человеком. Именно такова позиция духовенства.
— Ваше Высокопреосвященство Адольфито, позвольте мне немного подумать.
Сказав это, Грэхем отошёл от Адольфито.
После полудня состоялось голосование, и результаты были оглашены председателем Бодлером.
— Кардинал Оскар — двенадцать голосов. Кардинал Адольфито — тринадцать голосов. Кардинал Грэхем — пять голосов. Никто не набрал абсолютного большинства.
Фракции Адольфито удалось привлечь на свою сторону два нейтральных голоса.
К Грэхему приблизился самый доверенный архиепископ.
— Ваше Высокопреосвященство, каковы будут Ваши действия?
Спросила архиепископ Стефания.
Единственная женщина среди кардиналов и архиепископов. Также верховный инквизитор. Естественно, Стефания была одной из сторонников Грэхема.
—Я хочу немного понаблюдать. Чувствую некое беспокойство.
— Беспокойство?
—Да. Не знаю… Возможно, причина в этом Зале Безмолвия. Что-то не так… Именно. Поэтому ночью мы проведём вместе впятером. Во время выборов нельзя покидать здание, и каждый будет вести переговоры… но мне кажется, на ночь лучше оставаться в одной комнате.
— … Это мера предосторожности против убийства?
Взгляд Стефании стал острым.
Во время выборов Папы все кардиналы и архиепископы Западной Церкви собирались в этом Зале Безмолвия. То есть здесь сосредотачивался весь её руководящий состав.
Если кто-то желал нанести Церкви максимальный урон, то лучшим моментом для атаки был именно этот период.
Хотя и не афишировалось, но кардиналы и архиепископы бывали убиты в Зале Безмолвия во время выборов. В записях это значилось как смерть от болезни или несчастный случай… Но никто не знал, были ли это руки внешних сил или соперничающих фракций.
Если бы я хотел уничтожить Церковь, то во время этих выборов я бы запустил в Зал Безмолвия големов.
— Големов…
Возможно, даже одного «Святого Рыцаря» хватило бы, чтобы уничтожить большинство кардиналов и архиепископов?
«Святые Рыцари» — боевые големы, созданные Западной Церковью. Говорили, что сила одного эквивалентна пятерым авантюристам ранга B.
Большинство кардиналов и архиепископов не были привычны к насилию…
Зал Безмолвия — трёхэтажное каменное здание с более чем сотней малых комнат, десятью средними и двумя большими залами.
Малые комнаты были совсем крошечными, размером примерно в четыре с половиной татами. Обычно священнослужители уединялись здесь в одиночестве для медитации в тишине. Отсюда и название — Зал Безмолвия. Во время выборов эти комнаты использовались для переговоров… или, иначе говоря, для переманивания и вербовки.
Средние залы были просторнее, примерно как школьные классы. Один из них Грэхем и предложил использовать для ночлега.
Один из больших залов использовался как столовая во время выборов. В другом проходили собрания кардиналов и архиепископов для голосования.
После ужина фракции собрались для обсуждения дальнейших действий.
Во время выборов не было строго закреплённых комнат. Можно было свободно находиться в любом месте Зала Безмолвия. Говорили, что некоторые из тех, кто уже определился с выбором, проводили оставшееся время в медитации…
Фракция Грэхема состояла из него самого, архиепископа Стефании, архиепископа Шроттера, архиепископа Бальтазара и архиепископа Гуна.
Пятеро собрались в одном из средних залов, принеся с собой постельные принадлежности. Если это можно было так назвать — лишь по одному одеялу и подушке, предоставленным Церковью.
Архиепископ Шроттер, как и Стефания, был одним из самых молодых архиепископов. Он занял освободившееся место, когда Грэхем был возведён в кардиналы. Таким образом, он пробыл архиепископом менее года. Конечно, год или десять лет — будучи архиепископом, он обладал одним голосом.
— Я последую за Вашим Высокопреосвященством до конца.
Его пылкий, полный обожания взгляд был твёрдо устремлён на Грэхема. Грэхем, бывший охотник на вампиров и верховный инквизитор, иногда пользовался фанатичной поддержкой среди молодых священнослужителей.
Архиепископ Бальтазар почти не говорил. Как будто давший безмолвный обет. Но Грэхем не сомневался в его преданности.
Бальтазар был одним из непосредственных подчинённых Грэхема, когда тот был верховным инквизитором, и его боевым товарищем, вместе со Стефанией прошедшим через смертельные опасности. Один из немногих высокопоставленных священнослужителей, кому в Церкви, полной интриг, можно было спокойно доверить свою спину. Поэтому Грэхему было достаточно одного кивка Бальтазара.
Последний, архиепископ Гун, был особой фигурой. Он никогда не предал бы Грэхема. Но не из-за пылкой преданности, как у Шроттера. Или боевого товарищества, как у Бальтазара.
Его разум и тело полностью контролировались «Дымом» Грэхема.
Конечно, со стороны он казался таким же, как и прежде. Его речь была спокойной и мягкой, и посторонний вряд ли заметил бы что-то неладное.
Возможно, в этом-то и заключалась ужасающая сущность Грэхема.
Именно Гун когда-то нанёс удар предыдущему Папе на публике. Конечно, под контролем Грэхема. Но официально считалось, что он действовал по принуждению своего непосредственного начальника, кардинала Камило.
Взвалив всю вину на кардинала Камило, Гун был оправдан. Естественно, это стало возможным благодаря всесторонней поддержке Грэхема, обладавшего огромным влиянием благодаря своим заслугам, и его заявлению о принятии ответственности.
Выбрасывать такую ценную фигуру было бы расточительством…
Глубокой ночью, когда дверь в комнату бесшумно открылась, все пятеро спали, растянувшись в центре зала.
В момент, когда мужчина шагнул внутрь…
Лязг-лязг!
Два кинжала, выпущенные внезапно проснувшейся Стефанией, были отбиты мужчиной. Продолжая двигаться вперёд, он атаковал Грэхема, успевшего встать на одно колено.
Мгновенная вспышка клинка.
Грэхем извлёк меч, скрытый в своём посохе, и нанёс удар.
Правая рука нападавшего была отсечена. Но левой рукой он тут же схватил отлетевшую конечность и прижал к месту отреза.
Вскоре рука приросла обратно.
— Вампир? — прошептала Стефания. Но в её голосе звучала неуверенность.
— Всем защищаться, не атаковать. Я разберусь с ним.
Грэхем отдал чёткий приказ. Четверо кивнули.
Мужчина смотрел на Грэхема горящими красными глазами. Остальные четверо, казалось, не существовали для него.
— Если я — цель, то это даже кстати.
Грэхем произнёс это почти со смехом.
Словно это был сигнал, мужчина ринулся вперёд.
Его скорость была невероятной. Более того, скорость его меча была аномальной.
Рубящий удар, горизонтальный взмах, диагональный подрез снизу вверх и снова рубящий удар… Скорость этой комбинации явно превосходила человеческие возможности.
Но…
— Потрясающе… — невольно вырвалось у молодого архиепископа Шроттера.
Восхищение относилось не к нападавшему, а к Грэхему, который парировал все эти сверхъестественные атаки. Более того, он делал это с явным запасом сил. Словно оценивая возможности противника.
Кажется, я понял. — прошептал Грэхем. Услышал ли кто-нибудь?
— Сила значительна… но техника незрела!
В тот же миг правая рука нападавшего снова была отсечена. Мужчина тут же схватил её левой. Но в следующий момент левая рука также была отрублена. Затем голова… и без промедления скрытый клинок пронзил его сердце.
Рассечь голову и пронзить сердце освящённым оружием.
Таков был верный способ покончить с вампиром.
Хотя сам Грэхем не был полностью уверен, что имеет дело именно с вампиром.
Странно для вампира… слишком много несоответствий.
— Ваше Высокопреосвященство?
Стефания, услышав его шёпот, вопросительно посмотрела.
Нет, он определённо похож на вампира… но, возможно, эволюционировавший вид? Я о таком не слышал. Тело вампира аномально стабильно. В некотором смысле, это существо, крайне трудно поддающееся эволюции.
Грэхем углубился в размышления.
Во-первых, сейчас он схватил отрубленную руку другой рукой… но у вампиров отсечённые конечности сами возвращаются и прирастают обратно.
— Ах, точно, теперь я вспомнила.
К тому же вампиры сильны, но их техника ещё более ужасающа. Из-за долгой жизни у них предостаточно времени для её оттачивания. Но этот был неискушён.
— Понятно.
Стефания кивнула, выслушав анализ Грэхема.
Грэхем имел докторскую степень по вампирологии. Хотя в Церкви его так не называли, в университетах при Церкви его величали «доктор Грэхем».
Опираясь на свои знания, он анализировал произошедшее, но…
Не могу понять… Слишком мало информации.
В этот момент…
— А-а-а-а-а-а-а-а!
С верхнего этажа донёсся душераздирающий крик.
— Все четверо — не отходить от меня! — скомандовал Грэхем и бросился бежать.
Грэхем и его спутники прибыли как раз в момент, когда кардинал Адольфито был пронзён мечом. Рядом лежали четверо других, возможно, пытавшихся прикрыть его собой.
Грэхем ринулся на женщину, пронзившую Адольфито.
Заметив это, она вытащила меч и приготовилась к бою. На её лице застыло удивление.
— Почему… — она запнулась, не в силах договорить.
—Почему я жив? Потому что твой напарник провалил задание по моему убийству.
— Тсс!
Услышав ответ Грэхема, женщина громко цыкнула.
Оглядевшись, она резко развернулась и бросилась бежать. Грэхем — за ней. Но в скорости она значительно превосходила человека.
Он видел, как она разбила окно, выпрыгнула на землю и скрылась за территорией.
И снова с верхнего этажа донёсся крик: «Помогите-е-е!»
Грэхем, Стефания и остальные вновь бросились бежать, мельком заметив, что архиепископы по очереди пытаются исцелить кардинала Адольфито.
Средний зал на третьем этаже занимали кардинал Оскар и его сторонники… Но нападавших там уже не было.
Архиепископы плакали, окружив тела кардинала Оскара и трёх других кардиналов.
Хм?
Грэхем снова взглянул на четыре тела, включая Оскара.
Все они… кардиналы?
— Кардинал Адольфито, возможно, выживет, но четверо, убитые на втором этаже, также были кардиналами, — тихо ответила Стефания на шёпот Грэхема.
Грэхем не успел этого осознать, но Стефания, похоже, уже заметила.
Понятно… Они планировали убить всех кардиналов, включая меня…
В живых остались лишь Грэхем и находящийся на лечении Адольфито.
Кто бы ни стоял за этим… похоже, они хотят тотальной войны с Церковью.
— Кардинал Грэхем — двадцать два голоса. Единогласно. Следующим Папой избирается кардинал Грэхем! — провозгласил председатель Бодлер.
После нападения кардинал Адольфито выжил. Но он заявил, что не способен исполнять обязанности Папы, и выразил полную поддержку Грэхему. Сторонники кардинала Оскара также выразили полную поддержку Грэхему.
Архиепископы были убеждены, что нападавшие были вампирами. В тот момент исход выборов был предрешён.
Если впереди новая тотальная война между Западной Церковью и вампирами, то вести Церковь мог лишь один человек.
Только кардинал Грэхем, известный как Охотник на вампиров.
Слишком молод для Папы? Война? Именно молодой и чистый лидер должен вести Церковь вперёд!
В тот же день о избрании Грэхема следующим Папой было объявлено по всем Западным королевствам.
Западная Церковь погрузилась в серьёзнейший кризис.
В Святом городе находятся делегации из Центральных земель. Смогут ли они уцелеть?..
Здесь Мастер Макграс из Королевства. Роберто Пирло из Федерации. И даже… Маг взрывного пламени из Империи…
Держитесь, «Десятая комната»!
http://tl.rulate.ru/book/147191/8696341
